Новейшую французскую драму из конкурса Каннского кинофестиваля со звездами «Жизни Адель», «Тони Эрдманна» и «В постели с Викторией» можно увидеть 11 и 16 июля в «Летнем Пионере», а с 18 июля в прокате.

Сибил (Виржини Эфира), женщина-психоаналитик в самом расцвете сил, вкрадчиво сливает своих клиентов, потому что вместо этого вдруг решила написать книгу. Однажды во время писательского сеанса стучания по клавишам, Сибил начинают терроризировать звонками. Это актриса Марго Василис (Адель Экзаркопулос, лучше всех хнычущая в любом фильме) хочет попросить совета: делать ей аборт или нет. На весах крупная роль в большом проекте и хрупкое мироощущение ее мужчины, актера Игора (Гаспар Ульель). Сибил, которой в поисках вдохновения не удается найти в интернете ничего, кроме скучных криминальных сводок, берет назойливую пациентку в оборот и включает диктофон: оказывается, за пациентами можно подслушивать, а не только слушать. Затем Марго просит Сибил психотерапевтическим взглядом оценить Игора, чтобы понять, что он вообще за фрукт, и по возможности съездить к нему на остров, где проходят съемки. Тут «Соблазн» обретает занимательную многофигурность.

Русский трейлер «Соблазна»

Фильм Жюстин Трие постоянно пользуется сюжетными уловками и ускользает от лаконичных формул. Нельзя сказать, что Сибил весь фильм записывает за Марго на диктофон или ручкой и исходя из фактов ее несчастной биографии строит повествование своего романа. Вовсе нет. Нельзя и пошло обозначить, что Сибил в какой‑то момент становится своей пациенткой и обсессивно (как у Озона) проецирует на себя ее жизнь. Трие удаются незаметные для зрительского глаза психологические переносы состояний между героинями, которые в какой‑то момент становятся сообщающимися сосудами. Если говорить о чем‑то более визуальном, то не менее здорово у Трие получается изображать методы работы Сибил над текстами книги. Вот Сибил в ванной всматривается в мягкий свет, поставив перед собой столик с компьютером, вот, стоя у окна, Сибил, затягиваясь вейпом, вспоминает своего горячего мужчину (Нильс Шнайдер), который в марганцовочном свете бурлескной вечеринки очень похож на Майлса Теллера из «Слишком стар, чтобы умереть молодым».

Забавно, что последний фильм Ассайаса, «Двойная жизнь», о том, что все люди — книги, а новый фильм набирающей обороты постановщицы Жюстин Трие (хорошее имя для будущего французского классика) о том, что жизнь, ха-ха, кино. По ощущениям «Соблазн» крепко напоминает «Призраков Исмаэля» Арно Деплешена. Только здесь вместо сумасшедшего режиссера с лицом Матье Амальрика, роль режиссерки в фильме исполняет по-смешному сварливая Сандра Хюллер, блиставшая в «Тони Эрдманне». С первых минут Трие начинает неточно работать гиперссылками (в телевизоре показывают «Оно» Дэвида Роберта Митчелла), а исследование кинопроцесса и его кулис через киношные же рифмы — шутка опасная. К счастью, долго этот метод не продолжится, на помощь придут красивые беззвучные монтажные перебивки с воспоминаниями, очень тактильными и будто пахнущими: мятая ткань на рубашке персонажа Шнайдера, мокрые волосы дочери и покрасневшие от морской соли глаза на фотографии в рамке.

Мастурбация на раковине около стаканчика мохито пленяет взор эротизмом — наверное, именно такие интимные фрагменты ждешь в фильме с переводным названием «Соблазн». Есть и другие волнующие сцены: стремительные удары по клавишам, брызги волн, качающееся судно. Есть слегка поразительные: героиня Экзаркопулос на съемках фильма просит Сибил подыграть ей за кадром вместо героя Ульеля, с которым совершенно не получалось работать. И в кадре, снятом через плейбэк, мы видим искренний смех Марго, впервые пробившийся за множество дублей на съемках, но к актерскому исполнению он не имеет никакого отношения: это благодарность в адрес Сибил за ее помощь по вопросу насчет аборта. Хотя, Сибил его и не давала, а Марго себя в этом убедила. Поплатится.

Фильм Трие стал элегантным завершением каннского конкурса, в нем легко уловить переклички с другим фильмом программы — «Портретом женщины в огне» Селин Сьямма. В том фильме Адель Энель в кульминационной сцене одиноко плачет в красном кресле театра и кадр разрывается от грохочущих «Времен года» Вивальди, а в ее мыслях шторм и молнии. В «Соблазне» главная героиня сидит в красном кресле кинотеатра, Вивальди так же заполоняет зал, шторм на экране, но в отличие от пронзительного финала «Портрета» имеет, уж простите, постироничный оттенок. Выпустившая книгу Сибил сильно пьяная смотрит премьеру фильма «Никогда не говори с незнакомцами», на съемках которого она побывала. Она вспоминает страстный секс с героем Ульеля на пляже, который был, само собой, ошибкой, но помог книге написаться (не факт, что это было необходимо для книги), а фильму выйти (и это правда).

Помимо того, что снимать кино — прямой путь к болезням сезонным и хроническим, «Соблазн», в первую очередь, говорит еще и о том, что актеры, которые встречаются во время съемок, конечно, самые страшные вредители для всех вокруг. Сибил произносит на финальных кадрах: «Я поняла, что моя жизнь роман». Разумеется, когда кино видишь по эту сторону экрана, то кажется, что перед тобой вечность и красота, а по ту — десяток мылких дублей на палубе, не боль и слава, а пот и вредность. Поэтому книга — лучший друг, как говорится, не предаст и не трахнет.

6 / 10
Оценка
Дениса Виленкина
Подробнее на afisha.ru
Подробности по теме
10 стереотипов о французском кино, которые на самом деле неправда
10 стереотипов о французском кино, которые на самом деле неправда