Этнографический лейбл из Нальчика Ored Recordings, артисты которого переосмысляют корневую адыгскую музыку, продолжает покорять зарубежье. По просьбе «Афиши Daily» Кристина Сарханянц провела день на нидерландском фестивале Le Guess Who? с музыкантами лейбла, исполнителем в традиционном стиле из Адыгеи Зауром Нагоевым и черкесским ансамблем Jrpjej.

Базирующийся в Нальчике этнографический лейбл Ored Recordings около десяти лет путешествует по городам, селам и аулам Карачаево-Черкесии, Кабардино-Балкарии, Осетии, Адыгеи и других кавказских регионов в поисках исполнителей традиционной музыки. Сооснователи лейбла Булат Халилов и Тимур Кодзоков фиксируют на пленке ускользающее искусство сложения и передачи локального мировоззрения, уклада жизни и культуры через обрядовые, охотничьи, врачевальные и другие ритуальные песни. Подробнее о подходе и устройстве лейбла читайте в нашем старом интервью с Булатом Халиловым.

В одном из малых залов сверкающего стеклянным фасадом концертного комплекса-трансформера TivoliVredenburg, расположенного в центре нидерландского Утрехта, отчетливо раздается стрекотание кузнечика. Присутствующие невольно переглядываются: как насекомое могло оказаться в городе, да еще и на такой высоте, в самом сердце ультрасовременного здания? «Помнишь чувака из „Полицейской академии“, который умел изображать разные звуки? — тихо спрашивает у меня сооснователь нальчикского этнографического лейбла Ored Recordings Булат Халилов (он имеет в виду персонажа комедийной серии фильмов „Полицейская академия“, курсанта Ларвелла Джонса в исполнении американского актера и комика Майкла Уинслоу, известного как „человек десяти тысяч звуковых эффектов“. — Прим. ред.). — Вот наш Алан может так же, он прикалывается».

Аккордеонист и вокалист ансамбля Jrpjej («джэрпэджэж» — в переводе с адыгского «эхо») Алан Шеуджен и правда так разминается перед записью передачи «Vrije Geluiden», выходящей на нидерландском национальном телевидении. «Vrije Geluiden» — эдакий голландский аналог лайв-шоу KEXP, с той лишь разницей, что его кураторы отдают предпочтение не поп- и рок-музыке, но джазу и авангарду, классике, посттрадиции, экспериментальным проектам. Выступить в передаче мечтают все местные музыканты и мировые звезды. Так, в разное время в ней принимали участие Джанго Рейнхардт и Жак Брель, Рейнберт де Леу и Арчи Шепп, Бугге Вессельтофт и Кейт ле Бон, Нилюфер Янья и Хайлу Мергиа, Ezra Collective и Khruangbin и многие другие артисты.

Выступления Jrpjej на Le Guess Who 2021 (пока) нет, но выглядело оно примерно так

Команда Ored оказалась на съемочной площадке не случайно: чуть позже в тот же день лейбл представлял свой шоукейс в рамках программы Hidden Music культового нидерландского фестиваля Le Guess Who? (далее — LGW?). Hidden Music придумали продюсер LGW? Иэн Бреннан и основатель лейбла Glitterbeat Records Крис Экман. Они решили ежегодно привозить на фестиваль далекую от мейнстрима музыку из разных уголков планеты, по их мнению, недостаточно или вовсе не представленную в лайнапах крупных международных музыкальных событий. К таковым, безусловно, относится LGW?. У программы даже появился соответствующий слоган: «to represent underrepresented» («представить недопредставленное»).

Для Ored приезд на LGW? — давняя заветная мечта, потому они зашли с козырей и приехали в Нидерланды со сразу двумя своими флагманскими проектами. Первый — исполнитель в традиционном стиле из Адыгеи Заур Нагоев. Второй — переосмысляющий корневую адыгскую музыку ансамбль Jrpjej. Во время выступлений Нагоева музыканты Jrpjej аккомпанируют ему, оказываются одновременно группой и бэк-вокалом, и наоборот, в сете Jrpjej Нагоев становится еще одним голосом черкесского состава.

© Maarten Mooijman

Тем утром в TivoliVredenburg музыканты заметно волновались. Во многом потому, что не могли поверить, что то, что с ними происходит, происходит на самом деле. Десант Ored накануне вечером прибыл в Утрехт, причем путешествие осложнили бюрократические проволочки. Кажется, что в эпоху пандемии они стали еще больше затруднять жизнь артистов, и без того немеренно страдающих от постоянных переносов и отмен концертов и туров. В частности, Нагоев смог получить визу буквально перед вылетом, в аэропорту Краснодара выяснилось, что в его ПЦР-тесте почему‑то не проставлена дата, а потом еще в Стамбуле на пересадке музыкантам внезапно пришлось доплачивать за негабаритный багаж.

Если аккордеон, бочку и гитару фестиваль смог арендовать для шоукейса на месте, в Утрехте, то аутентичные флейту-камыль, апапшину (черкесскую домбру) и шичепшин нужно было обязательно везти с собой.

В общем, судьба чинила Ored самые разные препятствия, но они со всем справились. При этом то был лишь второй выезд музыкантов за рубеж — впервые они оказались в Европе месяцем ранее, в октябре 2021-го съездив с шоукейсом в Польшу, на краковский фестиваль Unsound. Так что неудивительно, что в Утрехте они чувствовали себя пришельцами с другой планеты. Ну, или принимали за таковых местных. Впрочем, как только режиссер «Vrije Geluiden» начал обратный отсчет, волнение ушло, а зал, где шла запись, накрыла тишина, и все мы мгновенно перенеслись в мир черкесских преданий и обрядов, сражений и романтических подвигов давно минувших дней. Для телевидения Нагоев и Jrpjej выбрали четыре песни — по две из репертуара каждого.

Прозвучавшая первой героическая «Тыгъужъыкъо Къызбэч» о Казбеке Шеретлукове (Тугужуко), одном из предводителей черкесского войска против Российской империи на Западном Кавказе, посвящена реальной исторической личности, герое, упоминания о котором встречаются не только в преданиях, но и в воспоминаниях российского командования и зарубежных путешественников. Второй номер Нагоева — «Си Пакъ» — это лирическая песня о красавице Пак. «Интересно, что в нашей традиции поздние тексты о любви часто накладывались на обрядовые танцевальные мелодии, — рассказывает о песне Халилов. — В данном случае на мелодию для кругового танца удж, которым заканчивали игрища».

© Maarten Mooijman

Jrpjej начали свой сет для телевидения с «Къоджэ Бэрдыкъо Мыхьэмэты игъыбз» — плача о Магомете Коджебердукове, еще одном герое русско-кавказской войны. По преданию, воин решил жениться на возлюбленной, но та сочла сердечные дела недостойными в военное время и поставила невозможные условия — Магомет должен был захватить и принести русскую пушку. Во время набега он был смертельно ранен, и незадолго до его смерти девушка согласилась выйти за него замуж, а после сама ушла на войну. Завершившая мини-выступление Jrpjej «Елэ Елэ» — песня вызова дождя. «Во время засухи черкесы делали специальную куклу Хьэнцэгуащэ (она же Дева-лопата), ходили с ней по селу и пели эту песню, — поясняет Халилов. — Обряд встречается и сейчас в некоторых селах».

Дебютный альбом Jrpjej

Заур Нагоев и на записи, и позднее на фестивале исполнял свои песни в традиционном стиле, и его часть концерта даже при поддержке Jrpjej прозвучала предельно минималистично, невозмутимо и хладнокровно, несколько отчужденно. В Якобикерке, средневековой церкви святого Иакова, где уже состоялся фестивальный сет Ored, это чуть не сыграло с музыкантами злую шутку. Некоторые зрители, определенно пришедшие за зрелищем и в меньшей степени за пищей для ума, не были готовы к предварявшим каждую песню и похожим на микролекции пояснениям Халилова. Некоторые потянулись к выходу, не дождавшись катарсического выступления Jrpjej. Отметим, что в будущем команде Ored стоит принять это к сведению и подумать, как можно выстроить программу, чтобы не терять внимание публики на протяжении всего концерта. Однако не будем забывать и о том, что в настоящее время Jrpjej — центральный продюсерский проект нальчикского лейбла, так что логично было именно так расставить артистов. К тому же в сентябре у ансамбля вышел второй альбом — «Taboo: Songs of Love & Death», и этот релиз ожидаемо вывел Jrpjej в своего рода хедлайнеров Ored.

За год, прошедший с момента выхода дебютного альбома Jrpjej «Qorror», группу покинул вокалист Бибарс Аппеш. Квартет превратился в трио, в которое сегодня входят основатель группы Тимур Кодзоков, аккордеонист Алан Шеуджен и вокалистка Дайана Кулова. Песни для альбома «Taboo: Songs of Love & Death» музыканты выбрали из архивных записей прошлого века и экспедиций Ored Recordings. Заглавной песней стала «Тэбу» — плач девушки, над которой надругались кровные всадники. В других песнях с альбома девушки то выходят за нелюбимых, чтобы предотвратить кровопролитие, то их убивают на игрищах рикошетом случайного выстрела. Сказители тут проклинают царей, а герои войны за независимость умирают от ран, полученных в битве ради любви. Альбом выделяет выверенное звучание, использование нетипичных для традиционной черкесской музыки инструментов и такой же, нетрадиционный, подход к исполнению материала и аранжировкам.

© Maarten Mooijman

Jrpjej сегодня — музыка больших открытых пространств, свободолюбивый и лихой звук, пронзительный голос, в котором традиция действительно слышится словно отражение, эхо. При этом уважительное и бережное к ней отношение участников проекта неоспоримо. То, о чем не принято говорить, можно пропеть.

Можно выпеть из себя боль и стыд, трусость и страх, можно воскресить в музыке доблесть, красоту, дерзость. Сердце безошибочно признает это, кровь закипает, отзывается на правдивый и честный рассказ. Стало быть, память можно сохранить и передать в звуке? Пожалуй, что можно. Весьма утешительный вывод.

Тут важно сказать еще вот что. Ored делает ставку на глобальный тренд на посттрадицию — переосмысление традиционных культурных, в том числе музыкальных практик разных регионов, — тренд этот востребован, и именно данная составляющая в творчестве Jrpjej скорее интересна европейской публике. Однако музыкантам удается соблюдать баланс, не изменять себе, сохранять искренность и каждый раз по-настоящему проживать свои песни. Что, без сомнения, в конечном счете и цепляет слушателя, даже максимально далекого от культуры Кавказа. Подтверждение тому — сердечный отклик публики LGW? на бешеный финал концерта в Якобикерке: зал хлопал в ладоши, топал и пропевал вокализы за группой так, будто еще вчера гулял на черкесском празднике и делал это на протяжении как минимум последних ста лет. Под сводами средневековой церкви в последний раз эхом прокатился гул струнных и аккордеона, и откуда‑то явственно раздалось стрекотание кузнечика.

Jrpjej выступят в Москве 23 ноября в рамках проект «Черкесское барокко» ДК «Рассвет» — вечера, призванного соединить на одной сцене два далеких мира — традиционные черкесские песни и европейскую барочную музыку. Подробности и билеты — на сайте ДК «Рассвет».

«Афиша Daily» благодарит Le Guess Who? и Yugofuturism за помощь в подготовке материала.

Подробности по теме
Как начиналась история Ored Recordings — в материале «Афиши»
Как начиналась история Ored Recordings — в материале «Афиши»