перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Фильм на выходные «Прикосновение медузы» Джека Голда

Каждую пятницу Станислав Зельвенский, опираясь на собственную интуицию, выбирает хороший старый фильм, способный украсить выходные и помочь дожить до понедельника.

Кино
«Прикосновение медузы» Джека Голда Фотография: Coatesgold

В Лондоне в собственной квартире найден писатель Джон Морлар (Ричард Бартон) — кто-то вдребезги размозжил ему голову стоявшей на столе бронзовой статуэткой, пока тот смотрел телевизионный репортаж о неудачной космической экспедиции. Морлар каким-то чудом остается жив, но, очевидно, даже без теоретических шансов на выздоровление.

Дело достается инспектору Брюнелю (Лино Вентура) — французскому полицейскому, который оказался в Англии в рамках программы по обмену опытом. Брюнель быстро выясняет, что друзей у Морлара не было, зато был психиатр, ледяная блондинка (Ли Ремик). Из ее рассказов следует, что Морлар считал себя воплощением зла — и якобы одной силой мысли, даже не желая этого, был способен убить человека.

Стервозная нянечка, скоропостижно скончавшаяся от кори, равнодушные родители, которых столкнула в пропасть их собственная машина, школьный учитель-тиран, погибший при загадочном пожаре, — усеянная трупами биография писателя оживает благодаря флешбэкам, постепенно подводя к сегодняшнему дню, а то и к завтрашнему.  

Англо-французское «Прикосновение медузы» («The Medusa Touch», 1978) — один из самых занятных мистических триллеров 1970-х, оставшийся, несмотря на международных звезд в главных ролях (и полдюжины именитых британцев во второстепенных), где-то на периферии киноистории. Между тем, в отличие от многих прекрасных жанровых фильмов того времени, его запросто можно представить снятым в XXI веке. Более того, легко представить и автора — им, несомненно, был бы М.Найт Шьямалан.

Ричард Бартон трагически переигрывал всегда, даже в лучших своих ролях — такова была его манера, и умные режиссеры использовали это в своих целях. Здесь фирменная сдержанная ярость валлийца пришлась не просто кстати — она практически целиком определяет персонажа. Морлар — сосуд ярости, сама ярость. Изображение горгоны Медузы, висящее в его кабинете рядом с подходящей репродукцией Мунка, — это его портрет: все знакомые с Морларом отмечали, что его взгляд было невозможно выдержать, и Бартон с явным удовольствием отрабатывает эту характеристику.

На контрасте с Бартоном, хотя фактически не встречаясь с ним в кадре, работает Лино Вентура, тоже в своем обычном образе грузного, усталого, вкрадчивого дознавателя. В романе Питера Ван Гринуэя, по которому поставлен фильм, следователь был англичанином (а героиня Ли Ремик – мужчиной), но коммерческое, по-видимому, решение сменить ему паспорт оказалось очень удачным: француз все время остается немного чужим и смотрит на происходящее как бы со стороны, а характерный акцент комически смягчает его ненужную здесь брутальность.

Стилистически «Медуза» где-то напоминает стартовавший чуть раньше киносериал «Омен», но этот фильм умнее и попросту интереснее. «Омен» уходил в бульварно-теологическую плоскость, «Медуза» — в квазинаучную и политическую, хотя при желании тут тоже можно отыскать намеки на интриги Люцифера. В любом случае писатель — не просто злодей, а носитель определенных — левых, стоит предположить, — идеалов, и его мистический гнев обращен прежде всего против истеблишмента. В какой-то момент Брюнелю даже начинают передавать предостерегающие сигналы сверху, хотя эта линия в фильме, к сожалению, подана обрывочно.

Но когда во второй половине камерный полицейский детектив мутирует в размашистое зрелище, сомнений уже не остается: Морлар ни больше ни меньше метафора терроризма, и именно поэтому фильм сегодня выглядит не устаревшим, а жутковато актуальным. Что говорить: в одной из сцен (даже не самой, кстати, впечатляющей) пассажирский самолет врезается в высотку.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить