О культурной жизни Владивостока, отделенного от Москвы тысячами километров и семью часовыми поясами, в столице известно немногое. Но этому портовому городу есть чем похвастаться — и центром современного искусства, и международными биеннале, и актуальными выставками. «Афиша Daily» рассказывает, чем дышит современное искусство Владивостока.

«Наверняка Владивосток купается в восточном искусстве: Ай Вэйвэй там в каждой лавке, а запах жженого пороха Цая Гоцяна носит ветром через границу — примерно так можно вообразить себе город, расположенный рядом с Китаем, Японией и Кореей. Но такое мнение будет ошибочным. Местная художественная сцена сильно европеизирована, а культурные связи Владивосток в первую очередь стремится наладить с остальной Россией. Восточные художники здесь тоже не редкость, но не они определяют лицо арт-движения Владивостока.

«Заря»

Один из крупнейших котлов, где варится современное искусство Владивостока, — ЦСИ «Заря», расположившийся в зданиях бывшей швейной фабрики. Главная задача «Зари» — развивать местное арт-сообщество и знакомить регион с искусством ХХ–ХХI века. Акцент ставится скорее на русскую арт-сцену: в 2017 году тут проводились выставки о кинетизме и о советском дизайне, а до февраля 2018-го зрителям рассказывали о бунтарской моде 1980-х на выставке «Ассы в массы».

Работа Славы ПТРК на стене «Зари»

© Центр современного искусства «Заря»
1 из 3

Работа Тимофея Ради

© Центр современного искусства «Заря»
2 из 3
Алиса Багдонайте
Главный куратор центра современного искусства «Заря»

«Владивосток уникален своим положением в сочетании времени, места, истории. У него множество образов — от восточной колонии и военного порта к самому свободолюбивому и ветреному месту в России. Владивосток — это и лагерь, где умер Мандельштам, и город, где жил и, говорят, ел пирожки с китовым мясом Илья Лагутенко. Теперь здесь проходит ВЭФ (Всемирный экономический форум. — Прим. ред.) и действует одна из самых классных и свободных международных арт-резиденций.

Однако история и память Владивостока, на мой взгляд, до сих пор сильно скованы политическими и социальными обстоятельствами, сложным рельефом местных событий. Здесь перед вами открывается великолепный азиатский ландшафт, покрытый зданиями типичной советской и постсоветсткой застройки, а советсткие и постсоветсткие люди окружены со всех сторон соседями-азиатами.

Художественную сцену разрывает между притяжением Центральной России с ее модой на совриск и влиянием сильного китайского рынка академического искусства. Мы фокусируем свое внимание на актуальном искусстве и много времени посвящаем продвижению местных художников».


Арт-резиденция «Заря» — это второе направление работы ЦСИ. За три года существования она получила около тысячи заявок и приняла в своих стенах более 60 художников со всего мира. Каждый резидент работает над проектом в течение месяца или двух. Это может быть уличное искусство, инсталляция, живопись, серия фотографий, перформанс; жанр не важен, главное условие — анализ местной среды и работа с локальным контекстом. Уличные художники часто создают работы в самом городе: EVOL оставил Владивостоку свои фирменные, разрисованные под типичную архитектуру электрощиты, а Тимофей Радя расписал «стены» в заброшенном радарном куполе на Монастырской сопке.

EVOL за работой

© Оксана Маякова
1 из 5
© Оксана Маякова
2 из 5
Подробности по теме
Многоэтажки в искусстве: от живописи до стрит-арта
Многоэтажки в искусстве: от живописи до стрит-арта

Один из резидентов — Мариос Иоанну Элиа — получил Гран-при премии «Серебряный лучник — Дальний Восток» за фильм «Звуки Владивостока» в январе 2018 года. В течение месяца художник с Кипра носился по городу и окрестностям с микрофоном и записывал разные звучания: треск льдин, рык тигра, шум ветра, выстрел пушки, песню церковного хора — и затем объединил их в шестиминутный аудиовизуальный портрет Владивостока.

«Хрустальный тигр»

Не менее важной работой (уже не в рамках резиденции, а специально для проекта в выставочном зале) стал «Хрустальный тигр» группировки «ЗИП» из Краснодара. Художники за несколько лет создали в Краснодаре центр современного искусства «Типография» и получили премию Кандинского за инсталляцию «Остановка «ДК ЗИП» в ММОМА. Степан Субботин, Василий Субботин и Евгений Римкевич и куратор проекта «Хрустальный тигр» Елена Ищенко, сооснователь портала aroundart.org и главный куратор краснодарского ЦСИ «Типография», прибыли во Владивосток в январе 2018 года.

Все приезжие художники сталкиваются со сложной задачей: работать с контекстом города, в котором никогда не были. Кто-то идет простым путем и берет очевидные темы: море, порт, граница с Азией. Художники группировки «ЗИП» остановились на необычной версии.

Владивосток с 1952 по 1992 год сохранял статус закрытого города: въехать в город можно было лишь по пропускам. Художников вдохновила двоякая природа Владивостока: это и порт, и изолированный населенный пункт: то есть и транзитная, и огороженная зона одновременно. Эту идею подкрепила история о пересыльных лагерях: во Владивостоке не было самих тюрем, но он выступал «тюремным коридором». Поэтому «ЗИП» соорудили на «Заре» коридор из четырех переходящих друг в друга комнат, объединенных идеей замкнутости.

Одна из комнат «Хрустального тигра» — тату-салон. Тут «зипы» разместили реди-мейд с бывшей швейной фабрики — портняжные манекены. К ним приколоты иголками детские рисунки с мастер-класса по переводилкам (его заранее провели в рамках «Хрустального тигра»). Так игла сыграла две роли одновременно: портновской иголки и инструмента для татуажа. Кстати, в этом кабинете гости действительно могли набить себе любую детскую картинку или рисунок по эскизу «зипов»

© Оксана Маякова
1 из 3

Туалет, с которого начиналась инсталляция, — это место, куда можно скрыться с вечеринки и побыть одному. Здесь «зипы» установили советские унитазы и двери, оставшиеся от швейной фабрики

© Оксана Маякова
2 из 3

Название «Хрустальный тигр» отсылает к названию приморского казино Tigre de Cristal. Но никакого хрусталя тут не было: как шутил Степан Субботин, инсталляция сколочена «из ГВЛ (гипсоволокнистые листы. — Прим. ред.) и палок». На нее потратили 21 лист фанеры и 8 листов гипсокартона, бессчетное количество шурупов и метры тепличной пленки. Обои с тигром закупили на китайском рынке, стулья — собственность «Зари». Также внутри инсталляции стояла раскладушка с постелью и несколько реди-мейдов из местного бомбоубежища (оно же — склад бывшей швейной фабрики «Заря»).

Фильм группировки «ЗИП» о работе над «Хрустальным тигром»

Владивосток принял идею изоляции неоднозначно: люди давно не ассоциируют город с закрытой территорией, тем более с тюрьмой. Но в любом случае качество работы очевидно. Во-первых, «зипы» подарили совершенно новое прочтение привычному залу «Зари». Во-вторых, остались верны своему стилю: шуруповерт вместо молотка и гвоздей, небрежно обработанное дерево, нарочитая детскость. И в-третьих, художники не повторили ни одной идеи из «Остановки «ДК ЗИП», хотя графика с дельфинами или тема островов легко могла встроиться в местный контекст.

Подробности по теме
Арт-группировка «ЗИП» стала лауреатом премии Кандинского
Арт-группировка «ЗИП» стала лауреатом премии Кандинского

Местные художники на «Заре»

Андрей Дмитренко. Сигналы

© Центр современного искусства «Заря»
1 из 2

Андрей Дмитренко. Сигналы

© Центр современного искусства «Заря»
2 из 2

Иногда приезжие художники устраивают коллаборации с местными: например, московская художница Устина Яковлева и владивостокский художник Андрей Дмитренко совместно делали проект «Среда»: тут тонкая молочно-серая графика Андрея соседствовала с текстильными медузами Устины.

Кстати, Андрей Дмитренко — один из немногих владивостокских художников, ставших резидентом «Зари». Его отчетная выставка «Сигналы» в марте 2017 года действительно отразила актуальный местный контекст: Андрей исследовал желание (или нежелание) молодых людей уезжать из Владивостока в Москву и Петербург.

Отъезд талантливой молодежи — острая проблема для Владивостока. Несмотря на то, что «если выпало в империи родиться, лучше жить в глухой провинции, у моря», все понимают, что в Центральном регионе возможностей больше. Каждый житель Владивостока обязательно задавался вопросом, остаться или уехать. Андрей задает его близким и друзьям, делает оттиски с их ответами на бумаге. В итоге он получает обрывки рассуждений в зеркальном отражении: «Здесь мой дом», «Не знаю». Светло-серая цветовая гамма выставки подкрепляет ощущение сырости и туманности решений. Свернутые в трубы листы металла (на которых и вытравливалась гравюра) в центре зала напоминают то ли трубы отходящих пароходов, то ли очертания заводов рядом со спальными районами.

«Продукты 24 часа»

© Денис Коробов
1 из 6

«Продукты 24 часа»

© Денис Коробов
2 из 6

Денис Коробов — еще один местный художник и участник программы арт-резиденции в 2017 году, регулярно сотрудничающий с «Зарей». Его выставка «Машины не машины ставить не ставить» подняла тему городских парковок и автомобильных пробок. Необычные места для парковки, квадраты сухого асфальта там, где в дождь стояли машины, — Денис предлагает рассматривать стоянки и пробки как часть архитектуры. Естественные, неотредактированные аналоговые кадры создают ощущение прогулки: будто сам идешь по городу, озираешься и вдруг начинаешь видеть композицию в том, как паркуются неопытные (или чрезмерно изворотливые) водители. Именно серийность его фотографий выводит на поверхность силу непримечательных объектов, делает их заметными и говорящими.

Еще одна известная его работа — серия фото дворовых магазинов. Денис снимал вывески районных магазинов с одним и тем же неброским названием «Продукты 24 часа», а «Союз Река» проиллюстрировали ими течение месяцев в календаре. Верстка намеренно небрежна: даты исчезают на глазах, месяцы утекают с листа, год начинается с апреля. Время неважно: «Продукты» же работают 24 часа, из года в год, а значит, будет день — будет пища. «Пиво, рыба, сигареты».

Владивостокская школа современного искусства (ВШСИ)

Владивостокская школа современного искусства работает с осени 2015 года. Несмотря на слово «школа» в названии, на деле ВШСИ — это самоорганизация начинающих художников, арт-критиков и кураторов. Участники скидываются на оплату лекций по истории философии, искусства, курирования, гендерным исследованиям; они устраивают выставки и раздают горожанам абонементы на чтение книг о современной культуре. У истоков школы стоит арт-менеджер и куратор Яна Гапоненко. Она успела поработать в команде Айдан Салаховой, отучиться в институте «База» и в Московской кураторской летней школе. С накопленным багажом знаний она из Москвы вернулась во Владивосток.

Яна Гапоненко
Куратор и арт-менеджер, основатель ВШСИ

«ВШСИ появилась во Владивостоке в самый необходимый для города момент — как раз когда в городской среде назрела необходимость буферной зоны между крупным художественным производством и вчерашними студентами художественного училища. В городе уже два года функционировал ЦСИ «Заря», и пришла пора формировать сообщество с нескольких флангов.

Транзитная природа портового Владивостока сама подтолкнула меня к организации коллектива, в котором можно вырасти профессионально, альтернативно и параллельно городским арт-институциям. После чего отправиться дальше в свободное плавание: кто-то уехал в другие города, кто-то остался развивать свой город или делать личные проекты.

ВШСИ — это сеть. Разветвленная система единомышленников, связей, отношений между художниками, искусствоведами, арт-журналистами Владивостока и других городов».


Молодые художники ВШСИ в серии выставок-квартирников играют разными смыслами одной темы: выбирают ее голосованием, подают заявки и готовят работы. Обычно под однодневную выставку художникам отдают свое жилье друзья школы, в редких случаях площадкой может стать бар или мастерские художников.

© ВШСИ
1 из 2
© ВШСИ
2 из 2

Тему «Числа» в январе 2018 года обыграли на все лады: демографическая статистика, глитч как цифровая ошибка, зависимость людей от цифр возраста и веса. Живопись и инсталляции, искусство взаимодействия, видеоарт и даже телеграм-бот — квартира выдержала не только толпу людей, но и весь натиск современного искусства. Стены пестрели цифрами, инсталляции озарялись обычными настольными светильниками. В ванной освещение мигало: обычная лампа высвечивала случайные числа, при флюоресцентной проявлялись нули. Несмотря на сырость, присущую «быстрым выставкам», именно тут город получает максимально живое движение, постоянную смену обстановки и метаморфозы форм.

Выставка «Круговая порука» в ВШСИ

© Ксения Рябова
1 из 4

Выставка «Круговая порука» в ВШСИ

© Ксения Рябова
2 из 4

«33+1»

Московский зритель знаком с арт-сообществом «33+1» по Триеннале русского современного искусства. В «Гараже» можно было прогуляться по специально выстроенному павильону «Сою33 художников России», плотно забитому расписанными железными бочками, картинами, шуточными дорожными знаками, видеоартом и обугленными пнями. На ироничное восприятие настраивал даже намеренно низкий вход в павильон. Скорее всего, так поступили, чтобы увеличить площадь развески, но зрители шутили, что это намек: мол, чтобы войти в Союз художников, нужно хорошенько прогнуться.

Мало кто знает, что во Владивостоке лидер «33+1» устроил акцию-продолжение. Получив безупречно упакованные экспонаты с престижной московской выставки, лидер сообщества Павел Шугуров бесплатно раздал их желающим. «Ра33вал Сою33а» проходил в самом настоящем гараже, напоминая об условности музейных стен для искусства

© Павел Шугуров
1 из 2
© Павел Шугуров
2 из 2

Ироничность отличает работы Павла Шугурова во всем. Во Владивостоке он неоднократно устраивал шуточные акции, даже будучи руководителем отдела дизайна в мэрии города. К примеру, в 2014 году он объявил, что «33+1» установят 33 памятника известным горожанам: блогерам, поэтам, журналистам, директорам крупных компаний. Люди либо пугались и отказывались, либо с нетерпением ждали своих образов, увековеченных в мраморе. Все уже обсуждали миллионы, потраченные чиновником из местного бюджета на очередную ерунду. А в назначенный день, когда ярмарка тщеславия в соцсетях достигла апофеоза, жителям представили 33 скульптуры из проволоки высотой всего в несколько сантиметров.

© Павел Шугуров
1 из 2
© Павел Шугуров
2 из 2

Даже о самой команде «33+1» до сих пор ходят легенды: то ли Павел ее выдумал, то ли действительно собрал всех этих людей, то ли нанимает на акции случайных подмастерьев и актеров, то ли действительно работает с коллективом — но совсем не с теми личностями, чьи CV висят на сайте. Сейчас к выходу готовится книга о двадцатилетней истории команды «33+1» — нечто на границе документальной литературы и архивного каталога. Но есть подозрение, что книга запутает зрителя еще больше.

Международная биеннале «VIBVA»

Скульптуры Нобуаки Такекавы в инсталляции «Олимпиада-2020: фестиваль здоровых мертвецов»

© Ксения Рябова
1 из 3

Скульптуры Нобуаки Такекавы в инсталляции «Олимпиада-2020: фестиваль здоровых мертвецов»

© Ксения Рябова
2 из 3

Владивостокская международная биеннале 2017 года — девятая по счету. Но состоявшееся событие кажется чудом: «VIBVA» прошла без государственного финансирования, по частной инициативе компании «Арт-Пасс». Последний раз бюджетные средства выделяли в 2013 году, хотя именно биеннале поддерживает тот курс на Восток, который так ждут от Приморского края остальные регионы. На предыдущих биеннале японец Юма Есимура создал объекты стрит-арта в сквере городов-побратимов, а Ямамото Редзи устраивал каллиграфический перформанс — писал тушью иероглифы, глядя людям в глаза.

В этот раз у события впервые появился куратор — им стала китаянка Сян Липин, одна из основателей Шанхайской биеннале. Она привлекла к участию директора Музея современного искусства в Гуандуне Ван Шаоцяна, корейскую художницу Бу Джи Хен, японского мастера малой скульптуры Нобуаки Такекаву и китайского художника Чжан Юя, создавшего для Владивостока инсталляцию «Наполняя водой».

Чжан Юй расставил 5000 чаш на территории заброшенной военной батареи

© Оксана Маякова
1 из 3

К теме сосудов Чжан Юй обращается не впервые: в Китае художник делал подобные инсталляции в буддистском монастыре и под открытым небом. Во Владивостоке этот медитативный тон и мирная символика чаш обрели дополнительные значения, потому что оказались вписаны в милитаристский объект

© Оксана Маякова
2 из 3

Ван Шаоцян тоже сделал для биеннале арт-объект в западноевропейской традиции современного искусства. В картине «Деконструкция и сосуществование» художник разложил флаги разных государств на основные цвета — например, китайский флаг превратился в длинную красную линию и мелкий желтый штрих. В итоге весь мир на этой «карте» выглядит универсальным. Эта работа, призванная показать равенство и братство разных народов, подчеркивает еще одно важное обстоятельство: искусство тоже становится универсальным. «Загадочный Восток» давно работает по тем же западноевропейским канонам, в Китае учат живописи по традиционной русской академической школе, а китайские туристы массово скупают во Владивостоке русское салонное искусство.

Ван Шаоцян. Деконструкция и сосуществование
© Ксения Рябова
Юлия Климко
Директор МФСКИ «Арт-Пасс», организатор IX Владивостокской международной биеннале визуальных искусств

«Владивосток — город-порт, который буквально является местом проникновения и взаимодействия западной и восточной культур. Нам проще поехать отдыхать в Азию, нежели на запад нашей страны. Мы привычны к речи японцев, корейцев, китайцев, их письменности, пищи. Подобные явления в обществе крайне интересны, учитывая, что взаимодействие происходит не только в повседневной жизни, но и в профессиональной среде — экономической, образовательной и т. д. Именно поэтому было принято решение пригласить китайского куратора, чтобы взглянуть на себя со стороны.

В то же время Биеннале — прекрасная возможность открыть себя миру. И не только потому, что приглашенный куратор и художники используют местные особенности для того, чтобы интерпретировать свой взгляд на то или иное местное явление, но и потому, что это точка притяжения для туристов и гостей города. По цепочке Биеннале влияет на темп жизни, активность и занятость молодежи. И безусловно, на востребованность творческой среды».

«Арка», «Артэтаж» и «Артэтаж-монтаж»

Пионеры contemporary art во Владивостоке — галерея «Арка» и выставочные залы «Артэтаж». «Арка» работает с 1995 года, и ее директор Вера Глазкова проводит персональные выставки как известных, так и совсем молодых художников. «Артэтаж» — детище Александра Городнего, который всю жизнь собирал коллекцию приморского авангарда и работы российских и зарубежных современных художников, мечтая создать владивостокский музей современного искусства. Собрание работ кочевало по разным помещениям в течение десятилетий, но с 2016 года, когда Александр безвозмездно передал собрание городу, мэрия выделила под «Артэтаж» исторический доходный дом рыбопромышленника Демби.

Весомая часть экспозиций в «Арке» и «Артэтаже» — все еще живопись и скульптура. Но эти площадки действительно «раскачивают» город. В «Артэтаже» действует команда молодых кураторов «Артэтаж-монтаж»: они устраивают концерты-перформансы арт-группы «Дальневосточные разлучницы» на балконе, модные показы с моделями в ластах, пекут к вернисажам вафли со сгущенкой.

Летом 2017 года «Артэтаж-монтаж» спародировали музыкальный фестиваль V-Rox. Пока на официальной сцене выступал Илья Лагутенко, а среди именитых гостей мелькал Гоша Рубчинский, молодые художники проводили в «Артэтаже» альтернативные мероприятия: играли экспериментальную музыку, устраивали перформансы и джем-сейшены.

«Артэтаж-монтаж» взял логотип у V-Rox, но перевернул буквы: мол, здесь выступают «артисты-лохи, которых не позвали на большой фестиваль»
Таня Олгесашвили
Куратор проекта «Артэтаж-монтаж»

«Если говорить о том, чем я руководствуюсь в этом проекте, я работаю с импульсом в первую очередь, смыслы будут позже. Главное — вот эта поистине дионисийская радость бытия в творчестве, стиль, характер. Моя задача — найти тех, кого больше всего прет, кто не оглядывается на то, чтобы искусство нравилось другим и за сколько его можно продать. Нас интересуют самобытные характеры с чистой волей к искусству».

Скульптуры Лехи Г.

© Центр современного искусства «Заря»
1 из 3

Скульптуры Лехи Г.

© Центр современного искусства «Заря»
2 из 3

Обе галереи сотрудничают с художником Лехой Г. Он известен тем, что как раз-таки не стремится быть известным: его работы сделаны походя, смеха ради, и не несут никакой дидактической составляющей. Тем не менее на остроумное баловство Лехи Г. обратили внимание крупные музеи. Алексей делает из киндер-сюрпризных игрушек скульптуры, соединяя фигурки так, что они начинают откровенно высмеивать актуальные культурные течения, потребление и пристрастие к масс-медиа.

«Хлебозавод»

Весной 2018 года во Владивостоке откроется новый центр современной культуры «Хлебозавод». Основатели сделали упор на сайенс-арт, медиаарт и популяризацию науки: тут запланирована библиотека нон-фикшен-литературы, а участвовать в создании выставок будут не только художники, но и ученые. Подобного учреждения в России еще не было, поэтому «Хлебозавод» собирается стать центром притяжения единомышленников: устраивать стажировки и коллаборации с русскими и иностранными художниками.

Ольга Бурасова
Главный куратор «Хлебозавода»

«Границы между странами и регионами становятся все более условными, область научного знания и художественного производства подразумевает диалог между людьми вне зависимости от их места проживания. Поэтому работать мы будем, в первую очередь, с идеями и их носителями: локации тут не важны».


На пресловутый вопрос, остаться или уехать, художники все чаще отвечают в пользу первого варианта. Открытые коммуникации с остальным миром, рождение камерных проектов, подвижки в принятии современного искусства широкой аудиторией — все это питает местную среду. Регионы начинают чувствовать себя полноценной частью происходящих в мире процессов.

Художественная сцена Владивостока, конечно, еще не столь сильна: для того чтобы она окрепла, необходим хороший рынок. И тут соседство с Китаем оттягивает процесс «осовременивания» художников своим щедрым запросом на академическую живопись. Но город постепенно выявляет свою идентичность, и это не может не отражаться в современном искусстве — поэтому молодых художественных сообществ становится все больше.