В российской прокат выходит «Американская пастораль» — экранизация романа крупнейшего современного американского писателя Филипа Рота, снятая Юэном МакГрегором. По просьбе «Афиши Daily» Константин Мильчин вспоминает лучшие книги автора.

«Прощай, Коламбус» (1959)

Сборник, состоящий из небольшой повести и пяти рассказов. Собственно, здесь можно найти все основные компоненты коктейля, который Рот будет в той или иной пропорции смешивать из книги в книги: герои — американские евреи, они родом из Нью-Джерси, текст наводнен эротическими подробностями и юмором; все это злопыхатели обзывают порнографией и человеконенавистничеством. Герои-евреи уже не хотят и не могут жить внутри общины и по ее правилам, по устоям родителей, но еще не придумали, как — иначе. Да и община так просто не отпускает. Катастрофа неизбежна.

Издательство Текст, Москва, 2008, перевод В.Голышева, Л.Беспаловой

«Случай Портного» (1969)

Героя зовут Александр, а Портной — это не профессия, а фамилия. И еще диагноз. Портной лежит на кушетке у доктора Шпильфогеля и рассказывает о своих проблемах. Вся его жизнь — одна сплошная мастурбация, как в прямом, так и в переносном смысле. Он без нее не может, но при этом она не вызывает у него никакого удовлетворения, а исключительно чувство стыда. До этого его довело детство, отрочество и юность в еврейской семье в Нью-Джерси. За комическими и эротическими подробностями читатель не сразу понимает, что в роли невольного психоаналитика выступает он сам. За эту книгу Рота обвиняли уже не только в порнографии, но еще и в антисемитизме.

Издательство Лимбус-Пресс, Петербург, 2003, перевод В.Топорова

«Моя мужская правда» (1974)

В книге две части: в первой — два небольших рассказа, один эротический, другой чуть поменьше; оба — про юность и секс. Что-то вроде: «Мой самый-самый дорогой, во время игры в теннис в гимнастическом зале я думаю только о том, как, встав на четвереньки, приближаюсь к твоему члену». И вот едва читатель решил, что вся книга будет в том же духе, как Рот его жестко обманывает: дальше начинается грустное повествование про мир писателя, который бодро начал (рассказы в первой части ему и принадлежат), а потом его мир был разрушен неудачным браком. Героя мучает психоаналитик (тот же самый, что и у Портного), героя терроризирует бывшая жена, герой страдает с новой пассией. За подобные тексты феминистки называют Рота женоненавистником, но помилуйте, он просто показывает мир глазами мужчины, а выводы делает читатель. И да, эта книга, как и «Случай Портного», напоминает фильмы Вуди Аллена, но влияние тут, безусловно обратное.

Издательство Лимбус-Пресс, Петербург, 2002, перевод Н.Голя, Ю.Вейсберга

«Профессор Желания» (1977)

Главный герой — еврейский подросток, но для разнообразия не из Нью-Джерси, а с севера штата Нью-Йорк. У консервативных и очень правильных родителей небольшой отель, где они обещают своим гостям «ветхозаветное идиллическое радушие». Сын растет сам по себе и в итоге, едва покинув райский отчий дом, немедленно разрывает с родителями и со всем, что им дорого, пускаясь во все тяжкие сексуальных экспериментов над собой.

Издательство СПб.: Лениздат, 2013, пер. В.Топорова

«Американская пастораль» (1997)

Швед Лейвоу — идеальный американец. Как и все герои Рота, он родился в еврейской семье в Нью-Джерси, но пошел, наверное, дальше всех. Швед совсем оторвался от общины, стал стопроцентным американцем и женился на королеве красоты штата. Настоящая американская мечта как она есть — прямиком из палаты мер и весов. Но возмездие неизбежно, и оно придет оттуда, откуда никто не ждет. Дочка Шведа начнет увлекаться левыми идеями и превратится в террористку. Что случилось? Можно предположить, что дочь повторила путь отца: если он порвал с традициями своих родителей, то почему бы ей не порвать с ним? Так рана между поколениями передается по наследству.

Издательство Лимбус-Пресс, Петербург, 2007, перевод В.Кобец, В.Кулакова

«Людское клеймо» (2000)

У профессора Коулмена Силка все хорошо: успешная карьера, замечательная жена и прекрасные дети. Он стал одним из первых евреев в Америке, кого допустили до преподавания античной литературы. Все рушится в один момент: на одной из лекций во время переклички две студентки не ответили, и Силк спросил: «Знает их кто-нибудь из вас? Существуют они во плоти — или они духи?» Оказывается, у слова «дух» есть жаргонное значение: это уничижительное обозначение чернокожих. Профессора обвиняют в расизме и с позором выгоняют из университета. От горя умирает жена. Он находит любовницу, но это лишь усугубляет ситуацию. Жизнь кончена. По ходу романа выясняется, что Силк на самом деле чернокожий. Во время службы в армии он скрыл это и дальше вел себя как еврей. Разрыв с корнями у Рота всегда заканчивается катастрофой. Впрочем, стоит обратить внимание не только на главные события, но и на фон книги: параллельно со страданиями Силка разворачивается скандал вокруг Билла Клинтона, Моники Левински и орального секса. Так Филип Рот предлагает нам задуматься о ханжестве.

Издательство Амфора, Москва, 2008, перевод Л.Мотылева

«Заговор против Америки» (2004)

Альтернативная история: на президентских выборах в 1940 году победил не Рузвельт (как было на самом деле), а Чарльз Линдберг — тот самый пилот, который первым перелетел через Атлантику и сына которого похитили и убили. В реальной жизни Линдберг восхищался Гитлером и призывал Америку не вмешиваться во Вторую мировую войну. У Рота Линдберг превратился в фашиста, стал пронемецким президентом и начал медленно, но верно делать из Америки новый Третий рейх. Все это показано глазами все того же еврея из Нью-Джерси. Оказывается, построить в Америке фашизм довольно просто.

Издательство Лимбус-Пресс, Петербург, 2008, перевод В.Топорова

«Призрак уходит» (2007)

Девятый роман и самый главный роман о Натане Цукермане — писателе, которого Рот придумал и использовал в разных произведениях в самых разных качествах. Где-то он главное действующее лицо, в «Моей мужской правде» — вымышленный персонаж в текстах главного героя, а в «Людском клейме» — рассказчик. В «Призраке» Цукерман стар и нездоров, у него проблемы с простатой, Джорджем Бушем, как раз переизбравшимся на второй срок, и памятью. Это позволяет Роту играть с читателем в сложную игру: попробуй угадай, что Цукерман помнит, а что забыл, что он написал о себе, а что было в реальности, что он вчера сказал, а что только хотел сказать.

Издательство Лениздат, Петербург, 2013, перевод В.Кобец

«Немезида» (2010)

1944 год. Юджин, еврей из Нью-Джерси, работает тренером-инструктором на детской площадке. В городке начинается эпидемия полиомиелита — в те времена это совсем опасно: кто-то остается калекой, кто-то умирает. Юджин вместе с родителями пытаются понять, что случилось, как такое вообще могло произойти. Они ищут логику у смерти, но сталкиваются с чем-то, что гораздо сильнее их и никакой логики не имеет. А все потому, что Бог в Нью-Джерси в 1944-м уже умер. Как умер он и в современной Роту Америке. Все, включая автора, приближали этот момент, а теперь никто не знает, что делать и как жить дальше.

Издательство АСТ, Corpus, Москва, 2011, перевод Л.Мотылева