В Пушкинском все лето работает выставка итальянского живописца Джорджо Моранди под кураторством Виктории Марковой. «Афиша Daily» объясняет, как смотреть на натюрморты Моранди и почему он один из важнейших художников XX века.

О личности Моранди

Моранди — удивительный феномен. Его образ жизни не характерен для персон из учебника по истории искусств, и вообще нетипичен для XX века. Моранди не был богемным художником — напротив, он вел обычную жизнь и проводил свое время так, как все обычные жители Болоньи. С личной жизнью у него не сложилось: он делил дом с тремя сестрами, которые полностью отдали себя ему. А Моранди, в свою очередь, всего себя отдал творчеству, ни на что больше не отвлекаясь.

О роли Сезанна для искусства XX века

Раннее творчество Моранди принято относить к метафизическому направлению, важному для итальянского искусства начала XX века. В юности Моранди работал в духе творчества Карло Карра и Джорджо де Кирико, но вскоре он стал искать свой собственный путь. Произведения раннего периода на выставке в Пушкинском представлены тремя картинами.

В начале XX века живопись впервые не просто переживает временный кризис, но и теряет роль главного итальянского искусства, язык которого сформировался еще на рубеже XIII и XIV веков. В его основе лежала литература — включая такие великие имена, как Данте Алигьери и Франческо Петрарка. С XVIII века изобразительному искусству в Италии отводится главная общественная роль. В XIX веке эстафета передается, и главным национальным искусством становится опера.

Перелом в изобразительном искусстве происходит благодаря открытию французской живописи — Пуссену, Курбе, Жерико и Сезанну, которые составляли одну линию. Ключевую фигуру для всего XX века представлял собой Сезанн, именно он показал, что импрессионизм себя изжил. Импрессионистам удалось перевести жизнь на язык чистой и поэтичной живописи, но вместе с тем они сводили живопись к сиюминутному ощущению, уничтожая ее основы. Сезанн же смог вернуться к основам классической живописи.

Джоржо Моранди в мастерской. Около 1950 года
© Ansa/Archivi Fratelli Alinari, Firenze

О пути итальянского искусства начала прошлого века

В начале XX века итальянские художники начали открывать для себя Сезанна и других французов. В стране стали появляться журналы, рассказывающие о новых направлениях в искусстве и печатавшие французские репродукции. Кроме того, французские живописцы посещали Венецианскую биеннале — там же с ними познакомился и Моранди, который на протяжении всей своей жизни кроме итальянской Швейцарии почти никуда не ездил. Даже в Рим из своего дома в Болонье, где он постоянно и жил, и работал, он отправлялся только ради того, чтобы увидеть Караваджо и Пьетро делла Франческа — остальные классики — Боттичелли, Рафаэль — его не очень волновали.

Открыть итальянцам собственную классику и увидеть абсолютную ценность в итальянском возрождении помог Сезанн. Этому пути следовали Карра и де Кирико, пусть для последнего это и не было так явно. Некоторые работы Карры очень сильно напоминают Пьетро делла Франческа — показательного художника для итальянского XV века, чья живопись сосредоточена на пластике, композиции пространстве. Для таких новаторов первого-второго поколения Возрождения были очень важны перспектива и перспективные построения: именно так они искали новые пути в искусстве.

Джорджо Моранди. Цветы. 1918. Холст, масло. Частная коллекция

О сути итальянской живописи

Чтобы понять суть искусства Моранди, нужно разобраться с тем смыслом, который имело обращение итальянцев в XX веке к собственным истокам. Начиная с эпохи Возрождения и дальше главная проблема, которая волновала итальянских живописцев, — это взаимодействие пространства и пластической формы. Ее в разных школах решали по-разному — совсем как математическую задачу. Разные решения формировали разные языки и разную образную ткань.

Первым проблему формы поставил Джотто. Каждая его работа в некотором смысле представляет собой раму в пространстве, внутри которой помещены фигуры. В отличие от византийского искусства с его бестелесностью, фигуры Джотто имеют объем как скульптуры. До Джотто иконы представляли собой скорее знак и символ, в этих картинах не было действия и как будто не было окружающего мира. А в работах Джотто появилась драматургия. Он не только показывал сюжет, но и будто бы превращал происходящее в театр. Так итальянцы сумели заставить живопись — искусство вневременное — жить во времени.

Проблема формы показательна и для итальянского натюрморта. По-новому эту проблему обозначил Караваджо: в отличие от Джотто, он не прописывал пространство детально, а мог просто наметить фон плоскостью и поместить внутри него объемное тело. У Караваджо есть картина-манифест «Корзина с фруктами», где фактически нет пространства, нет стола. Вместо этого намечено только боковое ребро, однако возникает иллюзия, будто это пространство есть: потому что Караваджо подчеркивает его тенью.

Конечно, искусство — это не только форма, но недооценивать значение формы неправильно. Понимание пластики формы было главной проблемой европейского искусства в целом. Показательно, что за пределами Италии пластику так же глубоко понять не удалось. В немецкой и французской живописи проблема формы, например, может вообще отсутствовать. Многим мировым художникам не удалось простроить этого пространственного отношения внутри своей живописи. Может быть, в этом и есть особенность итальянского мышления.

Джорджо Моранди. Натюрморт. 1958. Холст, масло. Частная коллекция, Турин

О значении натюрморта для Моранди

В интервью 1953 года Моранди подчеркивает важность того момента, когда он открыл для себя Сезанна. При этом именно Сезанн начинает впервые после импрессионистов заниматься натюрмортом. Из импрессионистов только Ренуар немного занимался натюрмортом, хотя и не уделял ему большого значения. Такой расклад неслучаен: натюрморт — это упражнение с бессюжетной пространственной формой, где сюжет не заслоняет живопись. А для Моранди суть живописи составляла именно форма.

Так складывается путь Моранди в истории искусства XX века: он идет в том направлении, которое наметил Сезанн, обращается к своим национальным классикам, например Пьетро делла Франческа, и выбирает в большей степени натюрморт, чем пейзаж (в отличие от Сезанна, у которого все было наоборот: пейзаж ему был интереснее). Моранди видит в натюрморте чистое пространство и чистую форму. В то время как многие художники в начале XX века уходили в чистый формализм и абстракцию, Моранди в их ряду находит свой собственный путь, придерживаясь фигуративного языка.

Моранди говорил, что признает только искусство для искусства, а не ради политики, ради языка и так далее. Он выбирал фигуративное искусство, и оттого кажется, будто бы изображал обыденный мир. На самом деле этот обыденный мир его не интересовал. Мы знаем, как он собирал композиции для своих картин: он покрывал свои сосуды и изящные фарфоровые вазочки гипсом и темперой, красил их в разные цвета. Так он уходил от их бытового смысла и упрощал их.

Джорджо Моранди. Натюрморт. 1941. Холст, масло
© Collezione Patrimonio Artistico Eni S.p.a.

О скромности Моранди

Искусство обманчиво своим сходством с окружающим миром. В этом смысле музыка как будто бы проще для восприятия: она уже заранее готовит нас к абстракции, предлагая чистый мир звука. Моранди из своей живописи будто бы создает музыкальную композицию на взаимодействии ритмики и форм, передавая так свое видение жизни. Может показаться, что всю свою жизнь он писал одно и то же, но совершенно по-разному.

Искусство Моранди отражает все события, что случились в мире за время его жизни. За любовь к затворничеству его называли монахом в келье. При этом монах из кельи участвовал в Первой мировой войне, прошел через эпоху фашизма, Вторую мировую войну. Пока он боролся за свою творческую независимость, пришлось прожить небезоблачную жизнь. Моранди никогда не писал для заработка, жил очень скромно. Работал он очень медленно, создавая всего несколько работ в год. Однажды к нему в мастерскую пришел Антониони, чтобы купить у него картину, в итоге великий деятель кинематографа ушел ни с чем — Моранди сказал, что на продажу ничего нет.

В XX веке искусство было предельно ангажировано — не только в период тоталитаризма, когда в Италии масса художников была коллаборационистами, но и в более сложном смысле — искусство быстро развивалось, а многие художники поддавались влиянию различных стилей и направлений. Моранди же удалось сохранить чистоту своего стиля и не идти на компромиссы. В начале своего пути он был на короткий период связан с метафизикой, но после этого за всю свою жизнь не испытывал никакого влияния других художников или художественных групп. В этом смысле Моранди — это не Пикассо.


Редакция выражает кураторам ГМИИ благодарность за помощь в подготовке материала.

Выставка
Джорджо Моранди
4.2 из 5
★★★★★
★★★★★