Группа краеведов «Гэнг» давно известна в Петербурге — уже три года они отмывают архитектурные детали парадных от старой краски. В этом сентябре они решили расширить сферу влияния и приехали в Москву, чтобы очистить мозаику и фасадную плитку фабрики «Свобода» на Вятской улице. «Афиша Daily» поговорила с «Гэнгом» о том, зачем они это делают.

Каждый месяц, а иногда и чаще, «Гэнг» проводит акции в Петербурге (карту всех отмытых ими объектов можно найти здесь), но в Москве они работали впервые. Выбор пал на здание фабрики «Свобода» — на фасаде была закрашена фасадная плитка начала XX века, а на проходной — грязная мозаика 1960-х. Теперь мозаика блестит и отражает свет фар проезжающих автомобилей. Плитку удалось очистить от краски только наполовину — московские волонтеры продолжат заниматься проектом самостоятельно. Важная деталь: уже в следующем году «Свобода» переедет, принадлежавшие ей здания могут быть снесены.

Кто такие «Гэнг»

Ксения Сидорина

Основательница «Гэнга», авторка блога @mettlachtile

«Гэнг» — это компания друзей, которая отмывает архитектурные детали в парадных Петербурга. Сначала делали это вчетвером: я, Леша Шишкин, Максим Косьмин и Маша Тычинина. А потом начали проводить акции, к нам приходили волонтеры, часть из них вошла в команду как полноправные члены. В Москву приехал костяк проекта: кроме меня, реставраторка Саша Болгарова и Аня Волкова.

Почему мы стали этим заниматься? Все ноют, что все вокруг очень грязное, а я не люблю, когда ноют. Правда, теперь люди ноют из‑за того, что мы делаем не так и не то.

Главное, с чем мы боремся, — это краска, которой закрашивают плитку, печи и витражи. Так устроена система: все, что хоть сколько‑нибудь запачкалось, принято закрашивать, а не отмывать. Один раз кто‑то это делает, а дальше условную печь будут подгонять под цвет парадной во время каждого ремонта — и покрывать ее все новыми и новыми слоями. Но это значит, что ее достаточно один раз помыть, чтобы этот цикл прервать.

Ответственность за сохранность этих деталей лежит в первую очередь на собственниках.

Люди часто не понимают, что то, что за пределами квартиры, — это тоже их дом, на который они могут влиять.

Мы открываем им глаза на то, что маленькие шаги могут приносить большие результаты. Они видят красоту — но не в конкретной печи, а в действии.

Я училась на кафедре охраны памятников, но после выпуска из университета не собиралась связывать с этим жизнь. Сейчас это нам помогает, потому что я говорю с Комитетом по охране памятников на одном языке. Я в «Гэнге», потому что мне нравится мыть и нравятся люди — никакой сверхзадачи перед собой не ставлю. Мне кажется важным то, что мы можем показать, как маленькие изменения влияют на жизнь. Но я не надеюсь спасти все наследие.

Наша работа подталкивает людей к действиям — я сделала в блоге методички о том, как отмыть дом, печь, витраж. Мне регулярно пишут, что эти материалы помогают, с их помощью люди сделали свои дома лучше.

В Москву мы решили приехать, потому что это новый челлендж для нас. Нам все рассказывали, что здесь ничего невозможно согласовать. Можно сказать, я восприняла это как вызов.

Московская акция «Гэнг»: кто, зачем и как

Иван Молодцов

Куратор московской акции

Я занимаюсь математическими расчетами в биологии и медицине — работаю и в московской государственной системе здравоохранения, и в зарубежных компаниях. Давно следил за «Гэнгом», меня завораживал процесс превращения ужасных, грязных парадных в прекрасные места. Дело ребят — это маленькие победоносные войны. В Москве есть организации, которые делают что‑то подобное, но, кажется, у них другая идеология: они берутся за большие сложные проекты, на которые собирают много денег и тратят много времени.

Москву я неплохо знаю, мне нравится гулять по городу, но раньше никакой подобной активностью не занимался. Мимо «Свободы» я проезжал на велосипеде и подумал: «Было бы здорово ее помыть». А на следующий день Ксюша Сидорина спросила в инстаграме, что помыть в Москве, — и я предложил это здание.

Косметическая фабрика «Свобода» на этом месте стоит больше ста лет, ее все в этом районе знают, это локальный ориентир.

Здание, которое мы моем, состоит из двух частей. Одна их них построена в конце XIX века, и это небогато декорированный корпус. Вторая — начала XX века, в стиле модерн, с глазурованным облицовочным кирпичом на фасаде и барельефом девушки с тюльпаном над входом. А еще есть проходная, которая появилась в шестидесятых, украшенная мозаикой.

Очень скоро, в следующем году, фабрика закроется и съедет, на ее месте построят высотные дома. Жители Савеловского района переживают по поводу того, что здесь будет происходить дальше, некоторые планы, опубликованные в публичном пространстве, выглядят очень агрессивно. Статусом выявленного объекта культурного наследия защищено только то здание, на котором работаем мы, и то не целиком — пристройка с мозаикой во всех вариантах проектов идет под снос. Также рискуют быть уничтоженными дореволюционные постройки. Поэтому нам кажется важным не только помыть этот объект, но и попробовать обратить на него внимание горожан и застройщика. Возможно, это поможет сохранить фабричные постройки.

Руководство фабрики сразу пошло на контакт с нами, они позитивно отреагировали на инициативу. Сама нам написала и заместительница руководителя Департамента культурного наследия Юлия Логинова: «Я знаю, вы хотите сделать акцию в Москве, давайте помогу». В итоге все работы мы согласовали за месяц — это очень быстро. Наверное, поэтому этот проект меня привлекает больше остальных — путь от идеи до результата очень короткий.

«Гэнг» помогал нам во всем: рассказывали о технологии, о том, как не навредить, как общаться с официальными органами, как выстроить работу волонтеров, что закупить для акции. Я бы точно не смог сделать все это сам, браться за такое без опыта было бы безответственно. Да и волонтеров мы привлекали через инстаграм Ксюши — она опубликовала клич, в итоге мы набрали 70 регистраций (люди работали по два часа, сменяя друг друга, всю субботу и воскресенье) меньше чем за сутки.

За одни выходные мы не смогли закончить начатое — не хватило времени, сил и лесов. Но теперь я уже знаю, как организовать акцию, поэтому вместе с волонтерами смогу отмыть оставшуюся часть фасадной плитки от краски. Конечно, будут возникать вопросы, но мы сможем обсудить их удаленно. Этот объект я уже не брошу — у меня есть обязательства перед фабрикой. Но я бы хотел поработать и с другими зданиями в Москве, у меня на примете есть несколько домов, которые стоит помыть. Их, конечно, все равно не так много, как в Петербурге, где можно открыть любую дверь и найти подходящее место для работ.

Я родился в Москве, знаю ее в подробностях и вижу, как исторические здания исчезают — это процесс, который не останавливается и даже не замедляется. Я не могу с ним бороться, не могу его остановить. Поэтому тема наследия для меня важна — в городе должны быть константы, их нельзя уничтожать. «Свобода» — одна из таких констант. Вы можете о ней не знать, если живете на юго-западе, но для жителей Савеловского и Тимирязевского районов это важный объект. Он не может исчезнуть, потому что кому‑то захотелось поставить тут высотки. При этом локальное сообщество исключено из процесса принятия решений.

Мне кажется, у меня, как и у многих, есть неудовлетворенная потребность в общественной деятельности. Мы в современной России настолько отсечены от возможности совместного действия, что ищем ее во всем.

Политический активизм практически убит, им заниматься трудно. Поэтому я свою потребность направляю сюда. Невозможно все время жить только внутри себя, мы живем в обществе и хотим делать что‑то вместе, хотим быть представлены, участвовать в жизни своего города и района. У нас мало механизмов, чтобы это делать, так что активность переходит из убитых областей в те, в которых еще можно влиять.

Самые интересные работы «Гэнг»

Ксения Сидорина

Блогерка, краеведка, основательница «Гэнг»

Печь Ваулина на Клинском просп., 17

Эта печь сделана по эскизам Михаила Врубеля, она стоит в парадной известного в Петербурге дома начала XX века. Эту печь знают все краеведы, но я даже не думала, что она закрашена — смотрела на павлинов, и глаза не опускались ниже. Потом я была уверена, что нам не дадут с ней работать, потому что это Врубель и дом-памятник. Но Комитет по охране памятников нас уже хорошо знал, за нас поручилась реставрационная компания, поэтому все удалось согласовать.

Изначально она была красной, как жар печной, но ее закрасили в серо-зеленый. Ее мы чистили больше недели, каждый день по 7–8 часов. Очистили основание и птиц. Майолики (разновидность керамики, изготавливаемой из обожженной глины. — Прим. ред.) по бокам были частично закрашены — и под слоем оказались золотыми.

Заложенную топку покрасили в коричневый, чтобы был контраст с поливом изразцов и павлином. Топка была кирпичной, так что вышла почти правда. Стены вокруг камина подкрасили в идеальный ЖЭК-зеленый: ушли потертости и неряшливые капли серой краски. То же вокруг майоликовых панно. Теперь заходишь в парадную, а печь вся переливается.

Витраж на Ординарной

Это витраж над дверью в парадную в доме начала XX века. До нас его не было видно из‑за краски, после нас видно хорошо. Он модерновый, цветной, с тюльпанами — такое обычно не закрашивают, но тут это почему‑то произошло. На нем было четыре слоя краски, мы пришли со скальпелями и смывкой: наносим, срезаем — и так много раз. Также мы срезали козырек, который установили без согласований в 2000-х — он огромный и висел под витражом, закрывая его.

Общественный огород в Левашове

В этом году мы запустили общественный огород в Левашове. Это дачный участок с деревянным домом, в котором в 1918 году три месяца жил Маяковский. Дом признали памятником, вокруг него — гектар земли. Все это передали Всероссийскому обществу охраны памятников на 15 лет. Мы там разбили десять грядок, а выращенные продукты отдаем благотворительному проекту «История одной кухни», который кормит нуждающихся.

Морское дно

Это важный проект для Маши Тычининой. «Морское дно» — детская мозаичная площадка на Охте, вдохновленная Гауди. Ее построили в 1980-х студенты-архитекторы ЛИСИ — с одним из них, Виктором Сахновским, мы связались, он был очень тронут вниманием к его работе, показывал нам старые фотографии площадки, эскизы. Она разваливалась, ею никто не занимался. Мы работаем над этим проектом с 2019 года — восстановили по кусочкам мозаику, установили скамейки, качели, горку.

Саша Болгарова: «Я реставратор, в „Гэнге“ с самой первой акции. Подбирала технологии для разных материалов, которые использует команда. Мне кажется важным, что мы занимаемся парадными. До них никогда ни у кого не доходят руки — никаких программ по их восстановлению не существует, собственникам они тоже зачастую неинтересны».
Анна Волкова: «Я не связана с наследием, работаю в отделе закупок в Университете имени Мечникова, в „Гэнге“ больше двух лет. У меня не было желания спасти город, просто я люблю всякий движ. Мы сразу видим результат — это заряжает. Я не блогер, но даже мои знакомые вдохновляются и делают что‑то хорошее для места, в котором живут. Эта энергия возвращается — поэтому у нас сохраняется желание делать акции».

Что поняли о людях и наследии за три года существования проекта

Ксения Сидорина

Блогерка, краеведка, основательница «Гэнг»

Люди воспринимают нас как странное онлайн-шоу и осуждают. Им неважно, что мы делаем: показываем жопы в тиктоке или отмываем наследие. Все это вызывает одинаковое количество негативных реакций. Действительно повлиять можно процентов на 20 — но эти 20 очень мотивируют. При этом те, кто хочет что‑то делать, очень боятся навредить, не знают, как подступиться к проблеме. Им нужно показывать на своем примере, вовлекать, передавать знания о том, как они сами могут что‑то изменить.

Про наследие я поняла то, что если каждый из нас прямо сейчас за него не возьмется, то мы похерим его очень быстро.

Это касается всех городов страны — Москвы, Петербурга, Орла, Вышнего Волочка и всех остальных. Если мы прямо сейчас не начнем укреплять старые дома, люди при первой же возможности поменяют их на новые из сайдинга. Не потому что люди плохие, а потому что невозможно жить в доме без ремонта.

На самом деле наша главная цель — получать удовольствие и вовлекать еще больше людей. Невозможно остановиться, когда ты получаешь столько эндорфинов от своей деятельности.

Если вы хотите увидеть фабрику «Свобода» изнутри до ее переезда и реконструкции зданий, у вас есть возможность — тут проводятся экскурсии, информацию о них можно найти здесь.

А если вы хотите присоединиться к акциям «Гэнга» в Москве, вступайте в этот чат.