Что может быть лучше, чем инвестировать в свое увлечение? О том, как искать ценные экземпляры, зарабатывать на них и собирать библиотеку, «Афиша Daily» поговорила с коллекционерами винила, книг и конструкторов, которые научились зарабатывать на хобби.

Главные особенности таких активов — их крайне низкая ликвидность, то есть невозможность быстро продать по рыночной цене и при этом стабильность, потому что со временем антиквариат, редкие пластинки и прочие уникальные вещи только растут в цене. Например, стихотворный сборник поэта Велимира Хлебникова «Ладомир», изданного в 1920 году в Харькове, был продан за 18 млн рублей, а наборы LEGO по «Star Wars» и «Гарри Поттеру» превосходят по доходности американские акции и облигации некоторых крупных компаний.

«Инвестиции страсти» считаются самым приятным и интересным видом вложений, который может превратиться не только в способ заработка, но и в образ жизни. Он позволяет собрать как увеличивающуюся в доходности коллекцию, так и построить бизнес на продаже экземпляров. Например, коллекционеры собирают элитный алкоголь, чья доходность за последние десять лет составила несколько сотен процентов, часы, современное искусство, дорогие автомобили, монеты и даже сыр.

Олег Чирков

Собирает и продает виниловые пластинки

Михаил Архиреев

Собирает и продает редкие книги

Александр Каныгин

Собирает конструкторы LEGO

Как началось ваше увлечение?

Олег: «Это получилось как‑то само собой. Я всегда слушал музыку, любовь к которой мне привили родители с детства. Когда я был подростком, где‑то в двухтысячных, у меня была коллекция компакт-дисков — тогда еще не было винила. А когда уже появились MP3-плееры, то я почти все раздал. Винил меня нашел сам: подруга примерно 10 лет назад подарила пластинку — сборник Джонни Кэша, это такой кантри-певец. Купил вертушкуВиниловый проигрыватель., потому что иначе ее нельзя было прослушать. Я вообще фанат старой музыки, и когда ты ее много слушаешь, то непременно захочется прочувствовать ее на оригинальных носителях — пластинках. Сейчас в моей коллекции уже так много пластинок, что я затрудняюсь назвать количество, но их где‑то около четырех с половиной тысяч.

Когда я начал собирать винил, то эта тенденция только зарождалась. Где‑то лет через пять уже начался настоящий бум: повысился спрос, сильно увеличилась цена, в разных магазинах стали появляться вертушки. В начале 2010-х годов этого просто не было: чтобы купить проигрыватель, нужно было знать места.

В 2016 году я решил, что начну делать деньги на самих пластинках, так как своих собственных инвестиций уже не хватало, чтобы удовлетворять потребность в коллекционировании. Тогда спрос и начал расти в геометрической прогрессии. Например, то, что я тогда купил за один доллар, сейчас уже стоит 20. Это связано с тем, что музыку слушают все, а старых оригинальных пластинок больше не становится, поэтому со временем их ценность только увеличивается, а вместе с этим и спрос — это взаимосвязанные вещи».

Михаил: «Я окончил филфак, затем долгое время проработал в издательстве. Поэтому вся моя жизнь так или иначе была связана с книгами: я всегда читал и собирал их. Начал коллекционировать еще в подростковом возрасте, а активно продолжил в 90-е годы, во время обучения в университете. В то время моя библиотека была очень хаотичной, и я вообще долго подходил к вопросу, какой она должна быть. Тогда я интересовался книгами по философии, которые и составляли основную часть моей библиотеки. Надо сказать, что для меня важен внешний вид книги: я выбираю не только ориентируясь на содержание, но и на художественное исполнение — типографию. Поэтому приличную долю в моей библиотеке занимают книги про типографию, корректуру, историю книги или, иначе говоря, книги о книгах.

На сегодняшний день я бы не сказал, что у меня большая библиотека, но она меня вполне устраивает, потому что начал избавляться от ненужного количества книг в пользу их качества. Вообще, в последнее время это распространенная тенденция для людей, которые собирают книги: человек предпочтет иметь качественные и дорогие книги, нежели тонну ненужной макулатуры. Чего не скажешь о библиотеках советского читателя: в советское время тиражи книг выпускались огромными количествами, поэтому довольно частой была ситуация, когда на книжных полках пылились никому не нужные собрания сочинения Пикуля или Дюма».

Александр: «Какого‑то отдельного решения „я хочу собрать коллекцию“ у меня не было. Началось все где‑то в школе, когда я попал в больницу. Моему соседу по палате мама однажды привезла огромный замок LEGO. Такой, знаете, с башнями, сокровищницей, рыцарями на лошадях, стрелками с арбалетами, привидениями в темнице. Тогда я четко осознал, что собственного замка у меня никогда не будет, но зато потом в школе выменял LEGO-фигурку на коллекцию вкладышей. А уже сильно позже, помня о том больничном конструкторе, я купил знаменитый Yellow Castle — это самый первый замок LEGO, который был выпущен в 1981 году. Наверное, с него началась коллекция.

Мне нравится ощущение от LEGO как от продукта. Наверное, сегодня это можно сравнить с продукцией Apple: у нее привлекательная упаковка, запах, лаконичность и продуманность того, что внутри. То же самое и с конструктором: когда ты открываешь коробку, ты уверен и в ней, и в ее содержимом, и в качестве времени, которое ты проведешь за сборкой. Хотя мне больше нравится собирать конструктор с дочкой, чем одному».

Считаете ли вы покупку этих предметов перспективным вложением?

Олег: «Отношение поменялось не только с точки зрения спроса — увлечение стало транслироваться еще и как лайфстайл. Если раньше мои клиенты были все старше 50 лет, то сейчас появилось много собирателей винила моего возраста или даже младше. Они часто кооперируются между собой и потом делают что‑то совместно. Если ты нормально общаешься с людьми, никого не обманываешь и не завышаешь цены, то они к тебе тянутся, о тебе пишут, помогают по-всякому. В моем случае так и было: я всегда говорил честно о каких‑то косяках, относился уважительно, советовал. Это привело к тому, что люди стали рассказывать обо мне друг другу, и все как‑то пошло-поехало. Вообще, моя позиция такая: нужно всем дружить, и любовь победит».

Основатель магазина Dusty Beats и коллекционер виниловых пластинок Олег Чирков

Михаил: «Сегодняшний спрос на книги позволяет существовать небольшим книжным магазинам, но это не тот бизнес, где есть большие деньги. Я думаю, что интерес к книгам всегда был высоким: они и сейчас остаются удобной формой подачи информации. Никакой другой предмет коллекции, кроме книг, не удастся прочитать. Поэтому это неизбежно отзывается на личном уровне, и книга становится чем‑то большим, чем просто предмет коллекции.

Число богатых коллекционеров и обычных людей, которые собирают свою библиотеку, заметно выросло за последние 10–15 лет. Коллекционирование книг стало трендом и среди молодого поколения, и я замечаю, что студенты и школьники готовы потратить приличную сумму на то, что им нужно. Однако большого ажиотажа здесь нет. Это связано с большим предложением и возможностью выбирать, чего не было в советское время. Также в сравнении с тем периодом изменилось и отношение к выбору книг: сегодня покупателям интереснее уникальное, добротное и дорогое издание, нежели бессчетное количество собраний сочинений».

Александр: «LEGO покупают и детям, и взрослым. Спрос на конструктор всегда был и остается высоким. Надеюсь, так будет и дальше. В последнем отчете компании, который вышел после первой ковидной волны, было отмечено, что самым популярным набором стал сет по сериалу „Друзья“. Мне кажется, что если раньше LEGO было исключительно детским и гиковским развлечением, то сейчас конструктор вполне легитимно стал и взрослым тоже. И не в ситуации „я куплю в подарок ребенку, но соберем вместе“, а именно как часть вечернего релакса».

Что необычного есть в вашей коллекции?

Олег: «Музыка — это всегда личный выбор, поэтому что‑то значимое для меня может и не стоит дорого, но при этом найти крайне сложно. Бывает так, что очень хочется какую‑то пластинку, необязательно популярную, но она просто может не попадаться долгое время. Таких экземпляров много, я до сих пор продолжаю охотиться за некоторыми. Я не покупаю пластинки дороже 100 долларов, потому что дальше ты уже платишь за какую‑то метафизику. При этом у меня есть такой винил, который я купил очень дешево, но он сильно увеличился в цене.

Если говорить про то, что я искал довольно долго, — например, альбом проекта Spooky. Это такой хаус девяностых, и там всего два выпуска было: за 1993 и 1996 годы. Стоят чудовищных денег на Discogs.com и при этом все убитые как одна. Вот за таким релизом я охотился где‑то полгода, если не больше, в итоге нашел в московском магазине винила за 6000 рублей. Есть несколько пластинок, которые я ищу уже больше двух лет, и все никак не получается их найти. Из такого я могу назвать проект Supreme & UFO — старая электронная музыка начала 90-х, ранний рейв. Эту пластинку я просто не могу нигде найти, только раз в год она появляется на маркетплейсе, при этом полностью убитая и стоит по 200 фунтов стерлингов.

Бывает так, что люди приносят свои коллекции пластинок по очень низкой цене и отдают либо в качестве поддержки, либо по незнанию. Однажды случилось, что человек принес коллекцию пластинок, насчитывающую примерно 300 экземпляров, и я приобрел каждую за 10 рублей. Думал, что там будет один Совок, а оказалось, что там очень много импортного и дорогого.

Насчет невыгодных сделок сложно сказать. Я никогда не покупаю то, что мне не нужно. Обмана со стороны продавцов сейчас практически нет. Если попытаться хотя бы один раз это сделать, то продавать больше ничего не получится — вам напишут объективный отзыв, после которого продажи остановятся. Я бы сказал, что у меня бывали невыгодное сделки, когда я неправильно оценивал состояние пластинки и продавал за слишком низкую цену. Но я это рассматриваю как инвестицию в счастье покупателя, которая рано или поздно возвращается».

Михаил: «Самые значимые предметы стали появляться только в последнее время, когда я начал заниматься букинистикой. Например, у меня есть несколько томов трофейного собрания сочинений немецкого поэта Виланда 1792 года, а недавно в мой магазин принесли книгу Германа Ольденберга „Будда. Его жизнь, учение и община“, изданную в 1885 году. Когда я занялся букинистикой, то это позволило более легким и при этом случайным образом пополнять свою коллекцию. Когда мне в магазин стали приносить книги, то появилась возможность отбирать нужное и покупать за сравнительно небольшую цену.

Вообще, почему продолжают существовать букинистические магазины? Дело в том, что когда человек находит издание, которое давно искал, любимую книгу из детства, редкий экземпляр — это одна из важных составляющих коллекционирования. Людей тянет к необычным событиям в своей жизни, запоминающимся встречам с книгой. Моя библиотека и состоит во многом из подобных случайных, но очень продуктивных встреч.

Наш букинистический магазин „Что делать?“ в Твери существует отчасти как благотворительный. Вокруг него образовалось большое сообщество людей, которые нам очень симпатизируют. Я стараюсь устанавливать невысокие цены, чтобы им было приятно, потратив немного, забрать домой много хороших книг. Благодаря этому появляются энтузиасты, которые без каких‑либо требований привозят свои книги — это в некотором смысле экономика поддержки, где все строится на социальных связях. Большую часть этих книг мы продаем по 10 рублей. Чаще всего это какие‑то советские издания или книги не в лучшем состоянии. Совсем никудышные мы отдаем бесплатно — кладем в коробку буккроссинга. Но бывают и действительно стоящие книги, которые отдают в качестве поддержки нашему магазину. Именно это я бы и назвал выгодной покупкой».

Александр: «Если честно, чего‑то совсем невероятного, связанного с LEGO, у меня нет. Хотя я знаю, что у кого‑то пользуются популярностью детали и фигурки, напечатанные с ошибкой. LEGO гордится своей точностью и естественно старается не допускать этого на производстве, но они, понятное дело, случаются, и за ними охотятся. Или, скажем, можно купить деревянный утюг LEGO: где‑то в конце 30-х компания делала игрушки, которые будут готовить детей к реальной жизни. Из необычных предметов у меня есть огромная пластмассовая жаба со скипетром из серии Galidor. Деревянный паровоз LEGO с карандашными каракулями на днище: я иногда думаю, что сейчас с его владельцем или владелицей. Фигурка кролика Nesquik: LEGO делала с ними разовую коллаборацию, и сейчас они довольно редки.

Однажды я пришел домой с новым набором, чтобы узнать, что он у меня уже есть. Это стало моей самой невыгодной сделкой. Если говорить о наборе, который сильно поднялся в цене, — Star Wars Celebration, лимитированный набор для событий, выпускаемый компанией. Я купил его за 30 долларов, а теперь он стоит 600».

Букинистический магазин «Что делать?» в Твери

Как заработать на своем увлечении?

Олег: «Мне кажется, что невозможно зарабатывать на продаже винила, не разбираясь в этом. А знания приходят только с опытом коллекционирования и искреннего интереса: без них невозможно оценить стоимость пластинки, состояние, ее культурную ценность. При этом рано или поздно люди поймут, что общаются не с тем человеком. Я, кстати, заметил, что многим важно поболтать с продавцом, обсудить пластинки. Никому не понравится, если общение будет построено так, будто вам что‑то пытаются впарить».

Михаил: «На мой взгляд, можно зарабатывать на книгах без искренней любви к ним. На книжном рынке довольно много спекулянтов и перекупщиков. Более того, существуют люди, которые делают пиратские тиражи в обход авторских прав. Иногда такие книги встречаются на букинистических сайтах. Например, я однажды увидел книгу Фуко „Слова и вещи“ 1977 года на „Авито“ по очень выгодной цене. Когда она уже пришла ко мне, то понял, что это не оригинал, а вполне качественная перепечатка. Это удивительная ситуация, когда научная литература переиздается таким образом. Россия — это читающая страна, она если и выживет, то только перепечатывая Фуко таким образом.

У меня к этому двоякое отношение: с одной стороны рад, что так в открытую делаются пиратские копии книг, которые пользуются спросом, с другой — очень неприятно, когда получаешь за приличные деньги неоригинальную копию. Вообще, люди которые хотят заработать на книгах, чаще всего занимаются антиквариатом. Но сказать, что они не разбираются в книгах совсем, нельзя. Обычно эти люди работают с дореволюционными детскими изданиями, книгами по охоте или эпохи Пушкина. Это особая ниша, где есть свой особый покупатель. Меня скорее интересуют малотиражные издания последних 30 лет — это другой рынок».

Александр: «Собирать коллекцию LEGO и покупать его с целью заработать — это два разных занятия. Например, я довольно долго искал набор с Индианой Джонсом. Ну помните сцену в фильме, где за ним катится шар? Вот этот набор. И совсем не уверен, что хочу его продавать, и вообще у меня пока не стоит цели монетизировать свое хобби. Тут дело не только в личной привязанности: чтобы зарабатывать на продаже конструктора (или любых других игрушек), требуются совсем другие организация и навыки. Где вы будете хранить конструкторы или детали для продажи? Вам нужно будет много и часто заниматься общением в интернете с потенциальными покупателями. Отправлять много посылок в разные части света. Конечно, чтобы зарабатывать на хобби, нужно быть фанатом своего дела, но это не отменяет того, что при этом нужно быть отличным предпринимателем».

Как искать ценные экземпляры?

Олег: «Для начала нужно разделить рынок на две части: внутренняя перепродажа и продажа пластинок, которые приехали из других стран. Я скорее ко вторым отношусь. Но вообще, большую часть рынка занимает первый вариант: это люди, которые ищут винил на барахолках, как‑то обмениваются ими и прочее. Я занимаюсь этим не очень часто — стараюсь именно привозить виниловые пластинки, чаще всего из Америки. У нас они занимают очень небольшую долю рынка, но, на мой взгляд, лучше них этого не делал никто.

Чаще всего пластинки ищут на специализированном сайте — Discogs.com, где большая база данных и встроенный маркетплейс. Почти вся международная торговля происходит на нем, но, кроме этого, используют еще Amazon, который недоступен в России. Также есть eBay, но там продажа устроена примерно как на „Авито“ и нет крупных продавцов со стотысячной коллекцией как в Discogs.com. Из неочевидных мест стоит отметить виниловые тусовки, которые проходят стабильно раз в месяц — например, „Сила винила“. Обычно энтузиасты арендуют пространство, где проходят выставки, общаются и обмениваются пластинками. Лично мне нравится случайно находить какие‑то места, общаться с людьми, рыться в виниле. Например, когда я был в Амстердаме, то почти не выходил из виниловых магазинов — они там буквально на каждом шагу».

Михаил: «Из всех тактик я предпочитаю случайную покупку. Люблю ходить по независимым книжным Москвы, Питера и других городов и покупать там книги, которые привлекут внимание. Это, конечно, не очень профессионально с точки зрения коллекционирования, но для меня очень важно. Когда спустя год ты находишь нужную книгу в каком‑то неизвестном тебе букинисте — в этом есть особенное удовольствие. Все книги, которые куплены таким образом, я ценю больше остальных. А так, если ищу целенаправленно какую‑то книгу, то использую специальные букинистические сайты: Alib.ru, Libex.ru или „Авито“».

Александр: «У LEGO долгая история. Компания начинала с деревянных игрушек, а потом выпускала огромное количество самых разных серий. Поэтому можно грубо разделить предметы коллекционирования на „старые“ и „новые“. С новыми проще: я покупаю их в официальных магазинах, обычно дожидаясь скидок. Со старыми интереснее: ищу их на eBay, „Авито“, сайтах коллекционеров вроде Bricklink, рынках и в магазинах подержанных игрушек. Тут, как и с любыми редкими вещами, нужно быть быстрее и удачливее других. Однажды я увлекся ставками на деревянную игрушку LEGO на eBay, и цена дошла до 70 тыс. рублей, я сидел обновлял сайт и грустно думал о том, как было бы круто, если бы кто‑то перебил мою ставку. В итоге ее все-таки купил не я. Наборы или фигурки часто можно найти на блошиных рынках в европейских странах. Правда, цены там могут быть заоблачно высокими».

Вы продаете предметы своего увлечения. Почему?

Михаил: «Первый магазин был открыт 4 года назад, но из‑за завышенных цен он был неприбыльным. У меня была идея открыть место с идеальным выбором книг, я не учел, что это нужно делать с привязкой к покупательной способности местного жителя. Среди ошибок выделил расположение магазина, ценовую политику и непродуманный прием книг. Они были переосмыслены, и в 2020 году мы перезапустились, и магазин сразу начал самоокупаться. У нас не очень большая прибыль, но ее хватает на приличную зарплату сотрудникам, какие‑то траты для магазина и в целом на то, чтобы существовать независимо. Развить свой магазин я бы хотел в сторону книгоиздания, но это жутко дорого и почти не окупается.

С одной стороны, для меня это способ заработка, но с другой — образ жизни. Человек, который этим занимается, конечно, немного чокнутый. Ему хочется пребывать в этом мире, так как здесь как‑то спокойнее. А когда происходит что‑то плохое, то возвращаешься к книгам, и тебе становится легче. Букинистика — это не офисная работа. Люди, которые занимаются этим, не прекращают общаться про книги и после работы, и во время отдыха. Нас, например, поддерживали разные книжные магазины и издатели, когда мы открылись, и я считаю, что это отличительная особенность этого сообщества».

Олег: «В 2016 году я открыл магазин винила Dusty Beats в Москве. Так случилось, что я работаю с сайтами и могу сам сделать как визуальную, так и техническую часть. И мне нужен был человек, который бы проинвестировал его винилом. Им и оказался мой друг, который поверил в эту затею и передал на продажу несколько сотен пластинок. Сначала у меня было меньше тысячи экземпляров, и за пять лет магазин увеличился в пять раз. Первые три года я только прощупывал почву, и особенного роста не наблюдалось. Нужно было найти аудиторию под ту музыку, которую я продаю, и оправдать ее доверие. Большой рост начался в 2019 году в начале пандемии. Думаю, это связано с тем, что все засели дома, и захотелось какого‑то развлечения в новых условиях».