Этой весной заканчиваются на только «Мстители» и «Игра престолов», но и такая эпохальная вещь, как сериал «Теория Большого взрыва». После двенадцати сезонов 16 мая 2019 года выходят две последние серии. Станислав Зельвенский прощается с шоу, от которого вроде бы все уже устали, но без него становится грустно.

За десять сезонов сериала «Друзья» один персонаж трижды был женат, в том числе на лесбиянке, и трижды разведен, другая встречалась с миллионером и с лучшим другом собственного отца, а потом вышла замуж за саркастичного соседа, третий переспал с лучшей половиной Нью-Йорка и никому не перезвонил, четвертая родила тройню для брата, о существовании которого незадолго до этого даже не подозревала, пятая сбежала из‑под венца, испортила чужую свадьбу и случайно забеременела, шестой полдюжины раз бросал одну и ту же женщину, женился на другой и так драматически худел и толстел, что об этом можно снять отдельный сериал.

За двенадцать сезонов «Теории Большого взрыва» двое из главных героев женились на первых же женщинах, с которыми у них что‑то получилось, двое не торопясь оформили свои отношения, намеченные в первой серии, а еще один, если на фотофинише не произойдет чудо, так и останется одиноким.

Иначе говоря, любовь, этот двигатель всего хорошего, что случается в мире вообще и долгоиграющих сериалах в особенности, гостила тут в довольно нудном — зато жизненном, заметит кто‑то, — формате. Что же тогда происходило в этих 279 сериях (столько их будет, когда в четверг покажут сдвоенный финальный эпизод) за целых двенадцать лет?

Сложный вопрос. Сценаристы «Теории» не слишком жаловали раскидистые сюжетные арки и события с серьезными последствиями. Воловиц слетал в космос и ненадолго съехал от мамы, ну допустим. Шелдон лишился девственности. Пенни и Бернадетт начали больше зарабатывать. Кутраппали научился в трезвом состоянии разговаривать с женщинами и сменил бессчетное количество пуловеров без рукавов (играющий его Кунал Найяр тем временем женился на бывшей «Мисс Индия» и стал получать по миллиону за серию). Всех неоднократно навестили родственники. Лифт так и не починили.

В результате к торжественному финалу «Теория» подходит вразвалочку: после того как разрешилась (крайне разумным, заметим, образом) история с договорным браком Раджа, единственный вопрос, висящий в воздухе, — получат ли Шелдон с Эми Нобелевскую премию. Самая распоследняя серия называется «Стокгольмский синдром», и вроде бы это достойная точка для сериала про физиков, но немного слишком очевидная. Авторы обещают сюрприз — что ж, посмотрим. Хотя есть подозрение, что это будет камео очередной знаменитости. Барак Обама? Папа римский?

Трудно не уронить в этой ситуации скупую слезу — даже если в последних сезонах «Теории» очевидно чувствовалась усталость материала (впрочем, и в первых было непросто — сериал набрал крейсерскую скорость только с появлением Эми). Кому‑то по итогам этой дюжины лет должно быть особенно обидно. Мы смотрим на тебя, Пенни. Работа менеджера по продажам и Леонард Хофстедтер дома — об этом ли мечтала начинающая актриса из Небраски по пути в Калифорнию?

И все же, несмотря ни на что, это было хорошее время. «Теория» доказывает, что, когда удачно придуманы герои, одну и ту же шутку можно шутить практически бесконечно. Да, наверное, все персонажи прошли за эти годы какую‑то похвальную эволюцию. Шелдон почти научился вести себя в обществе. Пенни худо-бедно перестала быть старомодным анекдотом про блондинку. Говард остепенился, Радж приосанился. Леонард… Леонард разве что немного набрал вес, но его, похоже, все устраивает.

Но, конечно же, зрители из года в год искали в сериале не изменения, а возвращение к рутине. По вторникам чизбургер с беконом в Cheesecake Factory, по средам вечер игры в Halo, по пятницам китайская еда навынос. Пенни опять что‑то не поняла. Бернадетт сказала что‑нибудь злобное тонким голоском. Шелдон рассказал длинный ненужный фактоид. Радж процитировал романтическую комедию. «Теория Большого взрыва», вопреки названию, приносила стабильность. И чем хаотичнее становился мир за окном, тем сильнее нас тянуло в упорядоченный мир Пасадены, где у всего есть свое законное место — как у Шелдона Купера на диване. И как бы мы ни ценили личностный рост и всяческий прогресс, оттого что это место придется освободить, становится немного не по себе.

Напомним, что у «Теории Большого взрыва» все еще выходит спин-офф «Детство Шелдона», который уже продлен на третий и четвертый сезоны.

Подробности по теме
Будущее, которого нет: о чем будет наш новый раздел #пробудущее
Будущее, которого нет: о чем будет наш новый раздел #пробудущее