В «Редакции Елены Шубиной» вышла книга «Опосредованно» — новый роман Алексея Сальникова о мире, в котором поэзия действует как наркотик. Егор Михайлов считает, что новая книга автора «Петровых в гриппе и вокруг него» стоит пристального внимания.

На Урале живет девушка Лена, которая, как и подобает юным мятущимся душам, открывает для себя мир поэзии. Только в мире, где живет Лена, поэзия — это наркотик, от которого можно и вполне реальный кайф поймать, и (если не повезет) «холодок» схватить. У Лены обнаруживается талант к изготовлению этого товара — и она становится частью полулегального мира производителей и потребителей «литры». Сальников, у которого сразу после «Опосредованно» выходит поэтический сборник «Кот, лошадь, трамвай, медведь», точно знает кое-что о том, как писать стихи, которыми вставляешься.


В музыке есть «синдром второго альбома», в литературе — «синдром второго романа». Это происходит, когда после удачного дебюта писатель пытается повторить успех и почти неизбежно спотыкается, пытаясь и угодить публике, и не потерять себя. Сальникову этого синдрома удалось избежать совершенно удивительным образом: звездой его сделал именно второй роман, «Петровы в гриппе и вокруг него». После него отдельной книгой вышел дебютный «Отдел» — а есть еще «Нижний Тагил» и сборники стихов, которые совсем сбивают со счета. Так что «Опосредованно» — это книга уже опытного автора, который не ищет свой язык, а нашел. Но с другой стороны, это первая книга, которую Сальников писал уже в статусе большой звезды, — потому и спрос с нее особый.

Оправдались ли ожидания? Если коротко — то да. Лучший эпизод романа упрятан в самое начало, когда главная героиня, впервые ширнувшись стишком, начинает видеть вокруг то, чего обычно не видит: «Деревья стояли совершенно неподвижно, но при этом издавали вкрадчивый шум, чем-то похожий на змеиное шипение; всякие там городские огонечки и окошечки, располагавшиеся на разном расстоянии от Лены (умом она это понимала), лежали на воздухе, как на плоском экране, при этом казалось, что каждое пятно света как-то шевелится внутри себя самого. Все окружающее было полно деталями, совершенно осознанно пригнанными одна к другой…». Похожим образом в фильме «Судья Дредд» действовал наркотик Slo-Mo, замедляя течение времени и выкручивая до предела насыщенность с контрастностью. Дар и проклятие Сальникова заключается в том, что его писательский мозг работает в таком режиме постоянно, без перерыва. Пожалуй, именно эта насыщенность деталями и мешала многим продраться сквозь вязкую толщу «Петровых».

Проза Сальникова — это постоянная сенсорная перегрузка, когда автор видит и показывает читателю весь мир разом вместо того, чтобы выделить главный сюжет и провести по нему читателя за ручку.

Впрочем, «Опосредованно» в этом смысле дружелюбнее первых головоломных романов; на их фоне — особенно на фоне «Петровых», сюжет которых запутан вокруг самого себя как наушники в кармане — новый роман вообще кажется чересчур прямолинейным. Но это ощущение обманчиво. После альтернативно-исторического зачина невольно ожидаешь, что впереди ждет смесь Филипа Дика с Сорокиным (и вспоминаешь старый трек 2H Company, в котором литература тоже была наркотиком: «Нам в пять подгонят крутейшее дерьмо, что-то новое, кажется, Достоевский, — не так дорого как Набоков, но в то же время трипануть обещается не по-детски»).

Как бы не так: магистральным сюжетом оказывается повседневная жизнь Лены, ее взаимоотношения с родителями, работой, детьми — в общем, сумбурный still life. Фантастическая же составляющая оказывается дополнением, которое, вопреки канонам жанра, почти не влияет на мир. Ну сюжет «Гарри Поттера» чуть изменен, ну Достоевский в пару к «Идиоту» написал «Идиоточку», ну президент с оппозиционером поменялись местами — а миру на все это наплевать. Эти изменения настолько глубоко запрятаны в тексте, что невнимательный читатель проскочит мимо них и не заметит; очень жаль — ведь именно такие спрятанные между строк головоломки и делают Сальникова Сальниковым. Впрочем, лучшую из головоломок вы не пропустите — альтернативную версию жизни одного не названного по имени, но безошибочно угадываемого поэта, которая в мире Сальникова куда трагичнее, чем в нашем.

В остальном же мир «Опосредованно» настолько неотличим от нашего, что порой и забываешь о фантастическом зачине, тем более что роман насыщен отсылками к поп-культуре и вообще настоящему времени.

Относитесь к этому как хотите, но Юрий Хованский и группа «Аффинаж» теперь увековечены в русской литературе.

А главное достижение автора — это, конечно, главная героиня. В «Петровых» у Сальникова уже была кровожадная Петрова, но тут весь роман написан с точки зрения Лены, одной из самых объемных и человечных героинь, придуманных писателями-мужчинами, за многие годы. Страшно подумать, как этого не хватает в русской литературе: в кои-то веки появилась героиня, которая похожа на настоящую живую женщину. Как правило, персонажи-женщины в жанровой литературе описываются парой расхожих штампов: жена героя, любовный интерес героя, светлый идеал героя — или, наоборот, воительница, прорубающая себе путь в суровом маскулинном мире. Лена в романе «Опосредованно» не сводится ни к тому, ни к другому.

Сальников, будто иронизируя над всеми литературными штампами и самим «Путешествием героя», все время дразнит читателя, обещает удивительные приключения Лены в мире литературных наркотиков — но раз за разом сворачивает с этого пути. По канонам жанра героиня должна бы преодолеть препятствия, ввязаться в мафиозную войну и выиграть ее, убить дракона, в конце концов. А героиня «Опосредованно», избегая больших и эффектных конфликтов, делает нечто куда более сложное: проживает жизнь. А по ходу дела пишет несколько хороших стихов.

Издатель АСТ, «Редакция Елены Шубиной», Москва, 2019