Реклама

Роза есть Роза есть Роза: как прошел бенефис Хайруллиной на «Точке доступа»

6 августа 2021 13:36
Одним из главных событий прошедшей «Точки доступа» стал растянувшийся на неделю бенефис Розы Хайруллиной, одной из главных актрис момента. Лиза Савина пытается объяснить, что это было.

Слово «бенефис» пахнет пыльной кулисой, Московским художественным театром, корпулентным премьером в смокинге, собирающим цветы от обожательниц таланта, смешком, затерявшимся в жестком воротничке, кринжовыми шутками, честолюбием и привилегиями. Ни одну из этих ассоциаций невозможно применить к Розе Хайруллиной, всегда отличавшейся некой нездешностью, безразличием к мирскому. Наверное, поэтому ее так любит режиссер Богомолов — она уравновешивает его суетность и бесконечное шуршание.

Бенефис (что бы вы ни понимали под этим словом) Розы Хайруллиной в рамках фестиваля «Точка доступа» предварял шестидневный перформанс — собственно, даже не предварял, а являлся основной его частью.

Шесть дней Роза сидела в пространстве Новой сцены Александринки, наблюдая свою публику, а публика наблюдала ее.

О тяготах подобных длинных перформансов лучше всего писала в свое время Марина Абрамович. И речь здесь не только о физических муках, но и о дискомфортной неопределенности существования между ролями наблюдателя и наблюдаемого — это травма, которую перформер наносит себе сознательно, предполагая зеркальность зрительской реакции. Возможно, в музее сидением бы все и закончилось, но театр, как искусство действия, должен был превратить травму в это самое действие — например, в сценическое решение основной части бенефиса. И этим решением стал исход.

С самого бенефиса Роза ушла: камеры показали, как она покинула пространство перформанса, потом театр и, немного пометавшись по двору, отправилась на набережную. Зрителям осталась подвешенная к потолку огромная цифровая маска актрисы, считывающая мимику внешнего пользователя и способная произносить его слова ее ртом, — артистка отдала на растерзание зрительским мыслям разной глубины свое виртуальное тело. Точнее, всего лишь голову, но и головы нам хватило: грустно признать, но мы, зрители, мелковаты.

Этот бенефис распечатал конфликт, давно зреющий внутри театра как художественной формы.

Кажется, эта форма, данная нам Шекспиром полтысячелетия назад, отжила свое и уже даже начала разлагаться, но существующая инфраструктура вынуждена ее поддерживать. Акторы же, те, которые должны создавать смыслы внутри заданной системы, тоже перестают испытывать катарсис, даже в том случае, когда система выдает напрокат лавры. Что остается? Обнажить конфликт, оставив зрителя наедине с его мыслями и неловкостью, неудовлетворенной жаждой удовольствия и разочарованием. Через этот конфликт нам еще долго предстоит брести, и хорошо, если этот путь будет сопровождаться медитативной музыкой Леона Целебровски, а не скрежетом металла по стеклу.

расскажите друзьям
Читайте также
События недели на afisha.ru
Рекомендуем вам