перейти на мобильную версию сайта
да
нет

«Мы создали мир, который идеально подходит барашку Шону»

Режиссеры Марк Бертон и Ричард Старзак рассказали «Воздуху» о том, как делался мультфильм «Барашек Шон», и новой эре покадровой анимации.

Кино
«Мы создали мир, который идеально подходит барашку Шону» Фотография: Getty Images/Fotobank
  • Почему вы решили снять фильм о Шоне?

Ричард Старзак: Он становился все популярней, причем не только в Великобритании, но и в мире, и года четыре назад нам показалось, что мы можем рассказать о нем историю подлиннее, а персонажи там заслуживают большей глубины, чем в сериале. То есть это просто естественным показалось — пора делать фильм.

  • Обычно Ник Парк (режиссер, создатель «Уоллеса и Громита». — Прим. ред.) сам снимает фильмы со своими персонажами, почему на этот раз он решил быть только продюсером?

Марк Бертон: Ну все-таки сам сериал был сделан Ричардом, а Ник только придумал персонажей и не участвовал в их дальнейшей разработке. Так что Ричард и решал, что и как, а меня взял вторым режиссером — потому что я работал с Ником Парком раньше и потому что это интересный вызов, когда двое в режиссерском кресле. Но Ник тоже очень много помогал.

  • Ричард, а вы для меня, если честно, темная лошадка — Марк говорит, что вы один из создателей, но в титрах сериала почему-то вашего имени не было…

Старзак: Все просто — я фамилию сменил пару лет назад, а раньше был Голешовски. Это все сложные семейные дела, смена фамилии помогла облегчить жизнь детям, а Старзак — это девичья фамилия матери. Так что я совсем не темная лошадка, а очень даже светлая, и я этим занимаюсь уже довольно долго. Хотя я понимаю, почему вы запутались, иногда даже в выходных данных на сайтах указывают оба имени, будто это два разных человека: сценарист — Голешовски, помощник сценариста — Старзак. Выглядит, будто я так пытаюсь денег вдвое больше заработать или от налогов там скрыться…

  • Впечатляет, что вы в век компьютерных технологий до сих пор делаете покадровую анимацию. «Шон» же весь снят покадрово, без CGI?

Старзак: Не совсем, у нас есть CGI в тех местах, где он необходим. Разумеется, мы старались снять по максимуму на камеру, но некоторые спецэффекты — дождь, брызги воды и тому подобное — были уже потом на компьютере дорисованы.

  • Вы, получается, уже 20 лет такой анимацией занимаетесь — не расстраивает, что она сейчас только в виде исключения существует, а вокруг один CGI?

Старзак: Вообще-то, сейчас ровно обратное происходит. Ожидалось, что покадровая съемка совсем уйдет в прошлое и останется только CGI — его проще контролировать, удобнее делать. Но сегодня в Великобритании снимают больше покадровых мультфильмов, чем когда-либо в истории! Видимо, детям все-таки хочется видеть что-то реальное.

Бертон: Да, а вот у компьютерной анимации как раз проблемы появились теперь. Даже чисто по фактам — последние 3D-мультфильмы DreamWorks не очень хорошо выступили в прокате. Это не значит, что близится конец CGI, но люди все-таки подустали от очень однообразного вида всех этих мультфильмов, им хочется чего-то оригинального.

  • Вы наверняка понимали, что все будут сравнивать «Барашка» с «Побегом из курятника», и наверняка вы уже заранее придумали, как объяснить разницу между фильмами. Ну кроме того, что «тут не цыплята, а овцы».

Бертон: Ну сравнение очевидное, как и, впрочем, объяснение про цыплят и овец. Мы, разумеется, страшно гордимся обоими фильмами, наследственность сами понимаем, и у нас не было задачи сделать что-то лучше или чтобы «Побег» смотрелся на фоне «Шона» хуже. Просто это уже наш фильм, который мы делаем по-своему, — мы создали тут историю и мир, которые идеально подходят именно барашку Шону.

  • И это опять история о том, как звери сбегают из резервации своей, — как и «Побег», как и «Мадагаскар», одним из авторов сценария к которому вы являетесь. Не перестает волновать эта тема?

Бертон: Ой, правда. Может, у меня просто других идей нет, ха-ха. На самом деле мне просто очень нравятся истории в жанре «рыба из воды» — когда вы берете персонажа из одного мира и помещаете его в мир другой, совсем ему непонятный и чуждый. Так можно сразу же придумать множество комедийных и приключенческих сюжетов. У нас был сериал про Шона, и там мир фермы, на которой он живет, был уже достаточно подробно описан и изучен в крошечных семиминутных эпизодах, так что для 95-минутного фильма нам нужно было придумать что-то более глубокое, поэтому мы выдернули героев из их уютной фермы. То есть да, прием во всех трех фильмах использован похожий, но результат — совсем разный.

  • А насколько по-разному вообще фильм и сериал делались?

Старзак: Ну это вообще непохожие зверьки. Сериал — тяжелая работа, но она поточная, а в фильме нужно соорудить полуторачасовую историю — и это просто несравнимый объем работы. Нам несколько месяцев понадобилось лишь на то, чтобы сценарий довести до ума. Хорошо, что мне помогал Марк, который и в кино раньше работал, и персонажей знает, — он смог вести историю в нужном направлении и при этом не выпускать Шона из центра этой истории, чтобы она оставалась в первую очередь о нем. И это было вдвойне тяжелее еще потому, что у нас не было диалогов: нам надо было сразу продумывать, как все будет выглядеть и как все рассказать так, чтобы людям не приходилось озвучивать, что происходит. А в России сериал вообще известен?

  • Да. Думаю, Уоллес и Громит сильно популярнее, но и Шона знают.

Старзак: В общем, неважно. Не знаете персонажей и мир — не страшно, вы сможете все равно все понять.

  • Марк, а вы же при этом впервые выступили как режиссер. Совсем иной опыт?

Бертон: Точно. Правда, в конце концов это все свелось к тому, что пришлось развивать свои навыки распределения труда и делегирования. Я же на самом деле оказался абсолютно бесполезным как режиссер: я работаю только со словом, не умею рисовать и анимировать, так что приходилось находить людей, которым доверяю, и поручать им сделать что-то так, как мне нужно.

  • Наверное, пришлось и самих персонажей как-то усложнить, когда вы семиминутный сериал в фильм превращали.

Бертон: Да, разумеется, пришлось все характеры углубить и некоторые детали придумать. Шона, к примеру, мы условились представлять как такого неугомонного 12-летнего мальчика, которому постоянно нужно проверять мир вокруг на прочность, исследовать границы дозволенного. И это очень сильно помогало понимать его и знать, как он может поступить в той или иной ситуации. Так что да, он точно получился более сложным, чем в сериале.

Старзак: Многое из этого, впрочем, уже было заложено в сериале, мы только сделали детали менее угловатыми. Например, у фермера с Шоном отношения всегда были примерно как у отца с сыном, а в фильме мы это подчеркнули и углубились в эмоциональную сторону вопроса. Мы даже специально совещались с аниматорами — объясняли им, что нам нужно работать более тонко, чем в сериале, нужно пытаться лучше показать эмоции.

  • Что сложнее всего было сделать?
Старзак: Город. Это было самым большим вызовом. Мы хотели передать точное ощущение жизни в большом городе, но ресурсы у нас были ограниченны — не как у большого голливудского мультфильма. У нас же все, что вы видите на экране, реальное, физическое — все создано нами же: и персонажи, и декорации. А нам хотелось все показать как в кино — вспомните, как выглядит любой фильм про большой город, какие там улицы, и представьте, каково это — пытаться воссоздать такую атмосферу в нашем небольшом павильоне. Нам буквально приходилось в углу сидеть и строить небоскребы.
Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить