перейти на мобильную версию сайта
да
нет

«У нас, видите ли, страна довольно старомодная»: 20 лет Первому каналу

Краткая история 20 лет первой кнопки отечественного телевидения: от Березовского до Толстого, от «Кукол» до «Школы» и от Эрнста до Эрнста.

Кино
«У нас, видите ли, страна довольно старомодная»: 20 лет Первому каналу Фотография: Getty Images/Fotobank

29 ноября 1994 года

Ельцин издает указ о создании «Общественного российского телевидения»

Борис Березовский: «Канал был абсолютно убыточным. На нем государство теряло порядка 200 млн рублей в год — только поэтому оно и согласилось на участие в его деятельности частного капитала. И нам удалось — что очень важно! — несмотря на то что государству принадлежал 51% канала, построить совершенно независимое медиа. Мы, по сути, финансировали канал — ту прибыль, которую я получал через «ЛогоВАЗ», а в дальнейшем через «Сибнефть», частично я тратил на то, чтобы покрывать дефицит бюджета ОРТ. Нам, однако, удалось свести расходы к минимуму: мы существенно сократили количество сотрудников, с одной стороны, и упорядочили получение денег от рекламы — с другой. При этом одним из первых моих действий, когда я пришел на канал, было введение моратория на рекламу. И это было именно мое решение — Влад Листьев, царствие ему небесное, был как раз таки против такого шага». (Интервью «Афише», июнь 2011 года)

25 января 1995 года

Акционеры канала выбирают Влада Листьева гендиректором ОРТ

Фотография: East News

Владислав Листьев: «Задача нашей команды — руководствоваться только качеством, только журналистским и художественным уровнем программ. Возможно ли давление высоких структур? Несомненно. Но мне все же кажется, что и люди в правительственных кругах, в окружении президента понимают: не было смысла создавать общественное телевидение и в то же время сохранять фактор «силового давления». Зачем менять шило на мыло?» (Цитата «Известий» из материала «Коммерсанта», апрель 2005 года)

1 марта 1995 года

Убийство Влада Листьева. Константин Эрнст — новый генеральный продюсер ОРТ

Сюжет Парфенова об убийстве Листьева из документального проекта «Намедни. Наша эра»

Андрей Васильев: «Листьев был гендиректором, и когда его убили, встал вопрос, кто должен руководить каналом. Думаю, Эрнст был близок к концепции и принимал участие в ее разработке. Поэтому его и взяли. Тогда Костя был скорее художественным человеком. А ситуация была… мама дорогая. Надо было уметь разбираться и разруливать. Чем он не занимался тогда, так это новостями. Но кроме них вся сетка была на Косте. А ее нужно было делать из глубокого минуса». (Интервью «Афише», май 2012 года)

1 апреля 1995 года

ОРТ выходит в эфир с мораторием на рекламу

Борис Березовский: «Одним из первых моих действий, когда я пришел на канал, было введение моратория на рекламу. И это было именно мое решение — Влад Листьев, царствие ему небесное, был как раз таки против такого шага». (Интервью «Афише», июнь 2011 года)

Май 1995 года

Выходит последний выпуск программы «Матадор»

Фотография: «Первый канал»

Константин Эрнст: «Еще во время «Матадора» я по просьбе Влада Листьева писал план трансформации Первого канала. Мы дружили с Владом, и он считал, что будущее телевидения я вижу точнее, чем он. Влад говорил: «Я буду администратором, а ты будешь идеологом». А я ему отвечал, что совершенно не хочу быть начальником, и вообще, оказался на телевидении случайно — по пути в кино. Потом Владьку убили, и меня стали сюда настойчиво выдергивать, потому что знали, кто писал план трансформации. От этого первого предложения я отказался, а на последующее — спустя время — согласился». (Интервью «Сеансу», декабрь 2006 года)

Весна 1995 года

 Бум социальной рекламы, выходит «Русский проект» Константина Эрнста и Дениса Евстигнеева

Константин Эрнст: «Идея «Русского проекта» возникла в мае 1995 года, когда я уже дал согласие заниматься каналом. Родилась она в разговоре с Денисом Евстигнеевым глубокой ночью у него на кухне. Денис рассказал мне две маленькие короткометражные истории, которые он просто хотел снять. Я, заведенный им, рассказал ему еще две, а через час мы звонили Пете Луцику — одному из лучших сценаристов, с которыми мне посчастливилось работать, к несчастью, рано умершему, как и Леша Саморядов — второй участник их гениального сценарного тандема. Пожалуй, лучше их в 1990-х никого не было». (Интервью «Афише», декабрь 2012 года)

Новогодняя ночь 1996 года

Первый выпуск «Старых песен о главном»

Владимир Пресняков и Леонид Агутин жуют папиросы и скачут в кабине ЗИС в первом выпуске «Старых песен о главном»

Леонид Парфенов: «У успешных людей, трендсеттеров, как вы говорите, тогда появились и водка «Абсолют», и телевизор «Панасоник», и на Кипр съездили, и в Таиланд, а душе хочется чего-то еще. Застольных песен больше не пишут. Все песни, которые у нас считаются русскими народными, на самом деле трактирные граммофонные мелодии рубежа XIX–XX веков. В этой стилистике советскими композиторами было сочинено множество лубочных песен. Вот мы их и собрали, подобрали архетипы исполнителей – парень-гуляка, девки-сплетницы, продавщицы, дачник из города, председательша колхоза — женщина трудной судьбы — и получились новогодние фильмы. А Новый год у нас по-прежнему главный праздник в стране. Это тоже советское наследие». (Интервью Elle, декабрь 2009 года)

Июнь 1996 года

Перед президентскими выборами ОРТ показывает выпуск «Поля чудес» с персонажами программы «Куклы», в котором побеждает Борис Ельцин

В финальной «суперигре» программы кукла Ельцина отвечала на вопрос «Кто станет президентом России, одна буква?»

Борис Березовский: «ОРТ действительно внесло огромный вклад в победу Ельцина. Да, мы боролись идеологически, у нас были свои методы, часто такие, которые сейчас назвали бы бесчестным черным пиаром. Но у коммунистов тоже были свои органы печати, и они также использовали запрещенные приемы. И я хочу подчеркнуть, что идеологическая пропаганда ОРТ была не единственным фактором победы Ельцина. Выборы были честными. Мы не загоняли людей в избирательные участки насильно, не подделывали голоса». (Интервью «Афише», июнь 2011 года)

Октябрь 1997 года

Сергей Супонев становится руководителем дирекции детских программ ОРТ

«Дядька без возраста в потертых джинсах играл в приставку и рассказывал о новых игрушках. «Танчики», «Марио», «Черепашки-ниндзя». И это уже не детская любовь. Это подростковая пубертатная страсть. Ну кто еще мог вертеть в руках эти желанные желтые квадратные картриджи, если не Супонев? Никто. К 1996 году дети уже привыкли, что все самое лучшее в телеэфире — у него. Чуть позже наши родители так будут говорить о Парфенове, который тоже в студии будет крутить в руках всякие забавные штуки и рассказывать о стране так, как никто до него этого почему-то не делал. Хотя делов-то: разговаривать с людьми по-человечески, а не по-телевизионному. Вот Супонев и был для нас своим Парфеновым, со своей страной, своей — то есть нашей, детской — новой реальностью. Со своим — то есть нашим — детским языком». (Текст в «Афише» к 50-летию Сергея Супонева)

1998 год

Реформа информационной службы ОРТ. Передача Сергея Доренко и появление Екатерины Андреевой

Программа Доренко о «Курске», в которой ведущий говорит: «Президент лжет»

Сергей Доренко: «В 1998 году я был директором информации Первого канала и вел программу «Время» ежедневную — и меня последовательно выгнали отовсюду. Начался же кризис страшный, люди без денег, ко мне подходят Березовский с Бадри (Патаркацишвили, партнер Березовского. — Прим. ред.) вдвоем и говорят: «Старик, ты понимаешь, что у людей нет зарплаты?» Я говорю: «Понимаю». «Но ты понимаешь, что нам через Примакова надо получить 100 миллионов долларов на канал?» — «Понимаю, но что я должен сделать?» — «Ну ты уйди тихо — и все, тогда у людей будет зарплата». Первый транш 20 миллионов, я ухожу с поста директора информации и из ведущих программы «Время». Сажаю эту, Андрееву, на свое место — она сидит до сих пор на нем. И начинаю делать еженедельную аналитическую программу, как я ее раньше делал когда-то».

Через 2 года, в сентябре 2000-го, Доренко уволят после репортажа о подлодке «Курск»

«Про Путина я вам расскажу другое свое воспоминание тогдашнее. Мы с ним подолгу, конечно, болтали, у нас было для этого время. И мой был призыв, и вопль, и писк, и визг, и что хочешь: разбомбить Чечню. Я говорил Путину: «Быстро надо входить, Владимир Владимирович, умоляю, ну хотя бы по Тереку, Наурский и Шелковской районы заберем». И он так улыбался, глаз у него лучился, и он мне говорил: «А вы собираетесь это сказать в программе?» Я говорил: «Я? Собираюсь? Да я ору об этом, ору! [...] Я к нему с этим приставал, все время приставал. Я сам в окопах был и, что важно, никогда там не видел никого — ни Женю Киселева, ни кого-то еще. Я первый гражданский человек, который после боев вышел на площадь Минутка, делал стендап. Я же и погорел из-за офицеров — программа о «Курске». Меня слили, и я думаю, что слил не Путин. А я дурак, надо было ему позвонить».(Интервью «Афише», июнь 2011 года)

2001 год

Березовского выдавливают с ОРТ

«Уже в начале 2001 года Борис Березовский вынужден продать свои акции Роману Абрамовичу (официально эта информация Абрамовичем никогда не подтверждалась). По словам Березовского, сумма сделки за его пакет акций составила $170 млн, хотя, по мнению экс-владельца ОРТ, рыночная стоимость 49% составляла около $500 млн: "Ко мне во Францию приехал Абрамович и сказал, что и Волошин, и Путин обещали выпустить Глушкова (Николай Глушков, бывший первый заместитель гендиректора 'Аэрофлота', выпущен из тюрьмы в марте 2004 года.), если я продам ОРТ». (Статья «Коммерсанта», апрель 2005 года)

Июнь 2001 года

Выходит «Большая стирка» с Андреем Малаховым

Один из первых выпусков «Большой стирки» — довольно благообразный в сравнении с тем, что творилось в этой студии позднее

Андрей Малахов: «Концепция «Большой стирки» первые полтора сезона строилась на том, что у нас были реальные истории. Но когда не могли вызвать кого-то в эфир, к реальным участникам добавляли актеров. И это было постановкой. Потом мы от этого отказались — газеты, видя рейтинги, начали расследовать и писать, что у нас все ненастоящее, другие каналы стали эту концепцию клонировать и утрировать; стало понятно, что нужно от нее уходить». (Интервью «Афише», июнь 2011 года)

Ноябрь 2001 года

Первый сезон «Последнего героя» с Бодровым-младшим

Фотография: «Первый канал»

«С этого момента мы переходим на военное положение. Мы — маленькая армия, — произносил речь двукратный лауреат «ТЭФИ» режиссер Андрей Челядинов. — Кого увижу с похмелья — отправляется в Москву, пьяным — в Москву, пятиминутное опоздание — в Москву, неподчинение приказам — в тыл». Перед Челядиновым сидели: оператор с двадцатилетним стажем Владимир Брежнев, режиссер Михаил Баркан, успевший поработать и с CNN, и с BBC и с Rai Uno, заместитель начальника службы «Центроспас» Герой России Владимир Легошин, эмчеэсовский врач Алексей Фаренков, работавший на территории от Моздока и до Вьетнама, сценаристка Ирина Кемарская, автор программ «Женские истории» и «Старая квартира», продюсер Татьяна Собченко, работающая в ВИДе с 1987 года, и еще двадцать профессионалов. Скоро приедут основные силы: продюсер Александр Любимов и ведущий игры Сергей Бодров. За ними на аэродром приземлятся шестнадцать участников игры. По сценарию запланировано, что их немедленно транспортируют на паром, запустят в трюм, так чтобы они не могли ориентироваться на местности, вывезут в море и лишь за десять минут до начала игры выпустят на палубу, разделят на два племени и выбросят за борт в километре от острова. (Репортаж «Афиши», ноябрь 2001 года)

Сентябрь 2002 года

ОРТ переименовывают в Первый канал

Константин Эрнст: «Нет для общероссийского канала названия лучше, чем «Первый канал». Сегодня это не просто наследство, которое мы получили с советских времен, а констатация нашего лидерства». (Интервью «Коммерсанту», июль 2002 года)

Октябрь 2002 года

Стартует первая «Фабрика звезд»

Фотография: пресс-материалы

Игорь Матвиенко: Физически и психологически было очень сложно. И вообще работать на телевидении, и тем более в таком проекте «застекольном». На самом деле, если бы не пилатес и не педагог мой, Ирина Пономарева, которая три раза в неделю меня вытягивала и снимала напряжение, и если бы не огромное количество снотворного, которое я там выжрал, не знаю, что было бы. Ко всему прочему это же была первая «Фабрика», мы, по сути, создавали формат, остальные уже шли по накатанной. (Интервью «Афише», декабрь 2011 года)

