Из Высшей школы кино и телевидения «Останкино» отчислили шестерых студентов — они лайкнули негативный комментарий об учебном заведении. Позже школа заявила, что на самом деле студентов отчислили за «саботирование антиковидных мер». Мы поговорили с одной из отчисленных девушек, а также узнали у юриста, насколько законно решение школы.

Алиса Тимченко

Я поступила в Высшую школу «Останкино» в августе на специальность «телерадиоведущий». Это дополнительное профессиональное образование, курс длится полтора года. Месяц обучения стоит 22 тысячи рублей. По расписанию у нас стабильно должно быть 12 занятий в месяц, но школа постоянно их переносила — якобы преподаватель попросил и так далее. Из‑за этого потом вместо трех занятий в неделю проходило по четыре-пять. Мы все работаем, и времени ездить в школу такое количество раз в неделю у нас нет.

Сейчас, после того как объявили нерабочую неделю с 28 октября по 7 ноября, занятия снова перенесли. При этом до 1 ноября мы обязаны оплатить обучение наперед за месяц, хотя уроки возобновят только с 7 ноября, и то не факт, может быть, каникулы продлят. То есть мы обязаны отдать деньги за те занятия, которых у нас, возможно, не будет. Перерасчет школа не делает, и в предыдущие месяцы происходило то же самое. После того как руководство школы в инстаграме объявило об очередном переносе занятий, мы хотели собраться группой и пойти в учебную часть обсудить ситуацию, но перед этим увидели под постом возмущенный комментарий девушки о том, что занятий опять будет меньше, а стоимость обучения не меняется, и лайкнули его.

В субботу, 23 октября, со страницы школы «Останкино» мне написали в директ о том, что я больше никогда не смогу там учиться, а доступ на территорию для меня закрыт. То же самое написали трем моим одногруппницам и еще двум студентам. При этом сообщения выглядели максимально нелепо, с неправильно расставленными знаками препинания и клишированными фразами. Я была в шоке от того, что по такому серьезному поводу, как отчисление, мне пишут в инстаграме. Попыталась объяснить, что к качеству образования у меня претензий нет, а вот организация занятий не устраивает многих студентов. В ответ меня просто заблокировали.

В понедельник, 25-го числа, я отпросилась с работы, думала, что это недоразумение, и я сейчас по-быстрому все решу. Но мой пропуск действительно заблокировали, а охранник на входе уже узнавал меня в лицо и обращался ко мне по имени и фамилии. Он спрашивал, что за комментарий, почему мы его лайкнули, говорил, что «так нельзя поступать». Кстати, девочка, которая оставила этот комментарий, позже призналась в этом руководству и сказала, что больше не будет учиться в школе. Я попросила подняться к директору, чтобы хотя бы забрать договор, но охранник меня не пустил, сообщил, что это приказ учредителя [Александра Кузнецова].

Сначала директор [Любовь Соколова] вроде бы согласилась с нами общаться, я ждала два часа, пока она приедет в школу. Встретила ее у входа, спросила, можно ли поговорить. Она ответила: «Да-да-да, пять минут». В итоге через какое‑то время вышел охранник и грубо сказал: «Позвонил учредитель. Директор с вами ни о чем разговаривать не будет. И вообще никто не будет разговаривать. Можете обращаться в суд». Моя одногруппница откуда‑то достала номер директора, мы ей позвонили. Я предложила адекватно обсудить ситуацию, а она ответила: «Откуда у вас мой номер? Не звоните сюда больше». Никто из руководства школы с нами больше не связывался.

Я написала об этом инстаграме, попросила подписчиков распространить информацию, и уже к вечеру новость разлетелась. В соцсетях мне многие написали, что их также отчисляли по надуманным поводам и не возвращали деньги. Я отмечала преподавателей под постом о ситуации, но они притихли. Одногруппники, которых не отчислили, боятся что‑то сделать, ведь с ними может случиться то же самое, что с нами.

Я уже подала в школу заявление с претензией, чтобы мне объяснили в письменном виде причины отчисления. Если школа сейчас выйдет с нами на контакт и согласится вернуть нам деньги, то мы не будем обращаться в суд. Я больше не хочу там учиться. По идее, мне должны возместить ущерб, в общей сложности 66 тысяч рублей: во-первых, в договоре прописано, что отчислить нас могут только за неуспеваемость и просрочку оплаты, и, во-вторых, договор был расторгнут в одностороннем порядке. Но если они упрутся, то, вполне вероятно, что вернут деньги только за те занятия, которые я не успела посетить в октябре. Думаю, после 7 ноября все станет окончательно ясно.

Я больше в школу не вернусь и никому не советую туда поступать. Не жалею, что меня отчислили, так как эта история вызвала общественный резонанс и благодаря ей все узнают, что творится в Высшей школе «Останкино».

Андрей Чирук

Юрист, правозащитник

Между учебным заведением и каждым студентом заключается договор, согласно нему заведение должно предоставлять образовательные услуги, а студенты — посещать лекции, бережно относиться к имуществу учреждения и своевременно оплачивать обучение. Какая‑то активность в социальных сетях никак не может влиять на оказание образовательных услуг, за это нельзя применить никакие санкции к студенту. Конечно, если эта активность в рамках законодательства, но в данном случае речь всего лишь о лайке на комментарии. При этом неважно, какая организационно-правовая форма учреждения — государственный вуз или автономная некоммерческая организация, как в этом случае, — если у него есть образовательная лицензия, он имеет одинаковые права и обязанности.

Отчислить студента можно только на основании официального приказа, который имеет соответствующие реквизиты — подпись руководителя, причина отчисления.

Никакая переписка в директе не может быть основанием для отчисления, а пост в инстаграме не имеет юридической силы.

В данном случае студентам незаконно запрещают доступ в образовательное учреждение, это прямое нарушение договора. Действия школы влекут ответственность по статье 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», также для школы наступает обязанность возместить убытки студенту по статье 393 Гражданского кодекса РФ.

Студенты могут обратиться с жалобами в Департамент образования города Москвы, в Рособрнадзор, а также в суд с иском о возмещении убытков. Органы обязаны ответить в течение месяца и в случае выявления нарушений провести проверку. Что касается суда, сроки рассмотрения в данном случае дольше, но здесь есть возможность получить материальную компенсацию за то, что студент оказался без доступа к образовательным услугам. Есть перспективы вернуть деньги за все время обучения — когда студент заключал договор, он рассчитывал на получение полного курса и документа об окончании образования. Если этого не случается по вине исполнителя, то можно считать, что услуга не оказана полностью.

26 октября в официальном инстаграме «Останкино» появился пост художественного руководителя школы Елены Летучей, в котором она обвинила отчисленных студенток «в саботировании подобных антиковидных мер» и заявила, что «ни посты в Инстаграм, ни лайки к этим постам — к отчислению этих студенток не имеют не имеют никакого отношения» (орфография и пунктуация оригинала сохранены. — Прим. ред.). «Афиша Daily» попыталась связаться со школой «Останкино», но не смогла получить оперативный комментарий.