перейти на мобильную версию сайта
да
нет

«Вообще, «Братья» — мюзикл, действие происходит в караоке-баре» Как фильм Лукино Висконти стал спектаклем в «Гоголь-центре»

17–19 апреля в «Гоголь-центре» можно будет увидеть спектакль «Братья» — это театральный дебют кинорежиссера Алексея Мизгирева по мотивам фильма Лукино Висконти «Рокко и его братья». Мария Кувшинова побывала на репетиции.

Архив

«Московская трилогия»

 

None

«Братья» — первый спектакль задуманной Кириллом Серебренниковым «Московской трилогии»: три режиссера переносят на сцену и адаптируют для нашей реальности три известных кинофильма. Уже в мае выйдут триеровские «Идиоты» в постановке самого Серебренникова, затем — «Страх съедает душу» Владислава Наставшева по мотивам картины Фассбиндера.

 

«Рокко и его братья»

«Рокко и его братья» — фильм о семье иммигрантов с Юга, приехавших в индустриальный Милан, и противостоянии двух братьев (Ален Делон и Ренато Сальватори), влюбленных в одну девушку — проститутку Надю (Анни Жирардо). Эта работа — образец подхода Висконти и его постоянного соавтора сценаристки Сузо Чекки Д'Амико к литературным и документальным источникам. В основе сценария — многочисленные интервью с иммигрантами (с 1951-го по 1961-й с Юга на Север уехало 2 млн человек), роман Достоевского «Идиот» (Рокко и его брат Симоне — это Мышкин и Рогожин) и рассказы писателя Джованни Тестори; имя главного героя напоминает о Рокко Скотелларо, поэте с Юга, а название картины отсылает к «Иосифу и его братьям» Томаса Манна, писателя, оказавшего на Висконти принципиальное влияние. Съемки начались весной 1960 года и с самого начала сопровождались скандалами: Висконти хотел снимать в одном из районов Милана, где незадолго до этого была убита проститутка, однако не получил разрешения от властей из-за «недопустимого сходства с реальностью». Фильм вызвал бурные дебаты в итальянском парламенте, получил специальный приз в Венеции и ярлык «деструктивное кино» от католической церкви и, несмотря на хронометраж в 180 минут, стал хитом национального проката.

 

Бои без правил

Режиссер Алексей Мизгирев и постановщик боев Сергей Дорофеев

Говорят, Висконти просто мечтал снять фильм о боксерах: Рокко вслед за старшим братом Симоне вынужден принимать участие в боксерских поединках. В спектакле Мизгирева бокс, проигрывающий смешанным единоборствам в зрелищности, заменен на бои без правил. Удар актерам ставил каскадер Сергей Дорофеев.

 

Сцена

Сцена в обновленном большом зале «Гоголь-центра» напоминает ринг: зрители располагаются на трибунах с двух сторон, лицом к лицу с теми, кто сидит с противоположной стороны.

 

Актеры и герои

Вместо имен у героев «Братьев» прозвища — Симоне стал Тюхой (Никита Кукушкин), Рокко — Обмылком (Риналь Мухаметов), и только Надя осталась Надей — ее играет актриса Виктория Исакова.

 

Алексей Мизгирев

режиссер

«Кирилл мне давно предлагал сделать что-то в рамках его театральной деятельности — я отнекивался. А тут он получил театр, позвонил мне с Венецианского фестиваля, был на такой летящей волне, и я не смог огорчить его отказом. Идея была его — я абсолютно приглашенный персонаж. Сразу сказал, что не буду писать инсценировку. Возникла кандидатура Михаила Дурненкова — он довольно быстро сделал свое переложение этого сценария. Это самостоятельная работа, но с уважением к оригиналу. Мы все понимаем, что действие происходит здесь и сейчас — история перекладывается очень просто, достаточно поменять имена; она похожа на историю любого молдаванина, украинца, человека, приехавшего из райцентра. У них это в 1950-х годах происходило, а у нас сейчас — вот мы догоняем те сюжеты: как люди с определенным укладом приезжают туда, где больше возможностей, и как их здесь переламывает. Мы попытались уйти от социальности и рассказать о тоске по хорошей жизни, по чему-то чистому. История противостояния братьев за одну девушку — драматургический стержень фильма Висконти, и, может быть, это самое сильное, что есть в той картине. Вообще, «Братья» — мюзикл, действие происходит в караоке-баре».

 

Михаил Дурненков

драматург

«Братья» — это скорее абстрактная современность, чем документальная; льщу себя надеждой, что, несмотря ни на что, эта реальность узнаваема. Единственное, что я разобрал по репликам, буквально по словам, и постарался перенести это в пьесу практически неизмененным — знаменитая сцена между Рокко и Надей на крыше Миланского собора, все остальное в той или иной степени подверглось трансформации. Я считаю, что этот эпизод — то, что делает фильм великим. И мне кажется, эта аллюзия на «Идиота» Достоевского у нас сохранилась. А иначе какой смысл было бы брать этот фильм, чтобы отсечь от него самое лучшее?»
 

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить