перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Горелов о советских хитах «Откройте, полиция!»

Архив

«Откройте, полиция!»

Франция, 1984. Клод Зиди. В ролях Филипп Нуаре, Тьерри Лермитт, Граса де Капитани

Аудитория в СССР:

26,7 млн

 

Плохой полицейский теряет напарника на рядовом гоп-стопе букмекера. Взамен присылают хорошего — молодого и непьющего. Парня надо поднатаскать. Платят в органах мало. Тюрьмы и так переполнены. Командир, можно же как-то договориться и уладить вопрос.

Русские и французские копы исстари славились свирепостью и ответной теплотой граждан. Однако советской России категорически не хватало питательной среды для милицейского грева: нелегалов, наперсточников, сбыта краденого за полцены и мелкого цветного шахер-махера. Перемены сделали службу бизнесом: редкий таджикский шиномонтаж существует сегодня без ментовской крыши. Тут-то и обнаружилась принципиальная разница культур: русский фильм «Откройте, полиция!» сегодня так же невозможен, как и 30 лет назад — ибо Россия, как и всякий отсталый социум, не питает снисхождения к человеческим слабостям. Мир, как в индийском кино, делится на удальцов и усатых злодеев; в силу хронической криминогенности удальцами могут быть и жохи-бандюки с трудным детством — но никогда, ни при каких условиях невозможна в России добродушная комедия про: взломщиков, аферистов, тонких расхитителей сокровищ Эрмитажа и просто жуликов, не говоря уж о бессовестных крышевателях порока — т.е. всех, на ком от веку стоит европейский плутовской жанр (Россия в массовых предпочтениях так и осталась инерционно-аграрной страной, в которой игрока и конокрада следует не славить в потешных байках, а забивать кольями). Среди джентльменов удачи главный всегда честняга, старики-разбойники не имеют корыстного умысла и все вешают на место, и даже половинчатый во всех отношениях артист Басилашвили, которому в Средиземноморье прямая дорога в звезды субкриминального жанра типа Тото, у нас вынужден играть то полковника ГБ, то Вельзевула. Гуру интеллигентных салонов Остапа Бендера удалось впервые снять в кино через 45 лет после книги, когда все его деяния покрылись бархатной пыльцой срока давности. В краткий перестроечный миг роста и ожирения частника пробным шаром пошли комедии про воришек типа «Менял» или «Встретимся на Таити» — но массовым сознанием были отвергнуты, индикатором чего служит частота их показа по ТВ. Таким образом, любезные русскому сердцу картины «Блеф», «Как украсть миллион», «Игра в четыре руки» и «Откройте, полиция!» хороши только до тех пор, пока остаются европейской экзотикой.

Оригинальное название фильма было анаграммой слова «Продажные». Советский прокат, ориентируясь на простейших, всегда чурался игры слов, хотя напрягшись вполне мог бы придумать что-нибудь вроде «Прожадных». Выбрали «Откройте, полиция!», тоже славно. Ветеран передает молодому ремесло побора и обмана, заботится как о сыне, переодевает из делоновского плаща-маренго в пацанскую косуху, подкладывает девушку Наташу (она из России; имя крайне удачное, так и хочется написать с маленькой буквы). Ничегошеньки в смысле диалога культур не получится у буржуинов. Наташу, даже оставив в полной натюрели (редкий случай), цензоры переименуют в Натали, из дорогущего русского ресторана сотрут все приметы русскости, кроме шашлыка: слово «чекушка», диалог об икре и фразу «Пей, а то заберут в ГУЛАГ» (даже «500 франков за водку» переделано в «500 франков за «Мартель»!). Вдобавок слово «сутенер» в четырех разных местах картины заменено то на «домушник», то на «мелкий делец», а вместо «извращенец, промышлял возле школы» звучит «выклянчивал деньги у прохожих». Всяко попристойней.

А все-таки, все-таки: как бы хотелось увидеть в этом тертом кожане с оттопыренным карманом и шматом дармовой вырезки на плече – ну, скажем, Александра Анатольевича Ширвиндта! Чтоб он гнусавил с поучительным прононсом: «Сынок, тюрьмы, как я уже говорил, переполнены. Отлагательств не терпит только обед».

Держите, как говорится, карман. Париж и Москва — две разных планеты, и вместе им не сойтись.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить