перейти на мобильную версию сайта
да
нет

«Хоббит» «Улучшить Толкина невозможно»: гном, эльф и человек о съемках в фильме

Эванджелин Лилли (Тауриэль), Ричард Армитидж (Торин) и Люк Эванс (Бард), сыгравшие в экранизации «Хоббита», рассказали Антону Долину об этом уникальном опыте.

Кино
«Улучшить Толкина невозможно»: гном, эльф и человек о съемках в фильме Фотография: «Каро Премьер»
  • люкЛюк ЭвансФотография: luke-evans.infoС чего началась ваша встреча с миром Средиземья, созданным Питером Джексоном?

Люк Эванс: Первое впечатление — встреча с невероятными пейзажами Новой Зеландии. Это в буквальном смысле слова другой мир! Но впечатляли и декорации, построенные для фильма, — их масштаб был просто нечеловеческим. Ничто не сравнится с «Хоббитом» — кроме «Властелина Колец». Конечно, это все Джексон. Это его замысел, его технологии, его отвага, его амбиции.

Ричард Армитидж: Питер, как хоббит в его фильме, приглашает актеров за свой обеденный стол. Ведь все мы были из далеких краев: половина прилетела из южного полушария, половина из северного, но каждый был вдали от дома — и только гостеприимство Питера заставило нас вновь почувствовать себя в своей тарелке. Фильм получился именно поэтому.

  • Одиноко себя не чувствовали на таком удалении от дома?

Р.А.: Странным образом, когда мы звонили друзьям или родным и приглашали нас навестить, никто не отказывался. Так что у нас не было отбоя от гостей.

  • Вы сыграли знаменитых персонажей из книги, а Эванджелин Лилли была чужой вдвойне — ее героиня придумана специально для фильма.

Эванджелин Лилли: Когда Питер меня спросил, хочу ли я сыграть эльфа, я согласилась не раздумывая. А потом бросилась перечитывать книгу… и себя не нашла. Пришлось спросить: «В книге меня нет, да?» Я все равно хотела сыграть в фильме — но кого? Я же выросла на книгах Толкина и не могла понять, как это мы будем вмешиваться в его повествование со своим вымыслом. Но меня убедили, и я перестала нервничать. Теперь пути назад нет. Лучше уж я стану противоречивым персонажем, о котором все будут спорить, чем незаметно растворюсь в толпе статистов.

  • То есть Питеру Джексону, вы считаете, все-таки удалось усовершенствовать Толкина?

Э.Л.: Улучшить Толкина невозможно. Но надо помнить, что книга была написана в 1930-х, тогда можно было позволить себе обойтись в сюжете без женщин. Да и в жизни тоже! Такой была эпоха. Потом время сменилось, и мы видим, как в 1950-х, когда писался и публиковался уже «Властелин Колец», появляются яркие женские персонажи. А в «Сильмариллионе» и тех фрагментах, которые не вошли в книги, их еще больше — и они еще оригинальней и интересней. Так что в каком-то смысле мне казалось, что если бы Толкин жил сегодня и вновь взялся за «Хоббита», он написал бы кого-нибудь вроде Тауриэль. В общем, если Питер Джексон в чем-то изменил текст «Хоббита», добавив к нему новых персонажей, то духу вселенной Толкина он верен во всем.

  • ричардРичард АрмитиджФотография: Dan Burn FortiА вы, Люк? О Барде мы тоже узнали из фильма немало нового.

Л.Э.: Конечно, самое важное сказано в книге, но если бы рядом со мной не было сценаристов, у меня бы не получилось ничего. У Толкина о Барде написано не так уж много, хоть тому и удалось изменить историю Средиземья. Питер рассказал мне его предысторию, объяснил, что ведет Барда к его подвигу: предки, семья, то общество, в котором он родился и сформировался. Бард вдовец, его дети — его жизнь, они дают ему силу, позволяют сопротивляться. Он защищает дочерей и сына от дракона, именно поэтому решается стрельнуть в дракона и сделать невозможное — убить гигантского огнедышащего ящера. Но именно его мотивы позволяют зрителю почувствовать себя на месте Барда! К тому моменту, когда он выпускает стрелу в дракона, публика уже переживает за него. К этому мы и стремились. Его сын, между прочим, стал потом королем — не стоило бы дать ему больше реплик? Так мы и поступили.

Р.А.: А меня увлекли взаимоотношения моего персонажа, Торина, с другими гномами. Взять хотя бы самых молодых, Фили и Кили. Торин им не отец, а дядя, но еще в большей степени он их полководец, их король. Сам он при этом вырос без отца, его дед был жестоко убит… Отношения дяди с племянниками — не такая уж простая история! Почти шекспировская. В общем, копаться в этом было ужасно интересно.

  • А вас, Эванджелин, что так привлекло в Тауриэль?

Э.Л.: Ну все любят ее за то, что она такая крутая, дерется и метко стреляет. Но мне важнее то, что она, в отличие от многих сородичей, в глубине души способна чувствовать и любить — ведь она по эльфийским меркам еще совсем молода. Мы любим говорить, что в Европе и Америке преодолели проблемы расизма или сексизма, но в реальности мы к ним даже не подобрались — и судьба Тауриэль в каком-то смысле помогает это понять. Эльфы — расисты, они ненавидят гномов. Для Тауриэль осознание шокирующей мысли, что гнома можно понять и даже полюбить, становится настоящим откровением. Это примерно как рассказать историю белой девушки из богатой семьи в Штатах до Гражданской войны, которая влюбляется в черного раба.

  • Гномы еще и коротышки, в отличие от эльфов. Для многих женщин роман с мужчиной, который ниже ее ростом, невозможен.

Э.Л.: Ой, для меня это не проблема: я же много лет встречалась с хоббитом — мой бойфренд Доминик Монахан играл Мерри во «Властелине Колец». Ну ладно, вы же понимаете, это все спецэффекты. В жизни Эйдан Тернер, сыгравший Кили, немного выше меня. Хотя, с другой стороны, мой папа ниже мамы, и это никогда не мешало их счастью.

  • А трюки выполняли самостоятельно?

Э.Л.: Я все делала сама. Правда, не буду врать, многое за меня все же переделывала дублер-каскадер. Питер потом монтировал и выбирал, какие дубли взять с участием настоящей меня, какие — с дублершей, а какие скомбинировать при помощи компьютера. Было тяжело, но весело, я не жалею ни о чем. Я незадолго до этого родила, прошло всего три месяца, а теперь — лезь на дерево, кувыркайся, натягивай тетиву… Сначала нервничала, а Орландо Блум меня успокаивал: «Поезд не сойдет с рельсов. Это только кажется, что Джексон порождает вокруг сплошной хаос — на самом деле он знает, что делает». В результате я быстрее пришла в форму, так что спасибо Джексону. Ну и вообще, жаловаться глупо. На съемочной площадке женщин было мало, так что со мной все носились, как с принцессой из сказки.

Л.Э.: Со мной не носился никто. Тренироваться пришлось долго. Особенно в стрельбе из лука. Он же оказался огромный — два с лишним метра, выше меня! И натягивать его, и целиться надо особенным образом. Я упражнялся неделями. Вообще-то, я всегда предчувствовал, что буду сниматься в подобном кино: к счастью, физическая подготовка позволяла натягивать лук тридцать или даже сорок раз подряд. Спасибо моим тренировкам… И все равно к вечеру съемочного дня я буквально валился с ног. Без подбадриваний Питера я бы не сдюжил.

  • лиЭванджелин ЛиллиФотография: celebzz.comЧто вам показалось труднее всего? Убийство дракона?

Л.Э.: Самая сложная сцена — когда я принимаю в своем доме гномов. Технически это нечеловечески трудно. У нас две идентичные декорации, только одна в полтора раза больше, чем другая, чтобы играющие гномов актеры казались за столом маленькими, как дети! Они там, а я рядом, в другой декорации. И нам надо синхронизироваться. А сигналы мне подаются в наушник — я слышу их реплики и пытаюсь двигаться так, как будто за пустым столом сидят малютки-гномы. И я совершенно один, даже оператора нет со мной в павильоне — только компьютер, фиксирующий мои реплики и движения. Ужас! Никакая стрельба из лука не сравнится.

  • С париками, накладными ушами и гардеробом тоже, наверное, несладко пришлось?

Р.А.: У меня было два парика, и каждый стоил, кажется, по сорок тысяч долларов. Не позволялось даже волосинку выдернуть! Их надевали и снимали специальные эксперты. То же самое касалось лица, одежды, доспехов. В итоге я себя не узнаю. И это здорово! Хотя кое-что он от меня унаследовал — в основном не внешность, а черты характера. Упрямство, например. Еще я умею играть определенное высокомерие, величественность. В общем, я доволен тем, каким получился Торин. Хотя он совсем не похож на меня.

Э.Л.: А мне ужасно нравился мой парик! Когда я впервые пришла гримироваться, он был светло-коричневым, но я буквально потребовала ярко-рыжий. Моя эльфийка должна была быть рыжей, как огонь.

Л.Э.: Ну мне прятаться было не за чем. Хотя меня тоже гримировали каждый день часа по три, не меньше. Слава богу, я играл не гнома, а человека. С другой стороны, у меня две роли: собственного предка, который пытался стрелять в дракона и промахнулся, тоже сыграл я. Там меня, правда, труднее узнать.

  • Что скажете в итоге? Это стоило усилий? Или перед нами просто парад передовых технологий, которые рано или поздно неизбежно устареют?

Р.А.: Думаю, технологии важны. Без них публика не проникла бы в этот фильм, не прочувствовала бы того, что Питер пытается до них донести. Хотя к этому надо тоже привыкнуть — к 48 кадрам в секунду, например. После первого просмотра мне показалось, что это невыносимо, после второго я буквально влюбился в «Хоббита»… Но невозможно сказать, что фильм сводится к спецэффектам. Мне кажется, Джексон пошел здесь дальше, чем во «Властелине Колец». Когда я видел сцену с появлением дракона в «Пустоши Смауга», то просто поверить глазам не мог. Все мои детские представления, ужасы и мечты встали перед глазами: мне было по-настоящему страшно. Это и есть настоящее кино. 

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить