При дисморфофобии человек считает некоторые особенности своей внешности настоящими уродствами, тогда как другие люди их даже не замечают. «Афиша Daily» поговорила с женщиной, страдающей дисморфофобией, а также с психиатром и психологом о границе между недовольством собой и психическим расстройством.

Ольга

28 лет

Проблемы с восприятием внешности у меня появились в одиннадцать лет. Мне хотелось украшать себя, наряжаться в модную одежду, но мама не баловала меня модными вещами и запрещала краситься. Это было трагедией, потому что я не могла даже скрыть прыщи. Мне кажется, что если бы в том возрасте я научилась любить себя, дисморфофобии бы не было.    

В школе я поняла, что «стремная». Одноклассники не давали забыть о том, что нос у меня, как у Бабы-Яги, а ноги кривые и короткие. На всю жизнь запомнилась ситуация, когда мы играли в «слабо», где надо было выполнить задание или получить пинок, и прозвучала фраза, что лучше получить пинок, чем поцеловать меня. С тех пор я начала все чаще выискивать в себе недостатки и находить их.

К психотерапевту я начала ходить, когда была подростком, но в силу возраста я не относилась к лечению серьезно. Еще мама водила меня на медицинский гипноз: там нас успокаивали речью, а потом каждому на ушко шептали какое-то внушение о любви к себе. Там я никогда не спала и думала по большей части о своем. Во взрослом возрасте я снова начала ходить к психотерапевту, к которому меня отправила тоже мама. Тогда к дисморфофобии добавились депрессия и социофобия. Врач говорил какие-то банальные вещи о том, что все мы красивые и нужно любить себя, а однажды сказал, что у меня иконописное лицо. Сейчас я продолжаю лечение у психотерапевта: пью успокоительные, антидепрессанты, нейролептики — в основном чтобы не нервничать и не принимать все близко к сердцу.

Я не использую веб-камеры и терпеть не могу незваных гостей — боюсь, что кто-то увидит меня в неподходящий момент

Я не могу говорить о своем идеале красоты — это причиняет сильную душевную боль, я начинаю злиться. Мои больные места — это все лицо, а также глаза, подбородок, нос, короткие кривые ноги. Пластические операции я не делала, потому что мне кажется это предательством родителей: очень боюсь обидеть маму, ведь все, что меня не устраивает во внешности, досталось от нее.

Иногда я могу заплакать на улице из-за того, что я урод, в то время как женщина «обязана быть красивой». Очень больно встречать этот посыл в фильмах или литературе. Сейчас я плачу реже, но раньше я не могла слушать романтическую музыку, читать стихи, потому что они написаны для красивых людей. Слово «красота» для меня — триггер (слово или событие, которое заставляет человека переживать психологическую травму. — Прим. ред.).

Я постоянно убеждала себя в том, что я стройная блондинка, представляла себя ею. Казалось, им живется легче, а мне никогда не стать такой. В какой-то момент у меня появилась зависимость от зеркал: нужно было смотреть каждую секунду, все ли в порядке с внешним видом. Я не использую веб-камеры и терпеть не могу незваных гостей — боюсь, что кто-то увидит меня в неподходящий момент.

Я решила никогда не рожать детей, чтобы не распространять «уродские гены»

Дисморфофобия довела меня до мизандрии. Я была очень зла на мужчин, ведь это из-за их жадности и похоти возникли ужасные стандарты красоты, из-за которых я ощущаю себя уродиной. Все было бы не так трагично, если бы из-за каждого угла не кричали, что женщина обязана быть привлекательным «мясом».

Я люблю добрые слова, даже если это откровенная лесть, — это значит, что ты чем-то важен для человека. Мне легче от простых комплиментов, а критика  всегда ранит. Однажды я познакомилась с молодым человеком, и на первом свидании он сделал мне «комплимент»: сказал, что у меня милая улыбка, несмотря на некрасивое лицо. Это был удар ниже пояса, тем более что это было сказано в тот момент, когда я почти перестала считать себя уродом. После этого случая у меня началась реактивная депрессия (формируется как ответ на пережитую ситуацию. — Прим. ред.). Тогда были мысли о суициде как о единственном  выходе. И в тот момент я решила никогда не рожать детей, чтобы не распространять «уродские гены».  

Сейчас мне намного легче, потому что у меня появился любимый мужчина. Он ни разу не делал мне замечания по поводу внешности. Он всегда говорит, что я красивая. Это очень важно для меня. Я продолжаю тщательно следить за собой: легче было бы забить, но я не могу. Я также перестала бояться заводить детей, и если у меня будет ребенок, я сделаю все, чтобы он ощущал себя на первом месте. Я поняла на себе — лечит только любовь.

Подробности по теме
Сильный пол
«Кобыла, жирная, глиста»: девушки рассказывают о том, как их стыдят за внешность
«Кобыла, жирная, глиста»: девушки рассказывают о том, как их стыдят за внешность
Максим Марачев
Кандидат медицинских наук, врач-психиатр, психотерапевт. Заместитель директора по медицинской части Нейроцентра медико-психологической коррекции и реабилитации

В современном понимании дисморфофобия — это чрезмерная озабоченность одним или несколькими малозаметными физическими дефектами. Расстройство, как правило, сопровождается стереотипным поведением (действия, которые регулярно повторяются вне зависимости от контекста. —Прим. ред.): люди разглядывают себя в зеркале, чрезмерно ухаживают за собой, относятся с пристальным вниманием к определенным участкам тела, навязчиво сравнивают себя с окружающими, постоянно ищут подтверждение того, что у них есть изъян. Страдающий дисморфофобией всегда уверен в наличии у себя какого-либо дефекта.

По данным эпидемиологических исследований, распространенность заболевания в обществе колеблется в пределах от 1,7 до 2,4%. Явные симптомы проявляются обычно в возрасте 13–20 лет и наблюдаются с одинаковой частотой у мужчин и женщин.

Если для мужчин характерна озабоченность недостаточным объемом мышечной массы, то женщины чаще относятся с повышенным вниманием к незначительным кожным дефектам и отдельным частям тела (форма губ, бровей, носа, анатомические особенности бедер, живота, ног и так далее).

Выявляемые дефекты или недостатки — мнимые, незаметные окружающим

В группе риска оказываются прежде всего подростки, поскольку именно в этом возрасте начинается активный процесс самоидентификации. Через внешность подросток осознает себя, отвечает на вопрос «Какой я», осуществляет идентификацию со значимой для него социальной группой. И именно внешность становится основой для болезненной фиксации и повышенной чувствительности к себе и своим переживаниям. Также в группе риска люди, для которых внешность является значимой в профессиональном плане: например фотомодели, телеведущие и все те, для кого проблемы с внешним видом могут стать серьезной преградой на пути к достижению профессиональной и личной самореализации.

Важно понимать, что выявляемые дефекты или недостатки — мнимые, незаметные окружающим. Согласно одной из гипотез, появление болезни связано с нарушением глобального механизма восприятия — другими словами, человек воспринимает только отдельные детали, так как страдает способность видеть объекты целиком.

Есть большая разница между обычными комплексами, психологическими травмами, навязчивыми идеями и дисморфофобией. Озабоченность угревой сыпью, лишним весом или очевидными физическими недостатками в подростковом возрасте — распространенные проблемы пубертатного периода, которые не являются проявлениями болезненного состояния. Иногда так же ведут себя люди, которые испытывают недостаток внимания. Такая особенность относится к личностным чертам и не является проявлением патологии.

Подробности по теме
Медицина
Психиатр Аркадий Шмилович о душевном здоровье россиян: «Чтобы оставаться психически здоровым, надо быть толерантным человеком»
Психиатр Аркадий Шмилович о душевном здоровье россиян: «Чтобы оставаться психически здоровым, надо быть толерантным человеком»

О расстройстве можно говорить, когда дефект становится настолько проблемным для человека, что изменяет всю его жизнь. Поведение, бытовые привычки, мысли начинают вращаться вокруг этой темы. То есть происходит болезненная фиксация, «застревание», из которого самостоятельно выбраться уже не удается.

Традиционный ответ на вопрос «Когда пора обратиться к врачу?» — чем раньше, тем лучше. Однако в реальности этот принцип реализовать тяжело. Если с кем-то из ваших родственников происходит что-то подобное, необходимо обратить его внимание на ситуацию, посоветовать проконсультироваться с психотерапевтом или психиатром. Однозначно можно сказать, что если симптомы дисморфофобии искажают повседневную жизнь (например, человек перестает выходить из дома, замыкается в себе и так далее), это серьезный признак, который говорит о том, что обратиться к специалисту нужно как можно скорее.

Лечение дисморфофобии, как правило, длительное, на это могут уйти месяцы. Оно включает в себя как медикаментозные, так и психотерапевтические методы коррекции. Первой линией терапии, вне зависимости от выраженности нарушений, являются антидепрессанты из группы селективных ингибиторов обратного захвата серотонина. Из психотерапевтических методик наибольшее распространение получили методы когнитивно-поведенческой и экзистенциально-аналитической психотерапии.

Светлана Тимофеева
Семейный психолог, член Общества семейных консультантов и психотерапевтов

Дисморфофобия, то есть боязнь непривлекательности своего тела, устроена следующим образом: человек видит какую-то часть своего тела некрасивой, деформированной и стремится исправить дефект. Недостаток может и не существовать вовсе, но все мысли фокусируются вокруг этого. Проблема развивается чаще при стечении двух обстоятельств: внешних и внутренних.

К внешним обстоятельствам можно отнести широко разрекламированные эталоны красоты, а внутренние обстоятельства связаны с возникновением у человека навязчивой идеи: человек видит у себя какой-либо дефект, начинает думать о нем, тем самым поддерживает его. Он больше не в состоянии отвлечься от этого недостатка, поэтому он становится очевидным не только для самого страдающего, но и для окружающих. Например, девушка, которая считала, что у нее некрасивая форма глаз, носила очки с темными стеклами и в солнечную, и в плохую погоду, привлекая тем самым к своим глазам внимание.

Дисморфофобия может входить в состав анорексии, когда человеку кажется какая-то часть его тела толстой — например, щеки или бедра. Человек начинает ограничивать себя в еде, но это не помогает похудеть именно там, где хочется. Тогда человеку начинает казаться, что он худеет недостаточно хорошо, поэтому начинает ограничивать себя в еде еще сильнее. В таком случае расстройство может привести даже к смерти.

Подробности по теме
Разум и чувства
Как убедить близкого человека пойти к психологу
Как убедить близкого человека пойти к психологу

Грань между критичным отношением к себе и дисморфофобией понять легко. Если предпринятая попытка исправить недостаток внешности привела к успеху и человек остался доволен своей внешностью, значит, у него было критичное отношение. Но если, например, после коррекции носа человек обнаруживает у себя неправильную форму ушей, это сигнал к тому, что исправление одного недостатка повлечет за собой открытие новых.

В отношениях с окружающими у человека, страдающего дисморфофобией, появляется дистанция. Ему кажется, что все смотрят только на его недостаток, видят только его дефект.

Если близкий вам человек начинает жаловаться на свою внешность окружающим, лучшее, что вы можете для него сделать на первом этапе, — это согласиться с тем, что недостаток есть. Также можно предложить говорить об этом строго в определенное время не более получаса в день. Когда ваш родственник будет жаловаться, молча слушайте. В конце можно сказать: «Мне жаль, что с тобой все это происходит». Разумеется, надо предложить обратиться за психологической помощью.