Июнь 2004 года

С продюсерской помпой Первого канала в прокат выходит «Ночной дозор»

Константин Эрнст: «Дозор» был символом того, что кино возвращается. Оно возвращается не только как желанная форма искусства, способная быстро проговаривать настоящее время, но и как способ коллективной коммуникации. Но эту коммуникацию возможно осуществлять в первую очередь в кинотеатрах. Так как это не только место, где продают билеты, но и место коллективного сопереживания. Поэтому количество киноэкранов в стране — важнейший фактор для этого бизнеса, хотя все же главный фактор — это желание твоих соотечественников смотреть свое кино. Уже в июле 2004 года «Ночной дозор» вышел на экраны, и все стали прогнозировать, сколько он соберет. Кто-то говорил — 3,5 миллиона, кто-то сказал — 6, мы были уверены, что он соберет больше 10 (я внутренне надеялся, что 12). Когда он собрал больше 16, это было, конечно, грандиозно. Тогда самым большим рекордом был «Властелин Колец» с его 12 миллионами. Прокатчики не могли даже представить, что какая-то русская картина может перегнать «Властелина Колец». (Интервью «Афише», 2007 год)

Август 2005 года

Петр Толстой стал ведущим «Воскресного времени» на Первом канале

Фотография: ТАСС

Петр Толстой: «Я работал на Третьем канале главным редактором и делал небольшую итоговую программу. Меня начали звать на большие федеральные каналы. Эрнст был более настойчив, мы договорились на итоговую программу и сделали «Воскресное время». Новости Первого канала — это военизированная организация, а тут пришли разболтанные художники в майках, черных очках, крайне подозрительные. Но и как-то сработались, уже работают 7 лет — это большой срок. Эксперимент был успешным, но самое время его закончить сейчас». (Интервью «Афише», май 2012 года)

Март 2007 года

Стартует программа про русское кино «Закрытый показ» с Александром Гордоном

Александр Гордон: «Знаете, когда меня пригласили вести передачу, я поставил одно условие, кроме финансового: я тоже зритель, у меня есть своя точка зрения, я не буду просто медиатором. Художник волен творить как ему хочется, но когда он выдает произведение на публичный суд, значит, что он сознательно влез на табуретку и готов получать как лавры, так и пинки». (Интервью «Афише», апрель 2007 года)

Июль 2007 года

Супруга Эрнста Лариса Синельщикова возглавляет студию «Красный квадрат», которая производит большинство передач для Первого

«Продюсером человека назначить нельзя, как нельзя назначить и главным редактором журнала. На Первом канале, и это, кажется, уже все знают как дважды два, нет ни одного человека, который принимает окончательные решения, кроме Эрнста. Поэтому даже если назначить завтра руководить «Красным квадратом», например, вас, ничего принципиально от этого не изменится. Эрнст заказывает тот продукт, который он хочет, тому, кому он хочет, и за те деньги, которые он хочет». (Текст «Афиши», март 2011 года)

Май 2008 года

Вместе с программами «Большая разница» и «Прожекторперисхилтон» на Первом появляется новый юмор

Первый выпуск «Прожекторперисхилтон»

Сценарист «Прожекторперисхилтон» Александр Филиппенко: «На Первом, конечно, ты не мог шутить про понятные вещи. Но это и хорошо, с другой стороны, когда у тебя есть такая цензура, — обходя ее, придумывая двухэтажные шутки, получается гораздо тоньше и круче, чем когда шутишь просто в лоб. К тебе никто не приходит и не говорит: так нельзя. Вся цензура в тебе происходит, ты сам понимаешь, что такую-то шутку можно не сдавать, потому что ее не утвердят или потом вырежут. Нет никаких партсобраний, где говорят: «Ребята, давайте хорошо пошутим про Путина». В России 91 процент населения черпает информацию из федеральных каналов. Я вообще не представляю, какой была бы программа «Прожектор», если бы она выходила сейчас, во время Крыма и Украины. Это был бы … [крах]. Ну или она бы не выходила из-за траурных мероприятий. Так что хорошо, что ее не стало». (Интервью «Воздуху», июль 2014 года)

Июль 2008 года

Запуск ток-шоу «Давай поженимся!»

Константин Эрнст: «Давай поженимся!», кстати, очень прогрессивный проект. Во-первых, «Давай поженимся!» — это наш оригинальный проект, а не лицензионный. А во‑вторых, у нас, видите ли, страна довольно старомодная. И все-таки очень straight. Поэтому травмировать большую часть аудитории обсуждениями гей-пар не нужно. Я думаю, что зрители «Первого» не будут от этого счастливы. А геи пусть решают свои проблемы как-нибудь сами, они обычно справляются. (Интервью GQ, сентябрь 2014 года)

Сентябрь 2008 года

Максим Галкин уходит с Первого канала на «Россию-1»

«В 2004 году в эфире царствовали Максим Галкин и Евгений Петросян с его «Кривым зеркалом». Галкин, без которого не обходился ни один новогодний вечер 31 декабря, до 2008 года собирал на «Первом» от 40% до 64% доли аудитории. Потом шоумен принял выгодное финансовое предложение ВГТРК и ушел на «Россию 1», где подобных рейтингов он уже никогда не получал, но до сих пор так и стоит каждый год на новогодней телевизионной вахте. Но уже не с сольными концертами, а как соведущий». (Арина Бородина для Slon.ru, 2015 год)

Ноябрь 2008 года

Выходит программа «Познер»

Один из лучших эпизодов «Познера» — в гости к Познеру пришел Александр Дугин

Владимир Познер: До программы «Познер» была программа «Времена», которая была, на мой взгляд, очень хорошей — до определенного момента. Последней из этой категории была, как мне кажется, программа о гибели «Курска». Потом, в связи с усилением так называемой вертикали власти, стало крайне сложно, а то и невозможно делать такие программы. В какой-то момент я просто понял, что не могу больше вести ее, и решил ее закрыть. С согласия Константина Львовича. И тогда я предложил вместо нее программу «Познер». (Интервью Colta.ru, февраль 2013 года)

Декабрь 2008 года

Первый канал со «Стилягами» вступает в новогоднюю битву с «Обитаемым островом» Бондарчука

Константин Роднянский: «Теорию заговоров я не люблю. Мы с Константином Львовичем обсудили ситуацию постфактум и пришли к нехитрой мысли, что оба любим кино и оба азартные люди. Знаем друг друга более чем близко — за плечами почти двадцать лет дружбы. Константин Львович, безусловно, лидер рынка и продюсер самых успешных российских картин. Я не представляю себе, чтобы какой-то фильм в нынешних условиях побил бы поставленный рекорд «Иронии судьбы-2». (Интервью «Коммерсанту», май 2009 года)

Май 2009 года

Первый канал курирует финал «Евровидения» в Москве

Константин Эрнст: «Да, использовали финал как месседж, адресованный миру: ребята, посмотрите, Россия не та, какой ее привыкли видеть. Поэтому я и не воспринимаю «Евровидение» как шоу для домохозяек. В моем понимании это значительное внешнеполитическое событие, возможность провести пиар-акцию на огромную интернациональную аудиторию. [...] Следующий подобный шанс мы получим через четыре с половиной года на Олимпиаде в Сочи. Грех было не воспользоваться моментом!» (Интервью «Итогам», июнь 2009 года)

Январь 2010 года

Первый канал показывает «Школу» Германики

Фотография: «Первый канал»

Валерия Гай Германика: «Я стала машиной для съемок монтажа. У ме­ня когда эйфория прошла от того, что мой фильм увидят миллионы, я поняла, что все — мышеловка захлопнулась. Но ладно, исключительный герой в исключительных условиях. Меньше нужно было романтизма в детстве читать. Зато я тут такой стишок прочитала в интернете: «Конец света. Паника. В вашу школу едет Германика». (Интервью «Афише», октябрь 2011 года)

Август 2010 года

Выходит программа «Жить здорово!» Елены Малышевой

Елена Малышева: «В программе «Жить здорово!» впервые на телевидении была высказана идея, как должна выглядеть на экране женщина, несущая радость. Идеальным, на наш взгляд, оказался образ женщины конца 50-х — начала 60-х годов. [...] Гигантские органы появились у нас давно. «Здоровье» и «Жить здорово!» — лучшие программы в мире в этой нише». (Интервью «Афише», февраль 2011)

Ноябрь 2010 года

Получая премию Первого канала имени Владислава Листьева, Леонид Парфенов выступил с речью о цензуре на телевидении. Премия больше не вручалась

Константин Эрнст: «О том, что будет говорить Леонид Парфенов в своей речи, я не знал. Да и не интересовался. У него как у лауреата было право на любое высказывание. А что я думаю по этому поводу, я говорить не буду: читатели, как и зрители, никудышные исповедники». (Интервью «Афише», декабрь 2010 года)

Ноябрь 2011 года

Эрнст выступает с речью на телерынке в Каннах

«Классическое телевидение убьет не интернет, а люди, сформированные интернетом. И разделительная черта проходит где-то до и после 1980 года. Психика людей, родившихся после 1980-го, сильно отличается от психики людей, родившихся до. Язык, который они воспринимают и который является для них адекватным, принципиально иной. Как и их представления о развлечении, информации, бюджете свободного времени. Им, еще детям, была предложена другая модель акцептирования общественной реальности. Не электронный ящик, стоящий в углу комнаты, а компьютер, стоящий на их столе, — их окно в мир». (Речь в «Коммерсанте», ноябрь 2011 года)

Апрель 2012 года

Стартует «Вечерний Ургант»

Выпуск «Вечернего Урганта», в котором переводчик не справился с Хиддинком

«Ургант рассказывает, что любил late nights еще задолго до того, как Эрнст предложил делать эту программу. Что для того чтобы сделать все грамотно, они выписали из Америки консультанта Билли Кимбалла (среди прочего сценариста «Saturday Night Live») и попытались отстроить процесс так, чтобы эфир был максимально приближен к прямому. Чуть ли не лучшие эпизоды «Вечернего Урганта» — именно те, где программа больше всего похожа на реалити-шоу. Вот Ургант яростно стучит карандашом по столу, и девушка-ассистент появляется в кадре, молча забирая карандаш. Вот с переводчиком во время интервью с Гусом Хиддинком возникают проблемы, и вместо того чтобы остановить запись, Ургант и Хиддинк продолжают говорить по-английски. И то, что свои ошибки здесь пытаются возвести в прием, — одно из главных достоинств этого проекта». (Репортаж «Афиши», май 2012 года)

Октябрь 2012 года

Первый сезон телешоу «Голос»

«За «Голосом» я следила с первого сезона, но себя в проекте я не видела. С кастингами у меня по жизни не складывается, я совершенно не проектный артист, не могу петь под чужую дудку, если того требует формат. Во втором «Голосе» приняли участие артисты, которые мне очень нравятся, — Антон Беляев и Тина Кузнецова. В тот момент вместе с Therr Maitz мы делили менеджмент, после «Голоса» у Антона пошли умопомрачительные объемы заказов, и наш директор Алена уговаривала меня подать заявку. Меня же отталкивало, что после участия в телепроектах к артисту, хочешь не хочешь, приклеивается ярлык: этот с «Фабрики звезд», этот с «Народного артиста», этот с «Голоса». Но именно «Голос» отличается от предыдущих проектов уровнем бренда, начиная с иностранных аналогов — английского, голландского, американского; на международной сцене графа в резюме «участник «The Voice» категорически работает в плюс». (Текст «Волны», октябрь 2014 года)

Декабрь 2013 года

Показ сериала «Оттепель» Валерия Тодоровского

Песня, завершившая показ «Оттепели»

Валерий Тодоровский: «Люди, которые посмотрели несколько серий и желают сделать мне комплимент, говорят: «Это же никакой не сериал, это настоящее кино». Меня это возмущает, потому что я хотел сделать именно нормальный сериал. Что это значит? Он состоит из 12 частей. В конце каждой серии я попытался сделать некие крючки для следующей серии и, кроме того, заложил все возможности для второго, третьего и четвертого сезонов». (Интервью «Воздуху», декабрь 2013 года)

Февраль 2014 года

Олимпиада в Сочи

Константин Эрнст: Вторая идея заключалась в том, что от России ждут балалаек, матрешек и медведей, кокошников, народных гуляний и каких-то деревенских радостей, а в современном потоке информации эмоциональный ответ вызывает только то, чего ты не ожидаешь, то, к чему ты не готов. Да и соревноваться с китайцами во взаимодействии тысяч людей между собой было бы по крайней мере самонадеянно. Поэтому — Россия произведет самую технологичную церемонию за всю историю Олимпиад. (Интервью «Воздуху», декабрь 2014 года)

Сентябрь 2014 года

Эрнст становится «Человеком года-2014» по версии GQ и называет версию о распятом мальчике «конспирологической» 

Константин Эрнст: «Кого-то, конечно, тошнит и от телевидения». (Интервью GQ, сентябрь 2014 года)

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить