Электросамокаты — одна из главных городских проблем последних недель. Их то запрещают, то изымают, то возвращают на улицы, но с ограничениями. Рассказываем, что происходит, и говорим с теми, кто пользуется кикшерингом, кто пострадал от электросамокатов, а также экспертами и представителями бизнеса.

Как появился кикшеринг?

Кикшеринг в России появился в мае 2018 года. Тогда Сергей Собянин открыл городскую систему проката электросамокатов «Делисамокат». Уже летом у сервиса появился конкурент — компания Whoosh, чуть позже начали работу Urent, Molnia, Red Wheels, Lite и другие. В Петербурге первый сервис аренды электросамокатов открылся в июле 2019 года, постепенно кикшеринг начал появляться и в других российских городах.

В октябре этого же года Министерство транспорта России представило проект поправок в ПДД. По нему, предлагалось объединить самокаты, сегвеи, гироскутеры и прочие подобные устройства в единую группу средств индивидуальной мобильности (СИМ). Также поправки включали в себя обязанность СИМ передвигаться по велодорожкам, а если они отсутствуют — по тротуарам и в пешеходных зонах, но со скоростью не более 20 км/ч, если устройства движутся в одном пространстве с пешеходами. Поправки раскритиковали в Центре организации дорожного движения (ЦОДД), МВД и Ространснадзоре, и документ отправили на доработку.

Почему в последнее время электросамокаты стали так много обсуждать?

В мае–июне 2021 года об электросамокатах стали все больше говорить в контексте несчастных случаев с их пользователями и обычными прохожими. Так, в ночь с 13 на 14 мая компания молодых людей на электросамокатах сбила несколько людей, а потом избила врача и писателя Валерия Айрапетяна за то, что мужчина сделал им замечание, Следственный комитет возбудил два уголовных дела — по статьям 118 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности) и 238 УК РФ (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности). А 17 мая солист балета Мариинского театра Давид Залеев впал в кому после падения с электросамоката.

Через несколько дней в Москве и Петербурге крупные сервисы кикшеринга по согласованию с властями ввели ограничение скорости для электросамокатов до 15 км/ч — в основном в центральных районах.

Происшествия не прекратились: 1 июня в Колпино мужчина сбил четырехлетнего мальчика, на следующий день в Петербурге от наезда электросамоката пострадали 5-летняя девочка и еще один 4-летний мальчик. 2 июня комиссия Совета по правам человека предложила признать «электрические мобильные транспортные средства» источниками повышенной опасности и ввести ограничение скорости их передвижения.

Как власти противостоят кикшерингу?

Через день следователи СК и сотрудники МВД провели обыски в кикшеринговых организациях Петербурга, в частности у компаний Whoosh, Molnia, Bolt, Scoobee и Red Wheels. Повод — уголовное дело об оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности, которое возбудили в мае после нападения на Валерия Айрапетяна.

8 июня по соглашению со Смольным и сервисы кикшеринга ограничили скорость электросамокатов до 10 км/ч в Центральном и Петроградском районах Петербурга, а Минтранс предложил убрать с тротуаров электросамокаты, гироскутеры и моноколеса массой более 35 килограмм.

В ночь с 8 на 9 июня петербургские кикшеринги Whoosh, Molnia, Urent, Eleven и Busy-Fly запретили арендовать электросамокаты через свои приложения и убрали почти все устройства из города. Однако уже вечером 9 июня стало известно, что кикшеринг снова заработает в Петербурге.

При этом у электросамокатов до сих пор нет четкого правового статуса: Верховный суд РФ еще в 2019 году приравнял пользователей самокатов к пешеходам, но не конкретизировал, относится ли это к электросамокатам. А значит, самокатам можно ездить по тротуарам и запрещено выезжать на велодорожки. С другой стороны, электросамокаты мощнее 250 Вт можно приравнять к мопеду — в таком случае, чтобы иметь право на вождение этого средства, человеку необходимо иметь права категории М, которые получают с 16 лет, а двигаться транспортное средство должно по проезжей части. Что касается кикшеринговых самокатов, ими могут пользоваться только люди старше 18 лет, однако паспорт при регистрации в приложении не проверяется.

Что думают пользователи кикшеринга?

Данила Еремин, 22 года, Петербург

С электросамокатами и велосипедами такая тема: когда я на них езжу, мне все нравится, а когда я пешеход, меня бесят и велосипедисты, и самокатчики.

Регулировать движение электросамокатов, конечно, необходимо, и, насколько я знаю, это уже делают: например, недалеко от моего дома находится парк Победы (парк в Петербурге. — Прим. ред.), там уже выставили ограничение 15 км/ч. Я использую электросамокаты как транспорт и не люблю ездить медленно, поэтому, думаю, нужно ограничить зоны, где автоматически выставляется маленькая скорость, и сделать их, скажем, в местах большого скопления людей. И, кстати, блокировать скорость нужно только в определенное время. Я, например, для удовольствия катаюсь ночью, когда людей вообще нет: ты гонишь по пустой улице и никому не мешаешь. А днем, в час пик, это другое дело.

Выгонять самокатчиков на дорогу не вариант, так как у нас водители очень агрессивно настроены к немашинам на дорогах, потому что человека на самокате можно не заметить и задавить. Должны быть выделены отдельные зоны для такого транспорта, но в центре города это очень сложно сделать, здесь и для машин места мало. В центре можно сделать меньше стоянок, оставить их там, где подразумеваются широкие прогулочные пространства, а вот в более разгруженных районах нужно смотреть на отдельные улицы и регулировать количество стоянок для каждой.

По поводу отдельных курсов вождения для пользователей электросамокатов: с учетом того, как легко у нас в стране покупаются самые разные справки, это не особо удачная идея. А вот номерные знаки для самокатов, обязательное предоставление паспортных данных при регистрации в шеринге тоже хорошая тема, так как тогда пользователь будет осознавать, что несет ответственность за свои действия.

Анжелика Номерная, 18 лет, Москва

Я пользуюсь электросамокатом каждый день на протяжении шести лет. Езжу только по тротуарам, потому что по дороге ездить очень опасно и чтобы не мешать движению транспорта. Средняя скорость — 20 км/ч, иногда чуть быстрее или чуть медленнее: все зависит от того, сколько на дороге пешеходов. Я езжу очень аккуратно, поэтому эти недавние случаи мне самой не очень нравятся: люди ополчаются и против нормальных пользователей самокатов.

Я считаю, что, даже если введут штрафы, наезды на пешеходов не прекратятся, так как некому будет следить за этим. Пока у нас не будет нормальной сети велодорожек, доступных для электросамокатов, а также регистрационных номеров на самокатах, все будут ездить на тротуарах и превышать скорость. Более того, повылезают куча лихачей, которые будут специально гонять под 40–50 км/ч.

Я тоже не всегда могу соблюдать [ограничения скорости] 15 км/ч, потому что мне нужно очень долго добираться до университета, и в таком случае я увеличиваю скорость до 20–25 км/ч. При этом я ни разу никого не сбила.

Также я считаю, что до 14 лет доступ к шерингу самокатов должен быть запрещен, а при входе в личный кабинет должна быть обязательно загрузка паспортных данных, чтобы человек ответственно подошел к поездке.

Как люди страдают от электросамокатов?

Дарья Слугина, 24 года, Петербург

Меня сбивали несколько раз. Как‑то вечером я шла с работы, смотрела в телефон, и вдруг рядом со мной с огромной скоростью проехал парень на самокате, задел меня, и я упала. Я сильно испугалась, так как это было внезапно и резко. Я ненавижу электросамокаты за это: они быстрые и бесшумные. Я поднялась, отряхнулась, никаких серьезных травм, слава богу, не получила. При этом улица была пустая и широкая: ну какого хрена ты не можешь меня объехать или хотя бы посигналить?

Следующие ситуации были похожие, но уже в центре города: там узкие тротуары, и из‑за отсутствия выделенных зон или здравого смысла очень многие электросамокатчики любят кататься по пешеходным дорожкам. Вы просто не можете разойтись на такой узкой улочке, и кто‑то из вас должен выйти на проезжую часть, чтобы не произошло столкновения. Как правило, никто из сбивших меня электросамокатчиков никогда не останавливался, не извинялся и не проверял, в порядке ли я.

Я не считаю, что виноваты электросамокаты, виноваты люди и отсутствие регулировки движения между самокатчиками и пешеходами. Самокат может взять любой человек, он может быть пьян, и с учетом того, какую скорость развивают эти самокаты, это просто страшно.

Евгения, 26 лет, Москва

Я шла на работу, и на одном самокате ехали отец с мальчиком лет двенадцати, они меня сбили и наехали мне на ногу. При этом на меня стал орать ребенок что‑то типа: «Куда ты прешься?!» И ему отец так спокойно: «Вообще-то, ты сам должен смотреть, куда едешь». Я думаю: «И все, серьезно?»

Не знаю, кто прав, кто виноват, так как я была в наушниках и, может быть, не услышала их, но там был довольно узкий перекресток и скопление людей, и, наверное, им стоило слезть с самоката и везти его сбоку. При этом они еще полдороги оборачивались и пытались извиниться, я просто притормозила, чтобы они проехали вперед и дальше не портили мне настроение.

Я слышала, что на электросамокаты чуть ли не права хотят ввести, но, как мне кажется, отдельной полосы достаточно — пусть там гоняют себе на здоровье.

Эльза Рахманинова, 27 лет, Москва

Шла я мимо Большого театра, никого не трогала и вдруг почувствовала удар в спину. В меня въехал какой‑то подросток: не сильно, но очень неожиданно и больно, у меня остался синяк. Он сразу уехал и даже не извинился, как будто так и надо.

Думаю, нормальные меры по регулированию движения самокатов начнут применяться после первой смерти, когда самокатчик в кого‑то врежется и пострадавший упадет на проезжую часть. Ограничения скорости самокатов недостаточно, нужно регулировать поведение самокатчиков в пешеходной зоне, но я пока не знаю как. Либо пусть ездят по велодорожкам.

Думаю, выпускать электросамокатчиков на проезжую часть не лучшая идея: маневренность самокатов сильно ниже тех же велосипедов, там смертность будет огромная. И было бы хорошо, если бы самокаты брали только по паспортам и не раньше 16–18 лет, когда люди начинают хоть немного понимать ответственность перед окружающими. Городская среда не успевает подстраиваться под новые тенденции, поэтому пока можно полагаться только на сознательность граждан.

Что думают эксперты?

Александр Нилов, организатор движения городских самокатов Let’s Kick

Увеличение числа происшествий совершено закономерно, потому что растет как количество самокатов, так и количество поездок. В Москве в 2018 году было совершено 140 тысяч поездок, а в 2020 году уже миллион. А всего с 2018 года москвичи совершили почти 3 миллиона поездок, и среди них происшествия и наезды — это единичные случаи.

Проблема травматизма при использовании электросамокатов сейчас хайповая тема, на которую обращено внимание многих СМИ.

У нас большой негатив по отношению к пользователям кикшеринга, и он нарастает. Но нужно понимать, что электросамокатчики — это не какая‑то субкультура, это те же самые пешеходы-автомобилисты. В большинстве случаев в аварии попадают именно пользователи кикшеринга, потому что думают, что это очень просто: надо только встать и разогнаться. В связи с этим ограничение скорости для самокатов может создать неплохой социальный сценарий: пешеходы будут знать, что шеринговые самокаты едут 15 км/ч максимум, и в этой ситуации будут негативно реагировать на владельцев самокатов, которые ездят быстрее.

Неплохо бы обозначить зоны, где и какое средство транспорта можно использовать. Потому что, по текущим правилам, самокаты не могут ездить по велодорожкам, ведь самокатчики приравниваются к пешеходам. При этом велосипедисты часто ездят по тротуарам, хоты должны ездить по проезжей части. На дорогах же у нас максимальная разрешенная скорость 60 км/ч плюс нештрафуемые 20 км/ч, а это, как можно понять, очень опасно при столкновении, высока вероятность летального исхода. Поэтому тротуар мы делим между велосипедистами, самокатчиками и пешеходами, а культуры передвижения у нас нет.

Также стоит ввести для самокатчиков дополнительную ответственность, потому что сейчас, если вы пьяным врежетесь в пешехода, вы будете проходить по статье «нанесение телесных повреждений», как будто вы подрались. Конечно же, это несправедливо и неправильно, потому что ответственность человека, который берет электросамокат, гораздо больше по сравнению с другими пешеходами: он может быстро разогнаться до большой скорости и нанести куда более серьезные травмы, чем если бы, допустим, столкнулись два пешехода.

Насчет предложения Совета по правам человека с номерами на самокаты: СМИ не совсем верно его истолковали. Предложение было сделать обязательную нумерацию арендованных и служебных самокатов. Причем речь не о номерах, как на машине, которые нужно отдельно получать, а о нумерации, как на сумках курьеров. Нужно промаркировать все самокаты, чтобы, если случилось какое‑то происшествие, вы могли бы сообщить в полицию или службу кикшеринга о том, что вас сбили.

Все это не репрессивные меры, а просто лишний повод для самокатчиков задуматься, готовы ли они ехать на максимальной скорости или кататься вдвоем на одном самокате.

В случае, если вас сбил самокатчик, думаю, лучше всего обращаться в полицию: учитывая хайп вокруг этой темы, вашим делом займутся совершенно точно. Если вы запомнили фирму или хотя бы цвет самоката, полиция по камерам может посмотреть, кто где ехал, и по запросу правоохранителей кикшеринговая компания предоставит полиции данные о таких нарушителях.

По поводу массовых зачисток улиц в Петербурге от самокатов: может быть, был какой‑то инсайд, что с утра силовики начнут изымать самокаты, ну и шеринговые компании решили добровольно их убрать, чтобы потом не забирать устройства из Следственного комитета.

Я уверен на сто процентов, что это временная мера и электросамокаты вернутся в Петербург. Просто то, что сейчас происходит, это намек властям — нужно побыстрее разработать поправки к ПДД и вывести движение на электросамокатах в правовое поле.

Владимир Соколов, Председатель Межрегионального общественного движения «Союз пешеходов»

Мы озаботились проблемой электросамокатов еще в 2016 году и обратились в ГИБДД с просьбой внести поправки в ПДД и определить места для передвижения новых транспортных средств. Подчеркиваю важность именно такой формулировки: это не средство индивидуальной мобильности, а полноценное транспортное средство. В 2017 году мы получили ответ: поскольку в ПДД не предусмотрено ничего другого, самокатчики приравнены к пешеходам по правам и по обязанностям. Но ведь это не значит, что им разрешено двигаться по тротуару! И как может пешеход двигаться со скоростью 20 км/ч?

Соответственно, когда происходит наезд электросамоката на пешехода, это к ДТП не относится. И мы можем только догадываться, сколько пешеходов пострадали от наездов и сколько самих самокатчиков погибли. Речь о мощных электросамокатах, конечно.

В индивидуальные транспортные средства мы включаем как мощные, так и маломощные электросамокаты. Мощные электросамокаты предназначены для передвижения по проезжей части, так как их скорость сравнима со скоростью автомобиля, поэтому они должны быть приравнены к мопедам.

Самокаты беззвучны и плохо видны на фоне других машин, а кроме того, очень чувствительны к ямкам, камешкам на дороге, так как у них маленький диаметр колеса. При этом человек на самокате ничем не защищен, у него даже нет ветрового стекла. Поэтому разумно ограничить скорость на тех участках дороги, где будет разрешено движение индивидуальных транспортных средств, до 50 км/ч. Тогда по крайней мере граждане на мощных электросамокатах будут более защищены.

Владельцам мощных электросамокатов нужно сдавать на права. Навыки вождения, конечно, достаточно простые, но знание ПДД — совсем другая история. Когда водитель транспортного средства рискует потерять права, он чувствует свою ответственность.

Маломощные электросамокаты должны двигаться по велодорожкам и по обочине, если она асфальтирована. Очевидно, что ни на тротуарах, ни на проезжей части места для новых транспортных средств нет. В связи с этим нужно срочно строить велодорожки для индивидуальных транспортных средств, причем они должны быть отделены от проезжей части — только тогда можно обеспечить безопасность пользователей этих средств.

Кроме того, у маломощных самокатов должна быть ограничена максимальная скорость движения — 15 км/ч. А в случае большого скопления людей нужно снижать скорость до скорости пешеходов, но кто это проконтролирует? Все остается на совести самокатчиков. Обычно пользователи самокатов скрываются с места аварии, поэтому необходимо обеспечить необратимость наказания, хотя это задача не одного дня и не поправок в ПДД, а развития гражданской ответственности.

Понятно, что претензии СК к некоторым сервисам появились из‑за правового вакуума, который возник в этой сфере. Нужно срочно наводить порядок, иначе мы окажемся в еще более худшей ситуации: пострадают и пешеходы, и самокатчики.

Что думают те, кто отдает электросамокаты в аренду?

Алена Сухаревская, пресс-секретарь сервиса кикшеринга Urent

Urent работает с 2018 года, сейчас у нас парк на 40 тысяч самокатов. Мы изначально понимали, что пользователями Urent будут разные люди, поэтому все самокаты нашего сервиса с самого начала имели ограничение по скорости — максимум 25 км/ч. Мы пришли к соглашению с Департаментом транспорта Москвы, что 25 км/ч — это оптимальная скорость для электросамокатов. Если сделать ограничение меньше 20 км/ч, самокат начинает очень сильно проигрывать машине, и изначальный смысл кикшеринга как замены автомобилю исчезает.

Большинство аварий, о которых сейчас все пишут, связаны не с шеринговыми, а с частными самокатами, которые могут разгоняться до 50–60 км/ч. Люди видят, что самокатов стало много, а потом читают новости, что самокатчики сбивают людей, и у них срабатывает такая установка: «Ну я же видел электросамокаты по всему городу, значит, они сбивают, до этого же их не было, и все было хорошо». Невозможно найти владельцев всех частных самокатов, а вот у шеринговых компаний есть юридический адрес и склад, куда можно прийти с обыском.

Во многих зонах ограничение по скорости (до 15 км/ч) у Urent действует еще с прошлого года. На Невском проспекте мы действительно ограничили скорость в этом году, потому что самокатов стало много и мы решили предупредить возможные аварии в местах большого скопления людей. В планах сделать еще больше медленных зон.

Это не единственное нововведение: у нас и раньше стояли консультанты по безопасности на ВДНХ, которые объясняли, как правильно начать работу с самокатом, как на нем кататься, что такое медленная зона, можно ли сигналить людям в спину, где можно и нельзя ездить. И это хорошо сработало: у пользователей меньше вопросов и они более лояльно относятся к сервису. Планируем поставить этих консультантов во всех городах, где есть наши самокаты. Это инвестиция в безопасность и образование пользователей — только в этом году потратим на консультантов и программу до 100 млн рублей.

Мы готовы помогать городу, например, у ряда городов проблемы с велопарковками, и мы сами ставим парковки, которые подходят и для велосипедов, и для самокатов, и готовы расширить эти зоны.

По поводу предложения Минтранса убрать с тротуаров самокаты тяжелее 35 кг — у нас в парке нет и не будет таких самокатов, потому что совершенно непонятно, как их поднимать пользовательнице, к примеру, на бордюр. Самая тяжелая модель Urent весит около 27 кг, и это скорее исключительный случай.

Что касается наездов: если человек наехал на кого‑то, этим должны заниматься правоохранительные органы. Если полиция присылает соответствующий запрос — например, что на самокате нашего шеринга сбили человека в такое-то время, — мы поднимаем историю поездок и оказываем содействие в розыске этого человека.

Подробности по теме
Редакция «Афиши Daily» тестирует московские сервисы проката самокатов
Редакция «Афиши Daily» тестирует московские сервисы проката самокатов