перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Готика

архив

В компании экранных монстров появился новенький. Это - дом, старый замок, главный герой американского фильма ужасов «Призрак дома на холме». У него есть свои щупальца, пасти и хвост. Не важно, что сделаны они из бронзы и камня. Дом такой же живой, как Франкенштейн или Годзилла. В Москве его двери откроются 20 октября - вместе с новым кинотеатром «Горизонт», где пройдет российская премьера фильма. О строительстве дома Алексей Васильев

Альфред Хичкок считал, что человека приучают получать удовольствие от страха с трехмесячного возраста: «Мать качает на руках младенца, наводит на него растопыренные пальцы и показывает «буку». Ребенок покрывается мурашками, потом ужас проходит, и он улыбается. Мать довольна, что развеселила свое дитя, ей не приходит в голову, что она напугала его до полусмерти, и блаженную улыбку вызвало облегчение после приступа страха. Разве не закономерно, что этот ребенок, став взрослым, занимает километровую очередь на американские горки? Или покупает билет на фильм ужасов? И не забудьте, что в промежутке его будут тешить сказками Ханса Кристиана Андерсена и братьев Гримм про то, как Хансель и Гретель запихали пожилую женщину в печку!».

Если это верно для всего человечества, то вдвойне верно для двух девочек, чьи родители были знаменитыми голливудскими мастерами ужасов.

Сьюзен и Донна росли в Лос-Анджелесе, в домах по соседству. Отец Сьюзен, Джек Арнольд, ставил фантастические страшилки о мутантах и зловещих инопланетянах. Отец Донны, Самуил Аркофф, возглавлял компанию American International Pictures, знаменитую своей серией постановок по готическим рассказам Эдгара По. Фильмы с обязательным участием демонического Винсента Прайса были окружены культом: напыщенные и мрачные, они представляли Зло во всем его потустороннем великолепии.

Донна и Сьюзен не только смотрели кино своих родителей. На их глазах творилась вся кухня тех кошмаров, что потом преследовали с экрана их сверстников. Хоррор в ту пору считался низким жанром, делался задешево, порой в домашних условиях. Девочки знали, что, например, «Чудовище с десятью глазами» – это просто большой чайник из дома Донны. Они сами видели, как мистер Аркофф продырявил его в нескольких местах и вскипятил воду так, чтобы из дырок пошел пар, а потом радостно показывал домашним свое изобретение. При нужном освещении и с заунывной закадровой музыкой этот чайник вполне мог сойти за инопланетного монстра.

Любимой детской фантазией подружек был собственный «дом с привидениями». Они представляли, как две радушные хозяйки Сьюзен и Донна будут зазывать в дом гостей, оставлять их на ночь, а затем приводить в движение потайные механизмы, создающие кошмарные образы и звуки. Чем-то это напоминало ярмарочные «комнаты страха», но для придуманного ими аттракциона требовался настоящий замок с настоящими мрачными сводами. Иллюзий по поводу своей выдумки девочки не питали. Это была просто занимательная игра. Если даже родители-кинопродюсеры готовят своих инопланетян из столовой утвари, что же могут двенадцатилетние девочки! Воображение подружек подхлестнула книга Ширли Джексон «Призрак дома на холме». Этот роман ужасов стал бестселлером в 1959 году. Даже университетские профессора признают, что Джексон удалось создать современную классику готического романа. На сайт издания в Интернете по сей день поступают отзывы. Звучат они примерно одинаково: «Закончила читать глубокой ночью. Заперла книгу на антресоли и дожидалась рассвета при включенном торшере». В «Призраке» четверо героев выступают добровольцами в психиатрическом эксперименте, проводя ночь в доме с дурной славой. В качестве медиума Дом выбирает 30-летнюю Элеонор. Замкнутая в себе женщина, она провела всю жизнь рядом с матерью, боясь отойти хотя бы на шаг.

