Житель Москвы Борис Вилковыский и харьковчанин Иван Джеломанов — команда паблика Fast Food Music, который стал для 400 000 подписчиков важным источником информации о новых музыкальных релизах, клипах и новостях. Андрей Никитин поговорил с ними о том, как в 20 лет построить успешное независимое медиа.

Fast Food Music появился как паблик «ВКонтакте», где его админы делились новинками западного рэпа, особенно интересуясь его только зарождавшейся новой волной — сегодня эти герои у всех на виду, в чартах и около. В этом году FFM получил «Золотую горгулью» в номинации «Музыкальное медиа года». При неизбежной субъективности любых подобных наград, тут все очень по делу: Fast Food обзавелся 400-тысячной армией подписчиков в «ВК» (что не рекорд, но очень здорово, учитывая редакционную политику FFM — речь об этом пойдет ниже), открыл представительства в других соцсетях, а также запустил ютьюб-канал с интервью, фильмами и фристайлами.

— Начинали вы 6 лет назад?

Иван: Да, в 2012 году. Борис был тем человеком, кто придумал название — он нажал эту кнопку. У меня был другой паблик, он назывался New Slaves. В обоих пабликах было по 5 тысяч подписчиков. Мы сначала были конкурентами, а потом решили вместе развивать Fast Food Music.

Борис: В первый раз Ваня приехал в Москву в 2016-м году, до этого мы друг друга видели только на фотографиях. Но мы за эти годы сработались до автоматизма. И стараемся, чтобы у нас, в отличие от других пабликов, был качественный контент (смеется) — я просто очень не люблю эту фразу. Мы всегда старались отличаться, давать эксклюзивы. У нас была премьера трека Фараона «X-Ray», который тогда вообще не был популярен.

— Как вы это организовывали?

Б: Мы же дружили. Тогда только начинала развиваться YungRussia (объединение молодых независимых музыкантов по большей части из Москвы и Уфы; первую представлял Фараон и его туса Dead Dynasty, вторую — Бульвар Депо, Томас Мраз, i61. — Прим. ред.), их менеджер Даниэль написал нам: «Йоу, парни, респект за паблик, всегда его чекаю». Мы такие: «Воу, я его знаю, он крутой!».

Даниэль тогда организовал легендарный совместный концерт Яникса, ATL и Хэштега, куда пришло очень мало людей. Там я познакомился с Даней. Потом познакомился с Глебом [Фараоном]. Помню одно из самых первых его выступлений — оно было в «Газгольдере» на дне рождения Скриптонита, когда Скриптонит еще не выпустил первый альбом. Глеб выступал на разогреве — в толпе было буквально три-четыре человека.

Мы дружили со всеми, был взаимный респект и многих артистов мы замечали на старте.

И: Мы всегда диггали музыку на всяких форумах, на KanyeToThe, на Reddit…

Б: А русский рэп мы, кстати, долго не публиковали. Боялись, что аудитория не воспримет русское. У нас уже было тысяч 15 подписчиков на тот момент. Первым был Яникс с «Шоу улиц гетто». С Яниксом я, кстати, в одной школе учился! Было очень много хейта, но мы продолжали очень выборочно публиковать русских артистов — ATL, например.

И: Сейчас можем запостить что-то, что нам не нравится, если это качественно сделано.

Б: Но Элджея не публикуем. Аудитория не воспримет.

Интервью FFM с Лил Пипом, взято во время его приезда в Москву весной 2017-го.

Вы говорите что ориентируетесь только на свой вкус, но уже не в первый раз в разговоре звучит фраза «аудитория не воспримет». Кто главнее, вы или публика?

И: Сейчас мы, конечно, смотрим на реакцию больше, чем когда все начиналось. Но если нам абсолютно не нравится, а массовому слушателю нравится, то мы не публикуем.

Как вы понимаете, что пост не понравился?

И: Слишком маленькое количество лайков и репостов. Слишком много негативных комментариев. Какие бы примеры вспомнить? Вот Фейс сначала точно не заходил.

Б: Но мы публиковали его. (Смеются.)

И: Он написал нам и попросил поддержать его клип «Гоша Рубчинский». Это дало ему хороший толчок. Но публика его просто ненавидела. Мы из-за этого даже сомневались, публиковать ли дальше и его, и вообще русский рэп.

Сколько времени в день вы тратите на паблик?

И: 24/7 на самом деле.

Б: Иногда это выматывает, хочется освободиться и куда-то выбраться. Но в целом это работа, которая нравится. В день рождения не впадлу ей позаниматься. И на выходных.

И: Мы всегда с собой носим ноутбуки, если понадобится что-то опубликовать.

Б: Ну и сейчас мы уже занимаемся не только пабликом. Есть другие проекты — такие, как «Фристайлы» на ютьюбе, это уже эксклюзивный контент.

И: Первый сезон очень хорошо зашел и дал нам толчок как проекту в целом. Поступили предложения от артистов, которые хотят поучаствовать, интересные предложения от компаний.

Б: Скоро будем снимать второй сезон и вообще делать упор на ютьюб-канал. Это уже наша неотъемлемая часть. Я уже воспринимаю Fast Food Music как бренд что ли. Было бы прикольно сделать из него что-то, как Коул Беннетт с Lyrical Lemonade. Он уже делает фестивали, снимает клипы, начал интервью брать.

А сравнение с «Рифмами и панчами», которые тоже делают фестивали, вам меньше нравится?

Б: На самом деле когда мы стали снимать «Фристайлы», у нас очень сильно расширилась аудитория. Прибежало много людей с пабликов вот такого рода. Там же комментаторы все хейтят.

И: Пишешь про умершего артиста — они начинают его обзывать, унижать, жестить вообще. Хотя, казалось бы, такая тема.

Интервью с Фейсом вышло на FFM летом 2017-го — почти сразу после него началась истерия вокруг уфимского рэпера, связанная с выходом треков «Бургер», «Я роняю Запад».

Почему вы не постите мемы?

И: Иногда проскакивает. Но это более западные мемы.

Б: Мемы, связанные именно с западной рэп-культурой. Но сейчас мы стали публиковать танцы Биг Бэби Тейпа — это тоже вирусный хит.

И: А обычные мемы в понятии других пабликов — картинка, на которой что-то написано, — они как раз и привлекают ту аудиторию, о который мы говорили.

Б: А нам хочется больше аудитории думающей, читающей и слушающей.

Три артиста, которым вы помогли найти слушателя.

Б: Многознаал — точно. Это было круто — мы просто общались, дружили и занимались своим делом. Я Макса очень-очень сильно люблю, потому что он максимально душевный человек.В его первом клипе я в роли одного из трупов лежу в крови. Его первые релизы — это полный андеграунд. На его первый концерт в клубе «Дич» пришло человек 30.

Гон.Фладд — это были времена группы Sabbath Cult. Я записал интро на одном из его альбомов — это мой запитченный монолог. Саша и тогда был, и сейчас остается очень простым человеком. Он реально не изменился — и понимаю, насколько это для него все резко.

И: Нам нравилось, что люди того же возраста, как и мы, создают и продвигают что-то интересное. А нам было интересно показывать это другим.

Б: Биг Бэби Тейпа мы тоже поддерживали с самого начала.

И: Он в инстаграме писал, что мы его постили как рекламу.

Б: Да, мы его сначала постили за деньги. Я помню, как я приехал на тусовку и 39-й из Dead Dynasty врубил в своем джипе его трек «Карамель» — жесткий бэнгер. Я подумал: дай-ка я тоже послушаю повнимательнее. И понял, что это реально круто.

И: И мы начали постить его бесплатно.

Б: Очень круто, что индустрия поменялась и им не пришлось подстраиваться. Сейчас это для них работа, у них все резко пошло вверх. Я помню, как Биг Бэби Тейп выступал на нашей тусовке в январе. Это было локальным мемом, нас было человек 500, все кричали его тексты, но это была именно аудитория Fast Food — а сейчас он как разошелся!

И: Сейчас он следующая звезда после Гон.Фладда.

Многознаалу на Fast Food был посвящен фильм.

Когда вы публикуете рекламу, вы пишете, что это реклама?

Б: Люди это и так понимают.

И: В рекламных постах всегда есть гиперссылка на никнейм артиста.

То есть только так и можно понять, что пост платный?

Б: Да. А ты будешь это публиковать? Но я хочу сказать, что у нас очень качественная реклама. И мы отличаемся от других пабликов тем, что ответственно подходим к своей задаче.

И: Мы всю рекламу отслушиваем. И публикуем только то, что сделано более-менее качественно. Нам предлагают больше заплатить, но мы не соглашаемся.

