Решение, какие книги переводить на русский язык, обычно лежит на издателях. «Афиша Daily» опросила трех опытных переводчиков о том, что они считают нужным перевести на русский язык и выпустить в нашей стране.

Джеймс Джойс «Поминки по Финнегану» («Finnegans Wake»)

Если на написание «Улисса» Джойсу понадобилось всего 7 лет, то над экспериментальным романом «Поминки по Финнегану» ирландец трудился целых 16 лет. Эта книга стала последним произведением, опубликованным при жизни писателя, она написана в технике потока сознания с множеством каламбуров, неологизмов и заимствований из порядка 70 языков, в том числе русского и китайского. Даже литературоведы не могут сойтись во мнениях относительно сюжета и персонажей романа, настолько сложным получилось это произведение. Попытки перевести книгу на русский язык предпринимаются, но и сегодня полноценного текста все еще нет. «Поминки по Финнегану» на английском языке с примечаниями можно прочитать в интернете.

Максим Немцов
Переводчик У.Берроуза, Дж.Керуака, Ч.Буковски, редактор, создатель сайта «Лавка языков»

«Россия только тогда перестанет отставать от человеческой
цивилизации, когда эта книга будет издана на русском. Попытки его
переводить предпринимались, но они были либо хаотичны, либо не завершены, либо всерьез об них говорить не приходится. Пока же, нужно признать, в число десяти передовых наций, на языки которых эти книга переведена (и где издана, включая, например, Корею и Турцию), Россия не входит».

Томас Пинчон «На день погребения моего» («Against the Day»)

Пинчон, о котором уже привычно думать как об одном из самых интересных современных авторов, выбрал для этого романа время действия между Всемирной выставкой в Чикаго 1893 года и периодом в пару лет после Первой мировой войны, местом действия — сразу несколько локаций, от Парижа до Балкан, а персонажей смешал в причудливый винегрет из анархистов, игроков, наркоманов, магнатов, диссидентов, сумасшедших ученых, шаманов, шпионов и искательниц приключений, приправив его камео известных людей, вроде физика Николы Теслы и комика Граучо Маркса. The Wall Street Journal назвал книгу величайшим произведением искусства, а New Yorker отозвался о ней как о «фантастической прозе».

Максим Немцов: «Магнум-опус Пинчона и «великий роман ХХI века», перевести и издать его будет отдельным переводческим и издательским поступком, уж очень он велик, но сделать это необходимо — хотя бы потому, что, например, в «Афише Daily» единственным специалистом по творчеству Пинчона, похоже, считается Дмитрий Быков, утверждающий, что он этот роман читал, но транслирует читателям он какую-то ересь, имеющую крайне приблизительное отношение к Пинчону».

Уильям Т.Воллманн «Europe Central»

Роман американского писателя, журналиста и военного корреспондента вышел в 2005 году и был награжден Национальной книжной премией, его основной фокус находится на противостоянии СССР и Германии во время Второй мировой войны. Для этой книги Воллманн провел немало времени в изучении исторических документов, чтобы как можно достовернее изобразить реально существовавших людей XX века, в течение которого разворачивается сюжет. На страницах «Europe Central» появляются поэтесса Анна Ахматова, композитор Дмитрий Шостакович, советский кинодокументалист Роман Кармен, один из авторов плана «Барбаросса» генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс и немецкая художница Кете Кольвиц.

Максим Немцов: «Хотя бы этот роман, потому что это великая книга о Европе (в частности). Воллманн вообще незаслуженно обходится русскими издателями, не очень понятно почему. Видимо, они считают, что он слишком хорош для широкого русского читателя, как и многие другие авторы мировой литературы. Видимо, это правда, но «широким» читателем аудитория не ограничивается, есть и такие фрики, кому Воллманн будет нужен».

Мари де Рабютен-Шанталь, маркиза де Севинье (мадам де Севинье), «Письма»

Маркиза де Севинье была умной, начитанной женщиной, жившей в несчастном браке с супругом, который не смог ее по-настоящему оценить, изменял направо и налево и отошел в мир иной после дуэли из-за одной из своих любовниц. Де Севинье общалась с интереснейшими представителями своего времени — мадам де Лафайет, Франсуа де Ларошфуко, кардиналом де Рецем, мадемуазель де Монпансье и другими. «Письма» маркизы — самое знаменитое, что давал миру эпистолярный жанр Франции. Они несут в себе шарм ее ума и умение понимать людей. Де Севинье тяжело переносила разлуку с дочерью, которая уехала, выйдя замуж, и писала ей по три-четыре письма в неделю. «Письма» также включают в себя переписку с друзьями и другими родственниками.

Луи де Рувруа, герцог де Сен-Симон, «Мемуары»

Впервые изданные в 1784 году, мемуары герцога — хорошее подспорье всякому, кто хотел бы разобраться в хитросплетениях отношений окружения Людовика XIV, но только если не забывать, что де Сен-Симон не беспристрастен и дает волю личной неприязни во всех своих остроумных колкостях. Интриги версальского двора дадут фору любому сегодняшнему сериалу и в запутанности сюжета, и в коварстве и страданиях свои героев. Де Сен-Симон пишет не только о любовных интригах, но и о политических, а также о военных кампаниях.

Жан-Луи Гез де Бальзак «Письма»

Жан-Луи Гез де Бальзак и Оноре де Бальзак даже не родственники, но все же на фамилии их сходство не заканчивается: оба внесли свой вклад во французскую литературу. Гез жил в XVII веке, работал с разными формами и жанрами, но именно «Письма» стали самым известным его произведением, в том числе и за пределами Франции. Автора хвалили при жизни за стиль, который пытались копировать при его жизни и после смерти.

Наталья Мавлевич
Переводчик французской литературы, работала с произведениями Эжена Ионеско, Жана Кокто, Симоны де Бовуар, Амели Нотомб и других

«В наше время, когда многие читатели предпочитают романам документальную литературу, стоило бы обратиться к огромному мемуарному и эпистолярному наследию XVII века, работы там для переводчика — непочатый край. Переведены «Мемуары» кардинала де Реца, «Занимательные истории» Таллемана де Рео, кое-что еще. Но из многотомного собрания самых знаменитых в истории французской литературы «Писем» маркизы де Севинье собран только один куцый сборничек в очень старом и не очень хорошем переводе. Точно так же из обширных «Мемуаров» герцога де Сен-Симона издана лишь книга избранных глав. А до знаменитых писем Жан-Луи Геза де Бальзака вообще ни у кого не дошли руки. Между тем, все это — классика французской литературы и захватывающее чтение для любителей истории».

Антуан Блонден «LʼEurope buissonnière»

Антуан Блонден — французский писатель и спортивный журналист, представитель литературного движения Les Hussards («Гусары» в переводе с французского) 1950-х годов, участники которого противопоставляли себя экзистенциализму. Блонден изучал литературу в Сорбонне, а в 1942 году он был принудительно отправлен в Германию во время оккупации периода Второй мировой войны, этот опыт лег в основу его первой книги «LʼEurope buissonnière», которая на русском языке не выходила, как и роман «LʼHumeur vagabonde» и другие произведения француза. Писатель известен не только своей меланхолично красивой прозой, но и репортажами с гонки «Тур де Франс» и Олимпийских игр, которые стилем не уступают его литературным трудам.

Наталья Мавлевич: «Антуана Блондена французы считают продолжателем традиций Стендаля и Жюля Ренара. Он дебютировал в 1949-м блестящим сатирико-пацифистским романом «LʼEurope buissonnière» — труднопереводимое название, что-то вроде «Прогульщики истории». Любители кино должны помнить фильм Анри Вернея «Обезьяна зимой» с Жаном Габеном и Жан-Полем Бельмондо в главных ролях, который был снят по одноименному роману Блондена. Этот роман — единственное его произведение, переведенное на русский язык. Все остальное ждет своего издателя (переводчик, считайте, уже есть — только свистни!)».

Антония Сьюзен Байетт, тетралогия о Фредерике Поттер

У английской писательницы Антонии Сьюзен Байетт обширная библиография и обширнейший список наград и званий, включающий почетные докторские степени целого ряда британских университетов и «Букер». Книги тетралогии («The Virgin in the Garden», «Still Life», «Babel Tower» и «A Whistling Woman») выходили в период с 1978-го по 2002-й, все они рассказывают о жизненном пути интеллектуалки Фредерики Поттер, живущей в Британии середины XX века и получающей образование в Кембридже, и ее семьи. Это захватывающий слепок Великобритании того времени, затрагивающий и положение женщины в обществе, и культуру с искусством, и отношения между людьми.

Анастасия Завозова
Переводчик с английского и датского языков, благодаря ей русскоязычные читатели познакомились с книгами «Щегол» Донны Тартт, «Скрижали судьбы» Себастьяна Барри, «Гордость и предубеждение и зомби» Сета Грэм-Смита

«Досадно, что у нас она до сих пор не переведена. С одной стороны, понятно, что издателей может отпугнуть и объем, и общая монументальность Байетт, ее любовь ко всеобщей премудрости, которая здесь проявляется в большей степени, нежели в «Обладать» и «Детской книге». Первая книга тетралогии вообще полна информации о елизаветинском театре, поэзии Спенсера и пьесах Расина (не только прямой, но и в виде кучи аллюзий и скрытых цитат, на одно только верное отлавливание которых переводчику понадобится как минимум полгода). Тетралогия о Фредерике Поттер — это одна из самых захватывающих семейных саг, которые вообще можно себе представить, такой выкрученный до предела, до захватывающей сюжетности Голсуорси».

Джанет Уинтерсон «Why Be Happy When You Could Be Normal?»

Автобиография англичанки Джанет Уинтерсон, личности очень в духе нашего времени. Удочеренная крайне религиозной парой пятидесятников, в подростковом возрасте девушка ходила читать проповеди, а родители надеялись, что она станет христианским миссионером, но в 16 лет Уинтерсон объявила маме и папе о том, что она лесбиянка и ушла из дома. Позже были работа в психиатрической лечебнице и изучение английского языка и литературы в Оксфорде. На счету Уинтерсон более дюжины прозаических произведений, ее литературная деятельность отмечена орденом Британской империи. Естественно, автобиография у писательницы вышла отличная.

Анастасия Завозова: «Все, что я об этой книге читала в русскоязычных источниках, сводилось к втискиванию ее в какие-то чрезвычайно тесные рамки: на нее то навешивали ярлык феминистической прозы, то лесбийской — из которых она, разумеется, торчала, как нога золушкиной сестры с обрубленной пяткой из заветной туфельки. Мне кажется, что, если и есть какая-то совершенно универсальная проза о взрослении и принятии себя во всей своей инаковости и чужеродности по отношению к предыдущему поколению, если и есть какая-то книга о таинстве любви к родителям (даже если эти родители выбрасывают все твои книги и выгоняют тебя из дому), то это вот биография Уинтерсон».