С возрастом Донна все больше напоминала героиню книги. Она взрослела под родительским крылом. Работала на студии отца, редактируя сценарии, становившиеся из года в год все более бредовыми. Фильмы с Винсентом Прайсом перестали продаваться. Подростки 80-х смеялись над его загробными интонациями и предпочитали смотреть на своих перепуганных сверстников в «школьных ужастиках», вроде «Хэллоуина» и «Кошмара на улице Вязов». Пока одна из подруг прилежно правила сочинения третьесортных сценаристов, другая целеустремленно делала карьеру в большом кино. Сьюзен начинала как специалист по подбору актеров в независимых кинопроектах. К концу семидесятых стала работать на крупные голливудские студии. Когда ее авторитет вырос настолько, что она смогла заняться продюсерской деятельностью, вспомнила о Донне и решила вытащить ее из небытия.

Старые фантазии о «доме с привидениями» часто всплывали в разговорах двух подруг, но всерьез не обсуждались. Они в это время специализировались на продюсировании романтических комедий, а с их скромными бюджетами можно было только мечтать о капиталовложениях в столь масштабную потеху.

Очень кстати в 1997 году Стивен Спилберг основал собственную киностудию Dreamworks. Как раз незадолго до этого Донна и Сьюзен сумели сделать из унылого сценария «Бенни и Джун» успешную комедийную мелодраму, пригласив на главную роль только входившего тогда в моду Джонни Деппа. Спилберг оценил прозорливость продюсеров и доверил Сьюзен заняться производством схожих по жанру «Сил природы» с Сандрой Буллок и Беном Аффлеком.

С этого момента лучше называть девушек по фамилиям: Сьюзен Арнольд и Донна Рот. Потому что затея, о которой пойдет речь дальше, относит их на почтительную дистанцию от простых смертных.

Работа над «Силами природы» шла абсолютно гладко. Продюсеры вели проект уверенной, совсем не женской рукой, опережая сроки и заставляя бюджет работать на 150 процентов. Доверие Спилберга – едва ли не самое ценное приобретение в Голливуде.

Вместе с ним появилась возможность воплотить свои детские фантазии. Убедить Спилберга приобрести права на экранизацию «Призрака дома на холме» оказалось несложно. Даже несмотря на то, что эта экранизация стала бы повторной.

Дело в том, что спустя четыре года после выхода романа Роберт Уайз, дважды обладатель «Оскара» за лучший фильм года («Вестсайдская история» и «Звуки музыки»), поставил свою версию, до сих пор входящую в число самых главных фильмов ужасов. Источником кошмара в его картине были вещи неосязаемые. Скрипы, резкие тени, призрачные белые занавески, трепещущие в конце ночного коридора, внушали безотчетный страх. Невыносимую психологическую атмосферу он воссоздал средствами минималистскими.

Рот и Арнольд нуждались совсем в ином. Им был нужен дом. Настоящий большой дом с привидениями, полный жути и сюрпризов, готовых в назначенный час выскочить, как чертик из коробки. Спилбергу пообещали море спецэффектов, загробную жизнь и Лайама Нисона (он же Шиндлер) в главной роли. Режиссер-небожитель, известный своей склонностью к оккультизму (Спилберг продюсировал «Полтергейст»), милостиво дал согласие.

Великая стройка началась. Не из папье-маше – из мрамора и красного дерева. Две сотни архитекторов, декораторов, резчиков получили заказы на изготовление уникальных барельефов, мебели, дверей и гигантского камина. Не только крупные предметы, но и гардины, ковры, канделябры создавались по индивидуальным заказам. По мере того как детали подвижных лестниц и гостиных с вращающимся полом обретали все более законченный вид, возник вопрос: куда же это все теперь поместить? Ни один из голливудских особняков не соответствовал нужным масштабам. Но у подруг решение этой проблемы было подготовлено заранее. Жизнь сумасшедшего мультимиллионера, страстного авиатора и кинопромышленника 20-30-х годов Говарда Хьюза, служила им в детстве одним из источников вдохновения. Хьюз был одержим гигантоманией. В конце 20-х, когда фильмы снимались за две-три недели, он потратил на съемки «Ангелов ада» шесть лет и два миллиона долларов (бешеные по тем временам деньги). Ему ничего не стоило посадить свой самолет на чужой съемочной площадке, чтобы вручить букетик фиалок Кэтрин Хепберн. В числе подобных выходок – покупка грандиозного собора на Лонг-Бич, в котором он особенно любил оставаться незадолго до смерти. В этом соборе и нашли свое последнее пристанище лепные химеры и дьявольские статуи «Дома на холме».

Для будущих гостей переезд интерьера в собор Говарда Хьюза должен был стать пугающим предзнаменованием. Дело в том, что по сюжету книги Дом выстроил тоже безумный миллионер. Только вымышленный – некий Хью Крейн, живший в середине прошлого века. Художникам был заказан огромный портрет этого человека. Картина прибыла в собор в числе первых. Ее поместили в холле над главной лестницей. Задачей архитекторов было так расположить коридоры и переходы, чтобы они возвращали к портрету Крейна всякого по ним идущего. Должно было рождаться впечатление, что это зловещий дух замка раскинул свои гигантские щупальца, и сколько по ним ни бегай, они все равно вернут к хозяину. Клаустрофобию усилили многочисленные зеркала, создающие иллюзию бесконечного пространства, – коль скоро эта бесконечность есть не что иное, как утроба монстра. Каждый коридор и каждый лестничный пролет заканчивался зеркалом во всю стену. В довершение к этому сконструировали специальную круглую комнату из одних зеркал.

В центре Большого зала, высотой 14 метров и площадью 1400 м2, разверзлась хищная пасть камина. На него поставили светильники, напоминающие горящие глаза. Из бронзы, старого золота и меди отливались детали интерьера. Лепнина стен бесконечных круговых коридоров была выполнена так, чтобы идущий по ним ощущал еле уловимое движение пространства, похожее на течение реки. Из Марокко доставили выполненные тамошними мастерами семь массивных резных дверей, ведущих к Большому Входу. Главным украшением являлся пятиметровый барельеф центральных ворот. В нем использованы темы и фигуры «Врат ада» Родена – как будто копию со знаменитого барельефа изготовил сумасшедший художник.

Следующий этап работы – начинить Дом сложнейшими механизмами. Так, чтобы он ожил. Чтобы по велению демоны взлетали с барельефов, хищные подлокотники кровати вытягивались и смыкались над героиней, а спиральная лестница несла бы героев в головокружительные виражи. Дело доверили Филу Типпету, главному мастеру визуальных эффектов в Голливуде. Он научил звездных пауков из «Космического десанта» охотиться на людей, заставил бегать и прыгать динозавров из «Парка Юрского периода». Так что с лепными монстрами проблем у него не возникло.  Спальню героини Типпет оснастил компьютеризованной гидравлической системой, заставляющей комнату сжиматься, а полог кровати опускаться. Короче, любого, кто рискнул бы здесь переночевать, действительно поджидала масса сюрпризов, способных довести до инфаркта.

Детская мечта превращалась в реальность. В первый съемочный день у зловещих ворот собора Говарда Хьюза съемочную группу ждали не Арнольд и Рот. Это снова были Сьюзен и Донна, встречающие долгожданных посетителей своего «Дома на холме».

Впечатлительная Лили Тэйлор, приглашенная на роль Элеонор, с каждым шагом становилась все скованнее. Ее резюме прозвучало высшей похвалой: «Я уже сейчас охотно верю, что здесь живут призраки». Но и страшным крушением главной надежды: «Простите, но оставаться здесь на ночь я не буду. Десяти минут вполне достаточно, чтобы прочувствовать атмосферу. Сейчас, с вашего позволения, я выйду: такое ощущение, будто что-то душит изнутри».

Все многочисленные уловки, приспособления и капканы, все тайны их произведения не пригодились. Съемочная группа в полном составе выразила солидарность с Тэйлор: специальные творческие эксперименты в виде ночевок в соборе излишни. В глазах Лайама Нисона отражался первобытный страх: не надо репетиций, не надо дублей – актер готов при одном взгляде на интерьер.

Лучшего для фильма ужасов и не придумаешь. Мисс Рот и мисс Арнольд отлично выполнили свою работу.

Что же до фильма, то, выйдя на экраны, он вызвал противоречивые отзывы. Трудно сказать с уверенностью, состоялся «Призрак дома на холме» как фильм ужасов или нет. Но даже недоброжелательно настроенные критики советуют на него сходить. Хотя бы ради Дома, «уникального пространства, наделенного личностью» (Роджер Эберт). Ради Дома, который дышит, живет, пугает превращениями коварных пространств и заводит свои разговоры. Идет на контакт.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить