Люди часто обсуждают влияние социальных сетей на нашу жизнь, но мы редко слышим, что об этом говорят люди, которые над ними работали. «Афиша Daily» расспросила создателей и сотрудников социальных медиа о том, какими они видят результаты своей работы.

Почитать другие тексты спецпроекта «Синий монстр» о политике в соцсетях

Олег Илларионов

Разработчик приложений, менеджер по продукту

Работал руководителем проектов «ВКонтакте». Внутри соцсети запустил несколько приложений, включая фотосервис Snapster или Vinci, который накладывал на фотографии фильтры на основе нейросетей. После ухода из «ВКонтакте» с партнерами запустил Capture, приложение с массовыми чатами по интересам

В универе, на первом курсе, в 2007 году, мы с другом решили сделать свою социальную сеть — называлась 4stud. Получилось классно, но распиарить ее за пределами университета не получилось.

Идея нашей соцсети была в сервисах для студентов: у нас был каталог файлов с разделением по универам, предметам, преподам. Была система блогов для универов, логику работы которой мы позаимствовали у «Хабра», ну и стандартный набор профилей, друзей, групп, стен.

Уже была «ВКонтакте», на нее мы ориентировались в создании нашей соцсети. Помню был еще «Мой круг» — как более взрослый ориентир. В целом остальные соцсети какими‑то такими и были.

Тогда казалось, что соцсети — супербудущее, что рано или поздно все будет внутри соцсетей. Ожидания были даже большим будущим, чем это оказалось в реальности.

— Вам нравится, в каком направлении развиваются соцсети сегодня?

— Движение в сторону суперапповПриложения, в котором интегрированы десятки внутренних и сторонних сервисов, например такси в «ВКонтакте» и заказ еды в «Яндекс.Go» и нравится, и не нравится одновременно. Идея платформы для мини-приложений мне близка — я был главным сторонником этого направления в годы работы в «ВКонтакте». Но то, как это реализуют и «ВКонтакте», и «Яндекс», мне категорически не нравится. Они губят прекрасную идею плохой реализацией: что‑то услышали про успех концепции в Китае, не разобрались, ничего не поняли и побежали копировать.

— Как вы думаете, сильно ли они сейчас влияют на нашу жизнь?

Мне кажется, сейчас соцсети теряют влияние. Они плавно сходят на нет, отдавая рынок мессенджерам, Instagram и TikTok.

Соцсети были пограничным продуктом, который переводил социальный графРазличные связи и контакты людей друг с другом в реальности и интернете. из офлайна в интернет. Много лет назад вы находили своих реальных друзей в онлайне через «ВКонтакте». Сейчас такой нужды нет — все переносят контакт в онлайн уже в момент знакомства.

— Есть ли какая‑то тенденция, которая вас за эти годы удивила?

— Тема с TikTok. На мой взгляд, это искусственно рожденный проект, так как механика заводится только с большого залива трафика и денег. Моя ставка — он умрет, правда нескоро.

— Как вы оцениваете желание государства чаще вмешиваться в дела соцсетей?

— Это, на самом деле, не важно. Государство, конечно, заметно влияет на интернет сейчас, но общий вектор развития определен скорее другими, более сильными трендами.

— Что именно это за тренды?

— Последние двадцать лет инструменты для коммуникации постоянно меняются, меняется интернет, старые технологии накладывают свои паттерны и оказывают влияние на новые, приходят новые поколения с новыми привычками.

— Вы согласны с тем, что растет влияние соцсетей на политику?

— В нашей стране, по-моему, общество и соцсети не имеют совсем никакого влияния на политику.

Ранее было малое количество лидеров мнений и массами было легко манипулировать и направлять их. Сейчас же, благодаря как раз социальным сетям, общество невероятно разобщено — два человека в одном городе и даже одном подъезде могут жить с абсолютно разной информацией о том, что происходит в мире, кто хороший, кто плохой, что правильно, что нет. Найти консенсус хоть по какому‑нибудь вопросу крайне сложно. Поэтому толпа абсолютно неуправляемая, если только не использовать безумные бюджеты и серьезные инструменты, как, например, делали США во время революции на Украине или РФ в выборах США.

— Если оглянуться на десять лет назад, то как соцсети изменили нашу жизнь за это время?

— Они сделали каждого человека создателем контента — это и хорошо, и плохо. С одной стороны, теперь мы как будто все ближе и знаем, как дела у друзей и чем они занимаются, даже если не общаемся с ними. С другой — понтоваться и хвастаться стало нормой. Общество стало очень лицемерным, и хвастовство как будто восхваляется.

Ольга Фролова

Директор по экосистемным продуктам «ВКонтакте»

В лихие 2000-е, наверное, только ленивый не запускал собственный сайт или форум на базе коробочных решений вроде Joomla!, Invision Power Board и т. д., и я, конечно же, не стала исключением — например, делала фан-клубы музыкальных групп. По сути, все создавали микросоцсети по интересам — было невероятно увлекательно.

Важный момент: люди использовали никнеймы и могли быть кем угодно. Затем «ВКонтакте» начала набирать обороты в рунете и полностью уничтожила это направление, создав удобную платформу сообществ, куда все и переместились. Пропал некий флер анонимности, так как соцсети постулировали использование настоящих имени и фамилии.

— Вам нравится, в каком направлении развиваются соцсети сегодня?

— Мне кажется, что социальные сети развиваются в оптимальном направлении, его нельзя оценить как хорошее или плохое — это всего лишь отражение тенденций и потребностей современного общества.

Они дают людям возможность самовыражаться, находить новых друзей, вести бизнес, но при этом часть людей уходит в крайность и перестает жить собственной жизнью, превращаясь в пассивных наблюдателей, неустанно сравнивая себя с другими. Так происходит и в офлайне, но соцсети отчасти это гипертрофировали.

С другой стороны, это саморегулирующаяся система. Общество меняется и появляются проекты в духе Wawe, которые как раз транслируют усталость людей от постоянной гонки и демонстрации красивой жизни.

— Есть ли какая‑то тенденция, которая вас за эти годы удивила или обеспокоила?

— Меня настораживает постоянное уменьшение объема единицы контента, оно провоцирует фрагментарное мышление. Из‑за этого становится все непривычнее потреблять качественный сложный контент, который требует фокусировки.

— Как вы оцениваете желание государства чаще вмешиваться в дела соцсетей?

— Я бы сказала, что это неизбежный момент. Причем это происходит во всем мире.

Есть офлайн, который тоже когда‑то был нерегулируемый: было точно больше свобод, но и больше опасностей. Теперь появилась новая среда, в которой обитают люди, и она тоже нуждается в формировании правил и норм поведения.

Эти нормы частично сложились даже без участия государства — в интернете существует определенная культура общения, а IT-индустрия формирует общие ценности, которых стараются придерживаться игроки рынка. Но рано или поздно ключевые правила будут закреплены законодательно.

Однако мне определенно не нравится подход, когда при принятии законов не учитывается специфика социальных сетей и интернет-общения — в итоге это выглядит скорее как отчаянная попытка объять необъятное. С другой стороны, есть и хорошие примеры, мне нравится европейский тренд на приватность, который тоже был инициирован политиками.

— Вы согласны с тем, что растет влияние соцсетей на политику?

— Сложно спорить с тем, что инструментарий социальных сетей можно использовать для формирования повестки дня. При этом важно понимать, что, по сути, социальные сети точно такой же канал коммуникации, как, например, печатные СМИ или телевидение, — только более технологически продвинутый.

Политики переносят предвыборные кампании в онлайн и находят здесь прямой контакт со своим электоратом, а толковые пиарщики могут сделать их контент вирусным. В мире, где Илон Маск может одним твитом обрушить курс биткоина, в этом нет ничего удивительного. Именно поэтому важно, чтобы социальные сети оставались политически нейтральными.

— Как вы думаете, сильно ли соцсети сейчас влияют на нашу жизнь?

— В целом соцсети довольно позитивно повлияли на жизнь людей. Они дают возможность быстро и легко заводить новые контакты в самых разных уголках мира, стирая тем самым границы. Это прекрасная площадка для творчества и самовыражения — каждый талант может найти именно свою аудиторию и быть востребованным. Люди делятся знаниями, объединяются в группы, чтобы совместно менять мир к лучшему. Тут возможности для ведения бизнеса, которые снижают косты и дают массу инструментов из коробки.

При этом соцсети, к сожалению, не избавлены от неприятных проявлений общества. Здесь можно столкнуться с враждебностью, обманом или травлей — точно так же, как и в офлайне. Но — как и в офлайне — в соцсетях появляется все больше инструментов защиты от злоумышленников, а модераторы и алгоритмы все оперативнее реагируют на конкретные ситуации.

— Если оглянуться на десять лет назад, то как соцсети изменили нашу жизнь за это время?

— Сейчас развиваются технологии виртуальной реальности, и мне кажется, что это то, где мы с вами будем жить через пять-десять лет. Попивать чай с друзьями из дополненной реальности, видеть на билбордах персонализированную рекламу и работать в виртуальных корпорациях.

Алексей Шелестенко

Кантри-менеджер технологических компаний

Работал менеджером по продуктовому маркетингу в Google, менеджером по медиапартнерствам компании Twitter в России, директором Tinder по России. Сейчас является российским представителем образовательного сервиса Cambly.

Я всегда интересовался социальными сетями, начиная с «Живого журнала», «ВКонтакте» и Hi5Американская социальная сеть, похожая на Facebook. Существует до сих пор.. В моей команде медианных партнерств из пятидесяти человек я был тем, кто раньше всех твитнул, это было, по-моему, году в 2007-м.

Впервые начал работать с ними, когда пошел в Twitter менеджером по медийным партнерствам в России. Отчасти, когда еще работал в Google, занимался маркетингом их проектов на Россию — были Google Wave и Google BuzzСоциальные сервисы Google, созданные на основе Gmail. Включали в себя функции электронной почты, мессенджера и ленты новостей., но их нельзя считать полноценными соцсетями, потому что как таковые они не состоялись.

— Вам нравится, в каком направлении развиваются соцсети сегодня?

— Позитивная тенденция в том, что пользователь может себя выражать в соцсетях. В том же Twitter появились карточки — из обычного инструмента, куда можно выложить 140 символов, он стал полноценной мультимедийной сетью, где можно и видео записать, и PeriscopeПриложение для прямых эфиров, которые похожи на те, что происходят в Instagram. В 2015 году его купила Twitter, закрыт в марте этого года. запустить. Если бы еще и VineСервис коротких 6-секундных видео, благодаря которому появился формат коротких юмористических скетчей. Был приобретен, а потом закрыт Twitter. не убили, то было бы вообще хорошо.

Самая главная негативная тенденция, наверное, в том, что соцсетям, а точнее их руководству, все сложнее следить за контентом. Соответственно, пользователям, группам или злоумышленникам легко использовать соцплатформу не так, как задумывали создатели. Более того, использовать ее для каких‑то нехороших целей. Соцсети не могут отслеживать весь контент и полагаются на то, что люди просто не будут нарушать правила либо что другие начнут репортить.

Получается, с одной стороны, соцсети умывают руки. Это неправильно, и их за это наказывают, в том числе конгресс США. С другой стороны они пытаются применять свои правила, предупреждать, банить. Но делают это, во-первых, весьма выборочно — только по жалобе, — во-вторых, очень политизировано и, в-третьих, не говоря, за что забанили. Twitter банально не рассказывает, за что он заблокировал пользователя, а просто говорит: «Устраняйте».

Большая прозрачность пошла бы только на пользу. Для этого нужно допустить сторонний арбитраж, который будет следить, чтобы компания тоже вела себя этично и честно по отношению к пользователям.

— Есть ли какая‑то тенденция, которая вас за эти годы удивила?

— Сложно вспомнить. Удивило или огорчило, что Twitter закрыл Vine, который в свое время был прообразом TikTok. У них на руках был бы отличный актив. Vine купили, чтобы получить технологии его команды, а затем на их базе выкатить видео в твитах. Но зачем нужно было его убивать? Тенденция, когда компании не совсем понимают ценность активов, которые у них есть.

А у крупных компаний есть тенденция копировать себе то, что есть у других. Facebook просто скопировал идею Snapchat и таким образом просто убил его. Как только появился Clubhouse, кто‑то сразу объявил, что у них тоже будут [голосовые комнаты]. Такая — не знаю, можно ли назвать ее нездоровой — конкуренция.

Они могли бы пионерить что‑то новое, но им намного проще спионерить.

Еще я очень пристально следил за развитием событий вокруг аккаунтов Трампа. И меня сильно удивила блокировка — я не думал, что до этого дойдет.

— Как вы оцениваете желание государства чаще вмешиваться в дела соцсетей?

— Я думаю, что оно не столько вмешивается в дела соцсетей, сколько просто старается, чтобы соцсети исполняли законы. В Штатах Facebook, Google и Twitter пытаются заставить устранять или помечать фейковую информацию. Но, наверное, это не вмешательство, а регулирование. Соцсети — это СМИ. А когда СМИ не подотчетны, когда они не отвечают за то, что публикуют, то, наверное, могут быть проблемы.

Это совсем не похоже на вмешательство как в России, когда ФСБ и силовые структуры автоматически получают доступ к информации, которая, например, хранится в «ВКонтакте»Комментарий от пресс-службы «ВКонтакте»«„ВКонтакте“ отвечает на запросы правоохранительных органов исключительно в рамках текущего законодательства. Наши специалисты тщательно проверяют, есть ли основания для запроса информации либо для изъятия размещенных материалов из публичного доступа (например, блокировки сообщества). Если запрос подан без наличия необходимых полномочий, законных оснований и соблюдения процедуры, мы не выдаем данные».. Западные соцсети на это не идут, они активно судятся с правительством, когда от них что‑то требуют. Мне нравится, что соцсети выдают там только ту информацию, которую запросило государство, и ни капли больше.

— Вы согласны с тем, что растет влияние соцсетей на политику?

— Соцсети — это возможность обмениваться информацией максимально быстро. Как и СМИ, они имеют большое значение. Я считаю, что влияние соцсетей на политику недооценено. Мы все видели арабские революции и последующие протесты по всему миру, в том числе в России и Беларуси.

— Как изменится влияние соцсетей на политику и общество в будущем?

— Сложно говорить о том, что будет через пять-десять лет. Соцсети будут преобразовываться во что‑то другое, во что‑то отличное от того, чем они являются сейчас. Пользовательское поведение может измениться за три года: раньше было популярно выкладывать контент, который хранится вечно, а затем все перешли к эфемерной модели, когда сторис пропадают за сутки. Мы начали больше жить в моменте. Возможно, дальше перейдем к какому‑то быстрому общению — это будет какая‑то гибридная модель с мессенджерами, — а может быть, будет что‑то другое.

Подробности по теме
Синий монстр: спецпроект «Афиши Daily» о политике в интернете
Синий монстр: спецпроект «Афиши Daily» о политике в интернете