В Никола-Ленивце прошло ежегодное масленичное сжигание арт-объекта, — которое почти совпало с годовщиной официального старта пандемии. Елена Смородинова считает, что такая Масленица нужна не только нам, но и всему миру.

13 марта в арт-парке вблизи калужской деревни Никола-Ленивец в очередной раз провели Масленицу — на этот раз сожгли 24-метровый арт-объект «Замок корона-людоеда» из лозы. Акт сожжения назвали «Великой вакцинацией»: по мысли Николая Полисского, автора «Замка» и основателя парка, теперь-то коронавирус должен точно быть повержен.

Почему в 2021 году Масленица с «проветриванием на 650 гектар» — красиво не только визуально, но и по мысли?

Вообще-то, сжигать сооружения на Масленицу в Никола-Ленивце с перерывами начали с 2004 года. Сперва в огонь отправилась «Медиабашня», затем — «Байконур» и «Гиперболоидная градирня».

Четыре года назад Полисский решил строить объекты специально для Масленицы. Начали с «Пирамиды» из дерева и сена. Из‑за второго объекта, «Пламенеющей готики», разгорелся скандал. Некоторые верующие, как принято в последние годы, решили оскорбиться, хотя, как точно сформулировал театральный критик и куратор Антон Хитров, в Никола-Ленивце не сожгли деревянный храм, а возвели огненный — окончательный вид арт-объект приобретает именно после поджигания.

В прошлом году полыхал объект, отдаленно напоминающий Тауэрский мост. Его придумывали петербургские архитекторы Петр Советников и Вера Степанская. Проект назывался «Сжигая мосты», и он стал победителем опен-колла.

В этом году Полисский снова вернулся к самостоятельному созданию объекта для сжигания. И придумал замок («„Дворец“ — более модное слово», — иронизирует художник) с зубцами, напоминающими строение молекулы коронавируса. А уж поквитаться с «короной» спустя почти ровно год после официального начала пандемии — дело, в богоугодности которого нет сомнений даже у убежденных атеистов и скептиков.

Недалеко от точки прибытия автобусов все желающие могли взять немного сена, чтобы сплести из него свою версию Масленицы или чего‑то, что хотелось бы отправить в огонь. Так можно было стать «соавтором» Полисского, оставив до начала акции собственный объект в замке.

«Великую вакцинацию» начали с «Великого лежания» художника и акциониста Пахома: тот лежал в подогреваемой ванне рядом с плакатом «Осторожно, объект под напряжением». Пахом плескался, шутил, что ему не холодно.

Чуть позже в хоровод вокруг Масленицы с заходом в объект посетителей стали затягивать перформеры петербургского театра La Pushkin.

После года пандемии люди были рады возможности подержать другого за руку — конечно, в перчатках (не только из соображений безопасности, но и потому что холодно).

Все ждали огня. В воздухе кружили — и по непонятной причине не сталкивались — не меньше десятка дронов.

© Анастасия Габова

Сначала дворец затянуло дымом, потом наконец запылал огонь. Первой сдалась правая башня, потом левая, центральная держалась дольше всех.

И, черт возьми, эффект был психотерапевтичным. Возможно, я слишком сентиментальна, но в какой‑то момент я обнаружила, что плачу.

Неслучившиеся проекты, закрытые границы, невозможность быть рядом с близкими, закончившиеся визы, финансовые коллапсы — каждому было что представить в этом огне.

Масленичная традиция сжигать все плохое после локдауна кажется отличной идеей для всего мира — огненной терапией а-ля рюс. И хотя до конца пандемии еще далеко, Масленица вполне достойна стать новым праздником — Днем очистки огнем пострадавшего от локдауна мира.

Подробности по теме
Как Никола-Ленивец стал родиной большого огня: 8 арт-объектов, которые сожгли на Масленицу
Как Никола-Ленивец стал родиной большого огня: 8 арт-объектов, которые сожгли на Масленицу