24 декабря — в шестую годовщину митинга за честные выборы 2011 года — в Лермонтовском сквере прошла акция «День свободных выборов», организованная сторонниками главы совета депутатов Красносельского муниципального округа Ильи Яшина. «Афиша Daily» рассказывает, как это было.

24 декабря 2011 года на проспекте Академика Сахарова прошел один из самых крупных митингов — «За честные выборы» — протестного движения 2011–2012 годов. По оценке организаторов, в нем приняли участие 120 тысяч человек. Шесть лет спустя оппозиция не смогла договориться ни о месте проведения, ни о формате акции.

Первым провести мероприятие в этот день решило движение «Протестная Москва» (независимое движение, образовавшееся после акции Алексея Навального «Он вам не Димон» в марте 2017 года. — Прим. ред.). 11 декабря его участники подали заявку на митинг за честные выборы на проспекте Академика Сахарова. В мэрии им отказали, предложив другой вариант — парк «Сокольники».

12 декабря Илья Яшин, глава совета депутатов Красносельского муниципального округа, предложил провести в Лермонтовском сквере праздник «День свободных выборов». «Расскажем людям о избирательных правах, которые гарантирует Конституция. Организуем запись граждан, готовых работать наблюдателями. Установим сцену, пригласим музыкантов, будем дарить сувениры, посвященные честным выборам», — говорил тогда он. Но праздник Яшина показался Мещанской межрайонной прокуратуре попыткой устроить несанкционированный митинг; депутата предостерегли от проведения несогласованной акции (то есть намекнули на невозможность проведения праздника. — Прим. ред.).

На помощь Яшину пришел бывший депутат Госдумы Дмитрий Гудков. Он подал заявку на проведение митинга на проспекте Сахарова: «Я специально спросил у Ильи [Яшина]: «Ты даешь мне карт-бланш на ведение переговоров с мэрией?» Он сказал: «Да», добавив, что большой митинг — именно на Сахарова — мог бы стать хорошим вариантом. Так что призываю всех комментаторов успокоиться: никакого спойлерского мероприятия не будет. С Ильей мы на связи».

Митинг Гудкова согласовали в тот же день; процедура заняла всего пять часов (активисты «Протестной Москвы» собираются подать иск против мэрии из-за того, что их митинг перенесли в Сокольники). Но выяснилось, что Илья Яшин не собирался отказываться от праздника: «Дима [Гудков] спросил, не буду ли я возражать, если он проведет самостоятельные переговоры с мэрией, чтобы она предоставила нам более удобную площадку для праздника на проспекте Сахарова. Я согласился, имея в виду, что мероприятие в любом случае пройдет в формате праздника, инициированного депутатами. Однако Дима подал заявку на митинг. Такое решение стало для меня неприятным сюрпризом, и я сразу сказал ему, что считаю это ошибкой». После обвинений в срыве протеста Гудков по просьбе Яшина отозвал заявку на проведение митинга.

1 из 5
2 из 5

Несмотря на запрет Мосгорсуда, утром 24 декабря в Лермонтовский сквер приехали рабочие, чтобы установить сцену, монтировать звук и развернуть полевую кухню. В этом им помешала полиция, которая оцепила большинство проходов в Лермонтовский сквер. Яшин был вынужден изменить формат акции с праздника на собрание граждан. Власти заявили, что действия муниципального депутата «носят провокационный характер» и «полиция его [собрание] не допустит».

Оцепление все же сняли, и к двум часам дня, за час до начала мероприятия, на площадь начали стекаться люди. К трем часам в сквере собралось порядка 300–500 человек. Многие из них — журналисты и активисты. Среди пришедших также были и противники оппозиции. Один из них, бывший муниципальный депутат Замоскворечья и член организации SERB (русское освободительное движение, действующее в России и Украине. — Прим. ред.) Игорь Брумель — крупный мужчина лет шестидесяти пяти с седеющей густой бородой и тростью в левой руке — расхаживал по площади с селфи-палкой, комментируя происходящее. Вскоре между ним и несколькими сторонниками оппозиции начался спор о законности и безопасности акции.

Ровно в три часа дня Брумель заявил, что Яшин снова всех обманул и не явился на свою же акцию. Муниципальный депутат действительно задерживался: около дома его ожидали сотрудники полиции.

На помощь Брумелю пришла женщина в синем пуховике и пестром шейном платке из НОД (Национально-освободительное движение, выступающее за суверенитет России. — Прим. ред.). Она заявила, что будущее России — социализм, и обещала через некоторое время «уничтожить» участников акции:

— Вы все присядете с вашими антигосударственными речами, с вашей деятельностью против страны. Вы все присядете с вашим дерьмократством. Уже Европа в полной попе с этим дерьмократством.

К ней подошел глубоко пожилой мужчина с тростью и в шапке-ушанке на меху:

— А помнишь, как я тебя на Болотной спас?

Женщина замялась:

— Ничего такого. Ты плакат схватил и побежал.

— Я побежал? Я его [плакат] скомкал и тебе отдал, — возразил мужчина и, помолчав, добавил: — Дочка у тебя хорошая, видел ее недавно.

— Хорошая, хорошая.

— Только она не таких взглядов, как ты. У Сталина тоже так с детьми было.

— Да про Сталина еще непонятно ничего, — возмутилась женщина.

— А про Ленина, что, понятно?

Их разговор прервали три подростка. Узнав, что женщина раньше была на стороне оппозиционеров, они завалили ее вопросами:

— Как с вами это произошло?

— Ну, постепенно дошла. Книги читала.

— А книги [Николая] Старикова там были?

— Одна книжка была.

— Все-таки была. Стариков — он же балабол. А извините, пожалуйста, демагог, — засмеялся парень с темно-коричневыми глазами.

Его друг продолжил:

— А как вам не стыдно срывать фильмы?

— Все правильно сделали, — повысила голос женщина.

— Нет, постойте. Я прямой вопрос задам. Когда-нибудь либералы или демократы запускали в вас мочой или тухлятиной? Да или нет?

— В меня не запускал никто, слава богу, ничем.

— И в ваш НОД никто ничем не запускал. Так почему ваш НОД и SERB запускают в людей, которые потратили деньги, пришли на фильм?

— Значит так, Вася и Витя и вы, мальчик, не знаю еще, как вас зовут. В следующую нашу с вами встречу я принесу список рекомендованной литературы специально для вас.

— Спасибо большое!

В толпе, которая за пятнадцать минут успела разрастись по меньшей мере до тысячи человек (По данным МВД, участниками акции стали 300 человек. — Прим. ред.), послышался гул и аплодисменты. В Лермонтовский сквер приехал Илья Яшин. С разных сторон доносились выкрики:

— Илюша!

— Поближе к памятнику его!

— Он отпросился у полиции.

— Россия без Путина!

— Поднимайте Яшина!

— Не, он еще живой. Еще не надо его туда поднимать. Пусть Лермонтов там стоит. А вот на руках бы его [Яшина] поносить, конечно!

— На плечи его [Яшина] посадите!

— Кто хочет побыть постаментом?

— К Лермонтову поближе!

Мужчина, на вид не больше тридцати лет, обернулся к своей спутнице: «А сколько Лермонтов прожил? Двадцать семь лет? Представляешь, мы в два раза дольше живем».

Собравшиеся, среди которых были и пожилые, и дети — и те, кто ходил на Болотную, и те кто влился в протестное движение только в марте этого года, — столпились у памятника. Одни пришли с флагами, другие с белыми цветами, у большинства на одежде были красные наклейки «Навальный 20!8».

Яшин начал акцию, но его слов практически не было слышно: громкоговоритель скрипел, раз в несколько минут его звук заглушало сообщение полиции: «Граждане, просьба освободить пешеходные дорожки сквера, мероприятие не согласовано с органами исполнительной власти». Но никого не задерживали. Предупреждения полиции тонули в гуле толпы: «Мы здесь власть!», «Путин — вор!», «Это наш город!».

Последний лозунг выкрикивал и маленький мальчик Витя. На митинг он пришел с отцом. В разговоре с приятелем мужчина сообщил, что это уже третий митинг его сына, которому на вид не дашь больше четырех лет.

«Россия будет свободной!» — скандировали собравшиеся. Девушка лет двадцати пяти обратилась к своему спутнику, который был обеспокоен тем, сколько прожил поэт:

— Лермонтов бы нами гордился!

Рядом с ними парень восемнадцати лет сетовал, что не понимает, когда нужно выкрикивать лозунги. Чтобы услышать хоть что-то из речи муниципального депутата, он смотрел прямую трансляцию, которая задерживалась на десять секунд.

Громкоговоритель перешел к муниципальному депутату Юлии Галяминой. А затем снова к Яшину. Больше выступать на митинге было некому. Яшин обвинил Гудкова в том, что он, утратив «праздничное настроение», начал отговаривать от участия в акции других муниципальных депутатов. Алексея Навального, который ранее заявил о намерении прийти на «День свободных выборов», тоже не было. Политик был занят подачей документов в Центризбирком.

Через час после начала собрания Яшин поблагодарил пришедших и под крики «Яшин молодец» и «Полиция с народом» пошел домой. Часть участников акции двинулась за ним. Но большинство остались на площади.

— Куда все идут? — спросил один подросток другого. Молодой человек представился «Афише» Денисом и рассказал, что «День свободных выборов» — его вторая протестная акция в Москве: — До поступления в университет я жил в Барнауле.

Денис не поверил, что акция закончилась так быстро:

— Не может быть. Это больше похоже на середину, но не на конец.

К разговаривающим неподалеку пожилым женщине и мужчине в одной футболке подошел человек, имеющий отношение к организации собрания, и попросил их покинуть площадь:

— Не хочу сегодня по отделениям вас искать. Вы хотя бы двигайтесь. Они [сотрудники полиции] же, как хищники, хватают тех, кто стоит.

Через несколько минут на площади взорвали дымовую шашку. Но никого не задержали, кроме мужчины с квадрокоптером, который не имел отношения ко «Дню свободных выборов». Полиция составила административный протокол на Яшина за проведение несогласованной акции.

В пять часов вечера площадь снова была заполнена людьми, преимущественно подростками. Они ходили по кругу либо переминались с ноги на ногу, ежась от холода. Среди них выделялась только пожилая женщина в длинной шубе — Валентина Суркова. 71-летняя женщина рассказала «Афише», что живет в соседнем доме и очень устала от постоянных праздников и митингов под окном:

— Я прожила долгую жизнь и могу сказать, что Путин — гений. Нам нужен мир. Вы, предположим, за Навального, а я за Путина, я не хочу с вами драться.

Валентина добавила, что пришла на акцию, прочитав в интернете о том, что здесь будет бесплатная полевая кухня.

Женщина подошла к полицейским и спросила:

— Где каша?

— На храме раздают, — пробубнил один из сотрудников правоохранительных органов.

— С десяти утра в окно наблюдаю. Кашу обещали и концерт. Где?

— Это к Яшину!

— А что к нему?

— Он, наверное, обещал. К нему вопросы.

— Я в нашем районном совете уже тридцать лет. Зачем мне Яшин? Он же дурак! — отчеканила женщина и пошла в сторону столпившихся у памятника подростков.

Подробности по теме
Что говорили Яшин, Янкаускас и другие на Конгрессе независимых депутатов
Что говорили Яшин, Янкаускас и другие на Конгрессе независимых депутатов
Еще больше статей, видео, гифок и других материалов — в телеграм-канале «Афиши Daily». Подпишись!