«Афиша Daily» рассказывает об особенностях украинских развлекательных шоу и объясняет, почему они пришлись ко двору в современной России.

Период с середины девяностых по начало нулевых, о котором сейчас говорят как в связке с кризисом, так и без нее, в коллективной памяти неотделим от адских, смешных и смелых телешоу. Разговоры о сексе в «Про это», эпичные драки из «Окон», рубрика «Маска откровения» в «Моей семье» — некоторым кажется, что такого залихватства, эмоций и бесстыдного обаяния не сыщешь больше нигде. А между тем далеко смотреть не надо — все это и даже больше есть у соседей, на украинском телевидении.

СТБ — главный поставщик меметичных шоу

На украинском ТВ, конечно, множество шоу разного формата: это и ток-шоу, например, «Один за всiх» («Один за всех»), и «Говорить Україна» («Говорит Украина»), и псевдопсихологическое шоу с ласкающим ухо названием «Детектор брехнi» («Детектор лжи»), аналог американского «The Moment of Truth», который когда-то адаптировали и у нас, а также разнообразные кулинарные шоу и шоу талантов, аналогичные российским. Чего нет у нас, так это социальных реалити-шоу, таких как «Кохана, ми вбиваємо дітей» («Дорогая, мы убиваем детей»), «Хата на тата» («Дом на папу», российское название — «Папа попал»), «Врятуйте нашу сімʼю» («Спасите нашу семью»), «Вагiтна у 16» («Беременна в 16») и «Я соромлюсь свого тіла» («Я стесняюсь своего тела»). Производит все эти шоу телеканал СТБ. Большинство из них — адаптации зарубежных шоу, но есть и оригинальные. Например, «Хата на тата» — без шуток актуальный проект о двойной нагрузке женщин и о том, что со всем этим делать. Социальные реалити СТБ западают в память и порождают огромное количество мемов: там определенно есть чем восхититься, чего испугаться и что в конечном итоге расшарить.

Самое смешное шоу на СТБ — «Дорогая, мы убиваем детей». Реакция детей, лишенных компьютера, пирсинга или еды, по эмоциональному накалу сравнима с обрядом экзорцизма. Самый известный участник шоу — мальчик Сашко — с 2011 года радует пользователей рунета фразами «Мясо, матюки, убийства и голые сиськи». Сейчас популярность набирает Исаак, который хочет шоколад, и мучительно худеющая девочка, готовая на все ради хлеба с маслом.

А из всех выпусков «Хаты на тату», пожалуй, самым популярным сейчас можно назвать передачу про семью Коваленко. Вместо того чтобы работать, герой шоу ищет немецкий танк и артистично выбрасывает из дома кошку Чернушку. Это очень грустно, но очень смешно.

Жемчужины всех передач сконцентрированы в одном паблике

Средоточие самого занятного, что есть в украинских шоу, — это паблик «Я смотрю украинские шоу и радуюсь жизни». Его создатель — 17-летний киевский студент Михаил Мирошниченко — признался, что позаимствовал идею у российского паблика «Я смотрю «Ранеток» и радуюсь жизни» и не прогадал — с середины января паблик набрал 250 тысяч подписчиков, а шутки оттуда популярны как в пабликах гиков, так и в гигантах вроде MDK.

Михаил Мирошниченко
создатель паблика «Я смотрю украинские шоу и радуюсь жизни»

«Сам я телевизор не смотрю, как и многие мои сверстники, потому что есть интернет. Особый интерес к украинским шоу проявился после того, как по интернету пролетел мем про лопату с Колей Гузей (один из участников шоу «Дорогая, мы убиваем детей». — Прим. ред.). Потом оказалось, что в этих шоу есть очень много забавных и интересных моментов, которыми я захотел поделиться с людьми. Я считаю, что в украинских шоу больше свободы. В них показывается то, чего не стали бы показывать наши соседи».

Украинские шоу завоевывают российский телеэфир

На российском телевидении тоже можно найти украинские передачи. Так, стандартная программа телеканала «Ю» состоит из шоу производства СТБ примерно на 20 процентов, причем они идут в прайм-тайм. Иногда под них отдается и вовсе половина эфирного времени — например, когда «Ю» устраивает марафон шоу «Папа попал». В феврале эта передача вошла в пятерку самых популярных на «Ю» наряду с другими украинскими шоу — «Беременна в 16», «Я стесняюсь своего тела» и «Спасите нашу семью».

Дмитрий Табачник
генеральный продюсер телеканала «Ю»

«Дело тут, конечно, не в том, что они сняты на Украине, а в том, что эти программы очень true. Кто-то узнает себя или соседа, кто-то вспоминает про проблемы своих родных. Да, конечно, ругань и рукоприкладство происходят не в каждой семье, но я уверен, что зритель готов взглянуть на себя со стороны, тем более в те моменты, когда он устал или сорвался. Мы получили огромное количество отзывов, среди которых много такого: «Если бы я раньше посмотрела эту программу, я бы своего сына воспитывала бы иначе». Отдельная тема — шоу «Я стесняюсь своего тела». Программа показывает — очень наглядно, — что может произойти, если человек плюет на свое здоровье. А также — что нельзя никогда опускать руки».

Вольная переработка оригинальных франшиз

Формат и хронометраж украинских шоу — лучшее доказательство того, что легких путей их создатели не ищут. Там, где американское или британское шоу длится 45 минут, украинское идет 2,5–3 часа, зачастую его снабжают еще и постшоу. Сама идея тоже терпит серьезные изменения. Популярнейшее британское кулинарное шоу «МастерШеф» на украинской почве превратилось в нечто среднее между «Фортом Боярд», «Фактором страха» и «Домом-2». Кулинары готовят в полной темноте, в ложке над свечкой или разделывают продукты, стоя в нескольких метрах у стола, держа в руках лишь длинные палки с приборами. При этом организаторы шоу все время создают ситуации, которые провоцируют эмоциональные разборки между участниками.

Любава Мутилина
психолог, экс-сотрудник СТБ

«Любые стрессовые ситуации как нельзя лучше показывают человека с разных сторон. Эмоции — это единственная честная валюта в нашей жизни. Хороших актеров на самом деле немного, а вот людей — обычных, интересных, своеобразных, уникальных и эмоциональных — много. Мы старались выбирать таких участников, которые действительно были бы глубокими, интересными, яркими. А если избегать чувств и создавать безэмоциональный продукт, то кому он будет нужен?»

Российский зритель уже немного от отвык от такого накала страстей на телеэкране. Особенно не по себе становится, когда все правила взрослых шоу применяются в шоу с детьми: юные участники, подначиваемые организаторами, точно так же плетут интриги или рыдают на слишком сложных конкурсах.

Героем шоу становится маленький человек

Если составить сводную программу российских телеканалов, создается впечатление, что незнаменитостям там практически нет места. Уже лет десять, если не больше, передачи, которым отдается лучшее эфирное время, в основном заточены под звезд разной величины («Танцы со звездами», «Звезды на льду», «Цирк со звездами», «Один в один» и так далее). Обычный человек практически не интересует телевизионщиков, а если и интересует, то только в экстремальных ситуациях — либо уже случившихся, либо искусственно созданных. С героями украинских шоу зритель может почувствовать хотя бы что-то общее.

Ксения Чеботкова
российский журналист, поклонница украинских шоу

«Там по большей части действительно участвуют люди из народа, гораздо больше, чем у нас. Как вспомню российский «МастерШеф» — какая там хипстота была! А одним из героев украинского «МастерШефа» был самый настоящий гопник. Когда показывают дома участников этих шоу, ты понимаешь, что многие живут очень просто. В российских шоу я такого давно не видела, когда к кому-то приходили в дом, а там обычная кровать на пружинах, ковры на стенах, туалет на улице».

Некоторые герои кочуют из передачи в передачу

Безусловно, в украинских шоу имеет место и постановка — например, многие эпизоды передачи «Беременна в 16» снимались уже после рождения детей у героинь. Это, в общем, не меняет смысла задуманного: настоящие люди рассказывают свои истории, а уж в каких декорациях это происходит и кто насколько приврет — дело житейское. Смущает только то, что большинство программ заканчиваются хеппи-эндом: мужья прозревают и начинают любить и ценить своих супруг, дети мирятся с родителями и даже изгнанные из дома коты возвращаются.

Часто зрители не верят в счастливый финал. Особо въедливые находят героев в соцсетях, чтобы выяснить, все ли у них хорошо. А некоторые — наиболее колоритные персонажи шоу — и сами не желают пропадать из поля зрения. Они становятся настоящими звездами, кочуя из программы в программу. Так, мальчик из «Дорогая, мы убиваем детей» появляется в кулинарном шоу, а семейная пара, выяснявшая отношения в «Детекторе лжи», мелькает в программе о сексе. Можно предположить, что всем этим людям нравится состояние «мама, я в телевизоре», но из программы в программу они тащат одни и те же комплексы и проблемы, как бы намекая зрителю, что что-то здесь нечисто. Одним из стимулов к участию в подобных шоу является материальное вознаграждение. Герои подписывают контракты о неразглашении, но в том, что участникам некоторых шоу платят, сомнений нет.

Иногда откровенность зашкаливает

Принцип «больше историй в деталях» кажется уместным, только если речь идет о реалити-шоу, а в остальных случаях начинает раздражать. Самый яркий пример — «Голос країни» («Голос страны» — аналог российского «Голоса», идет на канале «1+1»). Создатели передачи заставляют зрителей знакомиться с участниками даже слишком близко. В итоге шоу напоминает форум общества анонимных алкоголиков. Буквально все выступления предваряются откровениями вроде «Здравствуйте, я имярек, и я пришел на «Голос», потому что меня били в школе, или бросил парень, или мою фотосессию в стиле ню слили в интернет, но я простила себя». Если у участника нет слезливой истории, то ему приходится придумывать ее из ничего. По крайней мере, такое создается впечатление.

Один из главных украинских шоуменов — Дмитрий Карпачев

Говоря об украинских шоу, нельзя не вспомнить местного Джерри Спрингера — Дмитрия Карпачева. На телевидение психолог Карпачев попал лишь в 2011 году и за несколько лет сделал фантастическую карьеру. Именно он ведет проекты «Дорогая, мы убиваем наших детей», «Детектор лжи», «Спасите нашу семью» и «Один за всех».

Далеко не все зрители и медиаэксперты придерживаются мнения, что Карпачев действительно оказывает психологическую помощь. Они считают, что ведущий часто провоцирует людей и манипулирует ими. В этой связи красноречивым кажется тот факт, что в список законченных им образовательных учреждений входит Московский центр НЛП. Стиль Карпачева особенно подвергся критике после того, как в 2013 году один из участников шоу «Один за всех» покончил с собой после выхода программы. Руководство СТБ тогда, разумеется, отвергло всякую причастность создателей проекта к произошедшему.

Впрочем, в одном Карпачеву не откажешь: он шоумен такого размаха, которых в России давно не было. Именно он открыл миру бисексуальность актера Алексея Панина и продолжает задавать людям вопросы, которых другие стесняются. Бесстрашие и обаяние Карпачева и обеспечили ему поистине всенародную любовь.

Украинские реалити-шоу заменили российские сериалы

Необыкновенная длина программ, своеобразные спин-оффы вроде постшоу, а также кочующие из передачи в передачу герои и ведущий наводят на мысль о том, что это похоже на бесконечные сериалы, которые держатся на одних и тех же актерах. Кроме того, шоу занимают и традиционное место сериалов в эфире. Украинские медиаэксперты признают, что отчасти эти передачи стали заменой сериалов и фильмов российского производства, которые оказались в опале после присоединения Крыма к России. Снять ток-шоу или реалити-шоу зачастую дешевле, чем сериал, а если тема провокационная, то и рейтинги будут хорошими. По словам экспертов украинского портала «Детектор медиа», сейчас можно говорить о буме дневных либо предпраймовых ток-шоу («Говорить Україна», «Стосується кожного», «Глядач як свідок») и дешевых в производстве scripted reality (формат, в котором реальные люди оказываются в ситуациях, заранее предусмотренных продюсерами и сценаристами). В этом плане, однако, особняком стоит СТБ — телеканал начал удлинять свои проекты и занимать большую часть эфира собственным контентом задолго до весны 2014-го.

Передачи не ссорят зрителей из разных стран

В последние два года русско-украинский дискурс в интернете был чем-то вроде минного поля, где каждая из сторон рисковала нарваться на агрессию по самому, казалось бы, безобидному поводу. Удивительным образом в паблике «Я смотрю украинские шоу и радуюсь жизни», среди посетителей которого примерно поровну россиян и украинцев, обсуждение почти никогда не скатывается в национальную плоскость, а если скатывается, то порой комплиментарным для украинцев образом. Когда над шоу смеются, то смеются не над украинцами как народом, а над ситуацией, над монтажом, над звуковым сопровождением — ведь во многих случаях сделано это довольно затейливо.

Гала Скляревская
заместитель шеф-редактора портала «Детектор медиа»

«Если украинские шоу пользуются популярностью у россиян, пусть даже в основном в сети, это может быть признаком охлаждения военно-патриотического накала и возврата к общечеловеческим интересам: «Че там у хохлов?» меняется на «А че там у соседей?» — у тех, кто живет через площадку. Не исключено также, что люди в России смотрят украинские шоу, чтобы убедить себя в уже имеющейся у них позиции: либо доказать себе, что все украинцы безумные, отсталые, нищие, на грани вымирания, либо, наоборот, подтвердить свою мысль о том, что украинцы — нормальные люди, такие же как все, не фашисты, учат детей готовить, мыть полы, ругаются с женами — и рога с копытами у них при этом отсутствуют».

Совсем без политики все же не обходится

Так участники детского «МастерШефа» изобразили ялтинский лук

Украинский колорит прет из всех щелей, но эти элементы не делают шоу националистическими. Все эти особенности проявляются в вышиванках, маковых венках и карпатских танцах, а не в набивших оскомину разговорах о том, как относиться к Бандере и говорить ли «в Украине» или «на Украине». Кстати, участники шоу в основном пользуются русским, частенько говорят «Мы живет на Украине», но говорят об этом с такой гордостью, что болезненный вопрос «незалежности» отпадает сам собой.

Тем не менее некоторые шоу существуют как бы вне политического поля: если смотреть их без выходных данных и логотипа канала, то вообще непонятно, где происходит действие. В других шоу то и дело мелькнет история о том, как крымский татарин уехал с полуострова, ставшего российским, или как женщина с Кубани нашла новую родину на Украине, но все эти эпизоды погоды не делают.

Даже страшные сюжеты расходятся на мемы

Иногда украинские шоу вскрывают действительно страшные ситуации. Одним из самых резонансных выпусков ток-шоу «Один за всех» в 2015 году стала передача под названием «Отец изнасиловал дочь и снял с нее скальп?». После этого СТБ раскритиковали за то, что в эфире показали лица малолетних жертв насилия, назвали их имена и место проживания.

С одной стороны, как рассказали на СТБ, после выхода передачи отца-педофила наконец задержали и завели на него уголовное дело. С другой — на волне популярности украинских шоу всеядная и не знающая этики машина интернет-мемов подхватила и эту историю, и после выхода программа разошлась на стоп-кадры и цитаты. Поэтому вопрос о том, можно ли помочь героям, рассказав миллионам зрителей о душераздирающих подробностях их жизни, остается открытым.

Марьяна Закусило
заместитель шеф-редактора портала «Детектор медиа»

Возможно, в самой идее формата действительно лежит некая социальная миссия, но в исполнении СТБ она абсолютно исчезает. Во-первых, в большинстве социальных проектов СТБ принимают участие ненормальные люди. В смысле, что их образ жизни, психика, поведение, особенности общения отличны от того, что принято считать нормой. Социальные психологи обращают внимание на то, что регулярное демонстрирование ненормальных ситуаций в СМИ приводит к нормализации ненормального. То есть в результате «просветительской работы» СТБ, который утверждает, что учит людей, как не нужно, например, воспитывать детей или вести себя с людьми, люди привыкают к демонстрации отклонений. Во-вторых, СТБ смакует все мерзкие подробности жизни своих героев, а в-третьих — показывает то, что без ущерба для смысла показанного можно оставить за кадром.


В ходе подготовки материала авторы запросили комментарий у СТБ, но пресс-служба телеканала не смогла оперативно предоставить ответ.