Это сооружение окрестили «бетонной пирамидой Хеопса» и «башней Иштар», однако реальное название куда скучнее — многофункциональный комплекс «Оружейный». А еще он похож на инопланетный корабль — «Афиша Daily» пытается понять, откуда он прилетел и как с ним общаться.

В списках самых известных московских долгостроев неизменно фигурировал каркас дома по адресу Оружейный переулок, 41. В конце 1980-х тут был пустырь, который огородили в нулевые и где начали что-то строить в 2006-м — в разгар лужковского архитектурного раздолья. Спустя два года работа встала, и на несколько лет в высотную панораму Садового вписался скелет многоэтажки, который выглядел как приговор богатой Москве: в буквальном смысле einstürzende Neubauten — разрушающаяся новостройка. После прихода Собянина вновь возобновилось строительство, за три года каркас облицевали и нагрузили начинкой, и наконец в прошлом году небоскреб сдали в эксплуатацию. В этом — возвели шпиль, подсветили и потихоньку заселяют.

Подробности по теме
Московские долгострои
Высотка в Оружейном, аквапарк в Очаково, телецентр на Шаболовке и другие заброшенные дома
Высотка в Оружейном, аквапарк в Очаково, телецентр на Шаболовке и другие заброшенные дома

Предыстория: две твердыни

В советское время на узловых точках Садового кольца, где оно пересекается с магистралями, были предусмотрены высотные здания. По той же логике разрабатывали несколько вариантов застройки для места пересечения Садовой-Каретной и Долгоруковской улиц — среди прочих планов были две мини-копии сталинских высоток и одно стоэтажное здание.

В лужковскую эпоху, когда московский стройкомлекс гнал квадратные метры погонными скоростями, на пустовавшей площади появилось два участка с разными владельцами: одним из них был «Дон-строй», вторым — некое ЗАО «Дизар». Первоначальный проект предусматривал создание единого комплекса из дон-строевского офисного центра и дизаровской гостиницы, который должен был огибать «тучерез Нирнзее» — один из первых доходных домов Москвы (не беспокойтесь, он стоит на своем месте — по адресу Садовая-Каретная, 43). Однако «Дизар» со своего участка снес руины дома-кузницы XVIII–XIX веков, которая попала (возможно, по ошибке) в список подлежащих к восстановлению памятников истории. И поплатился: право на строительство аннулировали, хозяина фирмы Шалву Крихели оштрафовали на 400 тысяч рублей. После скандала единственным застройщиком остался «Дон-строй» — на его участке выросла высотка; на втором благоустроен сквер.

Так стройка выглядела в 2013 году

Конкурс: возвращение короля

В активе «Дон-строя» имеются и архитектурные «семь слоников» типа «Триумф-паласа», и элитный ЖК «Эльсинор», прикидывающийся средневековым замком, и многострадальный Дом на Мосфильмовской Сергея Скуратова. У девелопера настолько широкий профиль и разное качество проектов, что их разлихой слоган «Москва донстроится» даже как-то не сразу оскорбляет.

У девелопера был порядок устраивать что-то вроде внутреннего конкурса: компания заказывала концепции разным архитектурным бюро и выбирала из них тот проект, в который была готова вкладываться дальше. Автор победившего варианта в Оружейном переулке — Михаил Плеханов, который 37 лет трудится в любимом Лужковом «Моспроекте-2», — хвалит эту практику. Говорит, что в отличие от многих государственных конкурсов работу участников всех соревнований «Дон-строй» оплачивает.

Плеханов вспоминает, что в конкурсе среди прочих участвовало бюро Ричарда Роджерса — соавтора парижского Центра Помпиду, провозвестника архитектурного хай-тека. Однако заказчик захотел сделать «что-то московское». «Мы долго обсуждали, что бы это могло быть, — говорит Плеханов, — в итоге решили, что традиция сталинских высоток может быть продолжена». Высота выигравшего проекта составила 129 метров, площадь 119,3 тыс. кв. м. Сейчас к утвержденному почти десять лет назад силуэту добавили завершающую часть — шпиль высотой в 35 метров.

Михаил Плеханов
Автор здания, архитектор бюро «Моспроект-2»

«Небоскребы Нью-Йорка и Чикаго по своей архитектуре вытянуты вверх по одной простой причине: места развиваться вширь у них не было из-за дороговизны земли в центре города. Московские же высотки расширяются книзу, напоминая о русской культовой архитектуре. Следуя традициям, мы использовали тот же прием. Кроме того, мы добавили собственные элементы в стиле ар-деко: например, декоративную решетку над входным вестибюлем.

Мнения моих коллег об «Оружейном» разделились. Кто-то из них считает, что на этом месте должно было стоять здание в стиле хай-тек, но мы хотели поставить здание, которое было бы в большей степени характерно для московской архитектуры. Кроме того, наш заказчик также проникся архитектурой ар-деко. В любом случае получилось запоминающееся сооружение».

Андрей Коровянский
Ландшафтный архитектор, автор проекта благоустройства сквера по адресу Оружейный пер., 41

«При определении архитектуры профессиональный архитектор никогда не будет использовать слова «плохая» или «хорошая» — он скажет «своеобразная». Вокруг сквера, который мы проектировали в Оружейном переулке, много своеобразных зданий, оказывающих влияние на его пейзаж. Здание по адресу Оружейный пер., 41, является наиболее заметным строением в данном месте, оно весьма своеобразно и выразительно. Я искренне считаю его наиболее элегантным из всех новых построек Москвы. Прекрасные линии, прекрасный поэтичный образ. Здание вышло более московское, чем любая из построек Москва-Сити. Оно соответствует и месту, и особенно времени постройки. При проектировании сквера, на мой взгляд, самое удачное — раскрытие перспективы, потому что самые лучшие фото сквера получаются как раз в направлении этого здания».

Хроника

  • 2008
  • 2010
  • 2011
  • 2012
  • 2015
  • 2016
  • Стройка встала
  • Смена застройщика
  • Здание отходит Сбербанку
  • Стройка возобновляется
  • Дом сдан в эксплуатацию
  • Тестируется подсветка
  • У «Дон-строя» проблемы с кредитами ВТБ, стройка остановлена, сроки переносят. Власти говорят, что «изначально было выбрано не самое удачное место для размещения крупного административно-делового центра». Снос дороже: инвестору пришлось бы компенсировать 2–3 млрд р.

  • Компания «ДС Девелопмент» получает проекты в области коммерческой недвижимости группы «Дон-строй» и объявляет о том, что готова возобновить строительство через год, но просит власти увеличить площади на 14 тыс. м. Увеличивать не дают.

  • «ДС Девелопмент» просит главный банк выделить финансирование, а осенью главный банк приобретает права на него и собирается открыть там свой офис. Еще один владелец здания — Алишер Усманов — планирует посадить в небоскребе «Мегафон», «Коммерсант», «Муз-ТВ» и «Ю».

  • Три года здание стоит на Садовом в виде каркаса, становясь поводом для шуток. Архитектор Николай Лызлов, например, предлагает извлечь из этого пользу, дополнив постройку открытыми садами. Работы возобновляются в 2012-м.

  • Работы над интерьерами продолжаются, и окончательно сданы будут они максимум через год. Продолжают работы по отделке.

  • На здание устанавливается 35-метровый шпиль, которого не было в первоначальном проекте. Решение о его установке озвучил Хуснуллин, и тут трудно не уловить аналоги с мифом о Сталине, по легенде дорисовавшим навершия высоткам. Снаружи комплекс готов.

Что вышло: братство кольца

После того как здание досталось новому владельцу, снаружи оно не изменилось, хотя внутри случились незначительные перепланировки. В «Моспроекте» отмечают, что заказчику очень понравилась символическая архитектура сооружения — дескать, имперская для империи Сбербанка. В итоге главный банк страны займет две трети площадей, треть — «Мегафон». В дальней относительно Садового кольца части высотки расположится фитнес-клуб World Class, который уже сейчас рекламируют захватывающими фотокарточками.

Разговоры про навершие велись с 2011 года: еще тогда «Моспроект» разработал разные варианты, включая даже купол и куб, но в итоге остановились на шпиле. Это полая конструкция 10 кв.м; в ней не будет каких-либо полезных площадей и даже отопления, однако планируют смотровую площадку. Под землей располагается парковка в шесть этажей аж на 1200 машин, гидроизоляция которой от грунтовых вод была отдельной проблемой, тормозившей стройку.

В здании нет горизонтальных акцентов, согласно концепции оно построено «по принципу вертикального падающего водопада». Еще одна технологически более близкая аналогия — ступеньки эквалайзера на старом музыкальном центре. Это ощущение подчеркнет и подсветка, которая буквально превращает архитектуру в дубайский аттракцион. Свет будет идти вертикально, по праздникам шпиль собираются раскрашивать в корпоративные сберовские цвета, у главного входа на фасаде запустят бегущую строку с котировками — Дубай переезжает в Нью-Йорк! Отделка интерьера все еще идет; уже известно, что атриум украсят огромной люстрой в два этажа. Своей формой она будет повторять шпиль — только повернутый вниз.

Что вы думаете про «Оружейный»?

Что про «Оружейный» говорят эксперты?

Марина Хрусталева
Координатор движения «Арханадзор»

«В отличие от дон-строевского же «Триумф-Паласа» он не так прямо отсылает к образу сталинских высоток. Скорее это вариация на тему американских ступенчатых небоскребов эпохи ар-деко, ближайший аналог — отель «Нью-Йоркер». Активные сталинские коннотации проявились только в этом году, когда на достроенное здание неожиданно водрузили шпиль. Здесь прямая параллель со шпилем МИДа, который, наоборот, в этом году сняли для реставрации. По легенде, постройка Минкуса и Гельфрейха показалась Сталину слишком «американской» и он потребовал увенчать ее шпилем. Шпиль в Оружейном якобы появился по требованию Хуснуллина».

Григорий Ревзин
Архитектурный критик, партнер КБ «Стрелка»

«Я рад тому, что ее достроили. Каркас стоял восемь лет на Садовом, и сейчас есть радость, что наконец-то построили дом. Если говорить об этом с архитектурной точки зрения, то, на мой взгляд, это очень большой комплекс неполноценности современной России по отношению к сталинским высоткам. Ничего другого эти здания не выражают — равно как и высотка около Павелецкого вокзала, равно как и «Триумф-Палас»: они все бесконечно хуже, чем сталинские высотки. Халтура, что тут скажешь».

Ната Татунашвили
Основатель архитектурного бюро Nowadays

«В рамках нашего проекта «Противочувствие», посвященного московскому ландшафту, мы рассматривали процессы, которые формируют архитектуру города, — в частности, копирование. Не в смысле плагиат, а воспроизводство — как у радиолярий: они размножаются зооспорами, то есть фактически самокопированием. Но на конечный облик радиолярии большое влияние оказывают внешние факторы, и поэтому они все так сильно различаются по форме. Мы нашли отражение этого принципа в известном архетипе московской башни: Сухарева башня, высотка гостиницы «Ленинград», «Триумф-Палас», теперь вот и небоскреб в «Оружейном». Они все, безусловно, разные, сформированные различными историческими и экономическими обстоятельствами, но при этом ген московской башни безошибочно считывается. Кажется, что Москва в целом, и особенно Садовое кольцо, такие формы порождает.

Пока высотка в Оружейном стояла недостроенной в виде такого странного зиккурата, ее не принимали. И дело не спорилось, и не нравилась она никому. А добавили шпиль и завершили форму, подогнали под соответствующий географии архетип — башня у Кольца, — и все к ней стали с большим снисхождением относиться. И вроде заканчивают ее, и засветили, и как будто всем легче стало. Кстати, в пользу кровной связи этой башни с остальными, безусловно, говорит и тот факт, что, как только ей приделали шпиль, с МИДа его сняли».

Здесь и далее: подсветка и ночные виды «Оружейного»

1 / 4
2 / 4
Сергей Медведев
Политолог, профессор Высшей школы экономики

«Это очередная реплика сталинской высотки — Дворец Советов путинской эпохи, яркий пример символической архитектуры, которая по-прежнему доминирует в постсоветском пространстве. Функциональность, конечно, тоже присутствует: внутри будут дорогие площади, как-никак это оживленный московский перекресток в двух шагах от Тверской. Но здание вообще нельзя обсуждать в этих терминах, потому что с точки зрения транспортных потоков, дефицита парковок и создания пробок это абсолютно избыточная вещь: Самотека и без этого Мордора стоит практически весь день.

Я считаю, что это градостроительное преступление со всех точек зрения: архитектурной, транспортной, средовой. Это разрушение всех перспектив и красных линий: этот монстр виден отовсюду в радиусе 2–3 километров. Но я бы не стал политизировать и идеологизировать случившееся: его явление скорее говорит об отсутствии внятной градостроительной политики. И еще смешно, что сделала это все та же мастерская Посохина, на совести которой и Кремлевский дворец съездов, и Новый Арбат, и здание Минобороны. Как говорил Бродский, «у Корбюзье то общее с Люфтваффе, что оба постарались от души» — с Посохиным та же история. По агрессивному воздействию на среду здание сравнимо с тем же самым Новым Арбатом.

С другой стороны — и здесь я боюсь вызвать гнев градозащитников — сегодняшнюю Москву в принципе уже трудно испортить: это такая сборная солянка, градостроительный палимпсест, что любое новое уродство как-то усваивается и присваивается этим пространством. Для Санкт-Петербурга, города единого архитектурного ансамбля, появление подобного здания было бы катастрофой, а Москва — лоскутное одеяло, где соседствуют невообразимые вещи. Чуть дальше от этой высотки по Краснопролетарской улице стоит странный цветной, почти хундертвассеровский, дом. Напротив, на Фадеева, высится пошлый купеческий жилой комплекс в псевдоитальянском стиле, будто прямиком из Лас-Вегаса. По диагонали — унылое здание брежневской эпохи из стекла и бетона, дом Большого театра, где еще с былых времен был салон «Советская музыка»… Москва — это непрерывное нагромождение возмутительных проектов, каждый из которых разрушает среду, но затем ею переваривается. И с неприкаянным Владимиром на Боровицкой, думаю, будет то же самое. Вряд ли это служит оправданием здания в Оружейном, но может быть слабым утешением».

Вид со здания в сторону Красной Пресни