Б: У нас получилось просто сидя в комнате создать такое сообщество, а теперь это наша работа. Это уже несколько соцсетей — «ВК», ютьюб, инстаграм, немножко телеграм. Я уже вижу наш вес в индустрии. Нет, серьезно, молодые артисты знают про Fast Food, им важно его мнение, они хотят дружить с Fast Food.

А у вас разве выходят материалы-мнения? Я замечал только новости «вышел такой-то релиз, клип, трек».

И: Потому что мы решили придерживаться нейтральной позиции, когда пишем про релизы. Мнения если и высказываются, то где-то в рецензиях. Плюс мы ведем телеграм вместе с еще одним парнем Гошей, который ответственен за наш инстаграм — и в телеграме мы можем высказать свое мнение.

Б: Помню, ты там про «Масла черного тмина» написал, когда о нем еще никто не начал писать. Это клево. А в «ВКонтакте» люди репостят из паблика — и они не хотят репостить плохое описание. Ну а что нам так не нравилось, чтобы мы хотели засрать? Альбом Эминема?

(10 минут живо обсуждают последние понравившиеся и не понравившиеся западные релизы.)

Давайте вернемся к контенту. Из моего опыта — на сайте The Flow регулярно пишут комментарии, как им не хватает лонгридов. А статистика показывает, что это неправда, что читать их хочет все-таки не так уж много людей. А у вас как?

Б: Люди хотят быстрее получить информацию — и люди хотят смотреть, а не читать.

И: Большие статьи нужны людям гораздо меньше, чем раньше. Это можно отследить по отклику, по лайкам, по комментариям. Напишешь ты статью про андеграунд-продюсера Knxwledge. Найдется группа людей, которая очень сильно тебя за это поблагодарит. Но для большинства это будет неинтересно.

Б: Но даже с нашей аудиторией мне было бы интересно снимать видео о таких западных рэперах, как МФ Дум или Джей Дилла. Это будет интересно думающей части нашей аудитории. Но только в формате видео, не текст. Вот Биг Бэби Тейп вдохновляется МФ Думом. И если ты качественно снимешь ролик «Кто такой МФ Дум», то многим это будет интересно, даже молодежи.

Рецензии пишете?

И: Мы с Борей нет.

А у вас есть еще пул авторов?

Б: Появилось же много разных сфер. В каждой сфере нам помогает какой-то человек. Или даже команда. Например, видео — у нас есть режиссер Дима Мелроуз. Он снимает абсолютно все фристайлы, интервью, он часть команды. Есть люди, ответственные за лонгриды, они обожают писать, обожают тексты. Но при этом мы контролируем и следим за всем.

И: Мы с Борей делаем все посты в «ВКонтакте». Как мы это начинали, так и до сих пор. Ну а рецензии — да, они выходят, но редко. Потому что это малоинтересно.

А что сейчас главное — новости?

Б: То, что можно быстро посмотреть.

И: В формате паблика это релизы — альбомы, микстейпы, EP.

Б: Ну и отдельно — видеоконтент. На ютьюбе немного другая аудитория, очень много новых людей, которые благодаря видео узнают о нашем паблике.

Самый просматриваемый выпуск формата FFM Freestyle — с Биг Бэби Тейпом. Он вышел летом, за три месяца до начала истерии вокруг артиста.

Вышел у кого-то клип — насколько важно запостить его самым первым? И что вы для этого делаете?

И: Подписываемся на каналы, нажимаем «колокольчик».

Б: Если мы выложим его раньше, больше людей будут репостить его у нас, а не на других пабликах.

У вас есть истории из серии «Как паблик разрушил мою жизнь»? Условно, «я не могу уехать в отпуск, потому что…»

Б: Мы можем уехать в отпуск, когда хотим. Потому что предупреждаем друг друга. Если на месте не будет меня или Вани, ты к этому готовишься, освобождаешь свои планы на день. Проводишь большую часть времени дома за работой.

И: А в следующий раз уже я должен ему ответить взаимностью.

После какого количества подписчиков паблик о музыке становится важным и влиятельным?

И: Дело не в количестве подписчиков.

Б: Дело в людях, которые собираются вокруг него. Насколько они преданы своему делу. У нас вокруг паблика собралось комьюнити — есть цитаты комментаторов…

И: У FFM есть свое комьюнити, они проводят там больше всего времени, участвуют в обсуждениях.

Б: Знают, что там публикуют их любимую музыку.

И: Причем так получилось почти с самого начала. Те люди, которые там были при 5000 подписчиках, остались там и сейчас.

Хорошо, а после какого количества подписчиков вы поняли, что уже ничем больше заниматься не будете?

Б: Ты спросил, как паблик испортил мою жизнь: я же чуть из универа не вылетел. Мне не особо нравилось учиться.

И: Ты ломаешь свой режим. Сейчас все релизы в iTunes выходят в полночь с четверга на пятницу и в шесть часов утра.

Б: Приходится вставать в 6 часов утра, потому что важно опубликовать их первыми. Но по-моему, это намного круче, чем ходить в офис. И хочется это развивать, чтобы мы и дальше занимали какое-то важное место в индустрии.

А из универа почему выгоняли?

Б: Да не то что выгоняли, просто особо не оставалось времени на учебу. Причем денег еще паблик не приносил.

И: Что-то зарабатывать мы начали только год назад. До этого все было на чистом энтузиазме. И про деньги тогда никто не думал.

Б: До отметки 100 000 подписчиков мы шли очень долго, а потом начался резкий рост. Но и много эксклюзивного контента стало появляться.

Сколько в день нужно делать постов?

Б: По-разному. Иногда бывает так, что у нас заканчивается лимит 50 постов в день.

Еще один выпуск FFM Freestyle — теперь с участием Бульвара Депо и i61.

За что вас чаще всего ругают подписчики?

И: За рекламу.

Б: Но пусть они знают, что мы ее фильтруем — могло быть еще хуже.

И: И эти деньги идут на ютьюб, без доходов от «ВКонтакте» этих видео бы не было. А в ютьюбе рекламы у нас нет вообще.

Б: Видео, вечеринки, все, что мы делаем, — во все нужно вкладывать. Я считаю, что это честный обмен.

А что раздражает кроме рекламы?

И: Русский рэп. Даже если ты постишь Хаски, ATL или Скриптонита, у которых довольно мало хейтеров, все равно найдется кто-то, кто напишет, что это полное говно, — и еще очень много людей это залайкает.

Б: А еще ругают, если мы запоздали с публикацией чего-то важного. Условно говоря, решили взять небольшой выходной, сходить в кино. Выкладываешь это через 3–4 часа, а тебе пишут: «Уже не актуально!».

Расскажите, как вы начали снимать интервью.

Б: Самое первое интервью мы сняли с Томми Кэшем, когда он не был вообще популярен. Это 2015-й год, просто на коленке с Гошей Visnu снято. Мы смотрели, что на Западе много крутого контента. И вот в Москву как-то приехал Night Lovell — и мы видим, что никакие другие издания не берут у него нормального видеоинтервью. Особенно у молодых. Так и возникла идея.

Когда вы снимали интервью с Азизи Гибсоном и Лил Би, и они собирали по 10 тысяч просмотров, у вас было ощущение, что вы делаете что-то ненужное?

Б: В какой-то момент мы стали задумываться, что нужны просмотры. Но тогда…

И: Тогда было в кайф что-то делать.

Б: Нам все равно писали: «Спасибо, очень круто было все это узнать», — и ставили лайки: на тот момент этого было достаточно. Сейчас, конечно, хочется до большего количества это донести. «Фристайлы» — это один из способов. Это просто крутое шоу — оно нравится людям и нравится нам.

Расскажите об интервью с Лил Пипом.

Б: Это было полтора года назад, он уже набрал большую популярность в России. Он в «Главклуб» приехал, там был солдаут. Мы очень увлекались его творчеством, всегда его публиковали, оно нравилось нашим подписчикам.

И: Мы, на самом деле, довольно сильно продвинули Лил Пипа в России.

Б: Да и других андерграундных артистов, таких как XXXTentacion, Pouya… Когда они были еще совсем малоизвестными, мы были одним из немногих крупных ресурсов, кто их публиковал. В итоге когда Пип приехал, мы решили, что надо снимать.

По-моему, это одно из немногих его интервью, где он трезвый — прямо полностью трезвый.

И: Он тогда рассказал, что у него были две или три передозировки, и на это очень сильно обратили внимание в зарубежном комьюнити, потому что раньше Лил Пип об этом ничего не говорил.

Б: Он об этом с усмешкой рассказывал: «Я чуть не умер, но все норм».

И: Потом все время так получалось, что артистам очень нравился результат, нравилось, какими получались интервью. Потому что мы изучаем бэкграунд, задаем интересные вопросы. И потом организаторы показывают их другим артистам — и они тоже легко соглашаются на интервью.

Б: То есть когда Pouya приезжал, он уже видел интервью Лил Пипа, и он хотел его дать. И пообещал, что расскажет о нас Дензелу Карри.

Наряду с западными артистами, Fast Food продолжает обращать внимание на российских героев жанра. Одно из последних интервью было снято с White Punk, который как раз оказался в числе артистов, отколовшихся от Фараона и Dead Dynasty.

Как вы решили, что вам нужно сделать интервью с Фейсом?

И: Тут дело в личном общении Фейса с FFM. Мы запостили его клип — завязалось общение.

Б: Кажется, это был наш первый контент на ютьюбе на русском языке. Я, кстати, не помню, почему мы вообще так решили. Я не берусь утверждать — возможно, он просто написал. Просто все это было настолько на дружеском коннекте…

Условно говоря, артист нам может написать: «К Дудю я не могу пойти, а мне нужно рассказать то-то и то-то». И мы стараемся стать для них платформой, как в Америке есть Nojumper, который дает толчок молодым артистам. Мы собираемся тоже делать видеоинтервью, попробовать в подкасты уйти, чтобы молодые артисты могли приходить и рассказывать о своем альбоме и просто общаться на разные темы.

Насколько Фейс изменился с тех пор?

Б: Я недавно пересматривал это интервью — я его просто уже не помню таким. Он настолько уже мифический персонаж из истории рэпа. Сейчас он совершенно другой. Тебе нравится, что он сейчас делает?

И: Мне понравился посыл альбома. Хотя он и довольно банален. В музыкальной части не особо. Но в целом это как интересное заявление, интересный арт-проект.

Б: Мне не нравится, куда он движется. Мне кажется, все это просто персонажи, образы. В принципе, цель одна в итоге — собрать побольше хайпа.

Я как раз в вашем интервью впервые услышал, что у него маниакально-депрессивные состояния.

Б: Я уже и забыл про это! Просто он раньше часто упоминал об этом в треках. А потом это как-то сошло на нет.

Клип Гон.Фладда вышел на вашем канале — вы ему его сняли?

Б: Нет, мы просто начали хостить клипы. Когда Гон.Фладд подписал контракт с Sony, они, как я понимаю, дали ему какие-то средства, чтобы он наконец-то хотя бы хороший клип себе снял, образ себе сделал, записывал музыку, какую он хочет.

Он сделал «Сети», мне написал мой знакомый, который работал на Sony Music, и предложил захостить клип у нас на канале.

Гон.Фладд тогда набирал довольно мало просмотров. Но мы его поддерживали с самого начала. И нам понравилась сама идея, мы подумали, что неплохо на канале завести такую рубрику — и Гон.Фладд был бы хорошим началом.

И: Сейчас это самое просматриваемое видео у нас на канале — у него 4,5 миллиона просмотров.

Б: Индустрия очень быстро меняется, реально очень много таких артистов появляется, которые резко набирают популярность.

А сдуваются так же быстро?

И: Мне кажется, это зависит от артиста, от его контента. Вот Фейс резко сменил вектор, ну и понятно, почему такой итог. Тот же Гон.Фладд, мне кажется, будет долго держаться, потому что он не боится экспериментировать, показывать себя настоящего — это ему в плюс выходит, и он долго держится.

Б: Сейчас ведь эра DIY, круто сделать все самому, когда в тебя никто не вкладывается. Того же Гон.Фладда все уважают за то, что он все сделал сам. Даже если говорить про Фару, про YungRussia — они тоже все сами сделали.

Кто ваши конкуренты?

Б: Лично я до некоторого момента чувствовал конкуренцию с другими пабликами. Но когда появились «Фристайлы», мы стали восприниматься по-другому. Вышли на более серьезную ступень.

Артистов будете подписывать?

Б: Это в будущем. Было бы клево.

И: К нам уже обращались с этим предложением. И многие молодые артисты писали: «Не занимаетесь ли вы этим?». Но — серьезно — мы пока не собирались.

Б: Мне кажется, только-только в России лейблы начали становиться важными.

И: И если что-то создавать, то надо максимально серьезно к этому относиться. Потому что артисты, которые подписываются на лейблы других пабликов, скажем так, потом очень негативно об этом отзываются.

Б: Я тоже об этом слышал, Иван! (Смеются.)