перейти на мобильную версию сайта
да
нет

«Ленфильм» Сокуров, Герман, Хамдамов и другие говорят о настоящем и будущем киностудии

Сегодня по инициативе Министерства культуры в РИА «Новости» прошло открытое обсуждение концепций развития киностудии «Ленфильм». Пока чиновники решают, что делать со студией, «Афиша» спросила у тех, кто там работал, что еще есть на «Ленфильме» и почему его важно сохранить.

Архив

 

Любовь Аркус

режиссер, главный редактор журнала «Сеанс»

Почему нужно сохранить «Ленфильм» — это риторический вопрос для любого человека, который хоть немного ориентируется в культурном контексте. За свою историю «Ленфильм» заслужил право на долгую счастливую жизнь — что бы ни происходило со студией и кто бы ей ни руководил. У «Ленфильма» есть свой гений, дух, который не может быть упразднен персональным решением. С детства, когда на экране появлялся Медный всадник в лучах прожекторов, у меня замирало сердце. Поступив служить на «Ленфильм», я прекрасно понимала, куда попала: в этих коридорах ходил Козинцев, курил трубку Авербах, в глубине кафе сверкала очками Динара Асанова. В отличие от других институций «Ленфильм» всегда славился своей сплоченностью. Помню, как Игорь Масленников (на тот момент — секретарь парткома) прятал у себя в кабинете пленки сокуровского «Скорбного бесчувствия», чтобы их не смыли. Место, которое накопило такое количество тонких энергий, не купишь ни за какие деньги. А потерять его очень легко. Достаточно сказать, что это площадь, которая используется неэффективно, и построить здесь торговый центр с попкорном и паркингом.

 

Александр Сокуров

режиссер

Прежний «Ленфильм» — это часть прошлого, которого не вернуть. В истории студии должна наступить новая фаза, но о том, какой она должна быть, никто не может договориться. Вопрос о существовании «Ленфильма» упирается не столько в экономические обстоятельства, сколько в вопрос солидарности сотрудников, которые там работают, и будущего руководства. Если во главе студии будет стоять серьезный руководитель, который сумеет найти общий язык с государством, то, пожалуй, ее можно будет сохранить. Но без нового мощного режиссерского состава «Ленфильму» никогда не стать хотя бы вполовину таким, как раньше.

 

Сергей Соловьев

режиссер

Без «Ленфильма» нет ни Ленинграда, ни так называемой ленинградской культуры. Петербург называют культурной столицей, а что за этим стоит? Эрмитаж, Русский музей, «Ленфильм», додинский МДТ, Павловский дворец. И так далее. Без них попросту нет культуры — это то, что формирует город. Нужен ли Эрмитаж? Замечательное пространство для офисов, давайте его сдадим, почему нет? «Ленфильму» грозят неприятности по одной простой причине — в мире есть, мягко говоря, необразованные люди, а грубо говоря, идиоты, которые всегда угрожают всему живому. Вся моя жизнь связана с «Ленфильмом» — я пришел туда еще юным аферистом, сделав школьную киностудию. У меня была даже своя комнатенка — между кабинетом Баталова, который тогда снимал «Шинель», и Хейфица, который снимал «Даму с собачкой». Вернулся после окончания ВГИКа и понял, что студии что-то грозит. Для того чтобы доказать, что ты не снимаешь антигосударственное кино и не взорвешь систему изнутри, приходилось лезть из кожи вон. Только сегодня стало ясно, что все попытки обкома вывести нас на чистую воду оказались тщетными: пока они разоблачали террористов во мне и других достойных людях, до студии добрались настоящие разбойники. И ничего теперь с этим не поделаешь.

 

Дмитрий Светозаров

режиссер

Среди религиозных людей принято говорить о «намоленных местах». Для людей творческих профессий это словосочетание — тоже не пустой звук. С 1974 года я хожу на «Ленфильм» по Каменноостровскому проспекту, как в церковь. Каждому режиссеру важно не только что сочинять и ставить, но и где. В павильонах «Ленфильма» родился российский кинематограф — в 1917-м была поставлена первая советская фильма по сценарию Луначарского, здесь снимали трилогию о Максиме, «Депутата Балтики», «Гамлета». Это кажется мне стопроцентным доказательством того, что разрушение студии — акт кощунственный и варварский. Никому не приходит в голову переносить Мариинский театр в Купчино, а БДТ — в Девяткино. Почему «Ленфильм» нужно выгонять в ангары на окраине, где ничто не говорит ни о традициях, ни об искусстве? Переговоры с представителями московской финансовой структуры ничего не решили. Представьте: идем мы, несколько еще оставшихся в живых ленфильмовских режиссеров, а навстречу нам по широким коридорам — шеренга здоровых, загорелых в соляриях ребят в отлично сшитых костюмах и с дорогими часами. Символичная встреча. И безнадежная.

 

Александр Расторгуев

режиссер

Я слышал крайне противоречивые истории о борьбе за обладание «Ленфильмом». Одни хотят превратить его в VIP-гостиницу, другие — сохранить в нем запах протухшей эмульсии, и, честно говоря, я не знаю, что лучше. Но пока там хочет работать Сокуров и может работать Герман, это место должно оставаться таким — перед лицом искусства. Но есть и тепличные растения, которые только собираются снимать свое хилое, бескровное кино, и их «Ленфильм» перемелет в фарш. Если туда сейчас придет молодой режиссер, у которого недостаточно сил, он превратится в пенсионера раньше срока. Проблема заключается не в производственной базе, которая, разумеется, за границей критики. Дело в том, что мертвый миф, каким бы великим он ни был, — довольно опасная штука. Нужно хотеть вдохнуть в него жизнь.

 

Алексей Герман

режиссер

«Ленфильм» — это все еще довольно мощный художественный организм. Нравится вам Владимир Бортко или нет — это значительное явление для нашего телеэкрана, не говоря уже о Сокурове и других. Все неприятности студии объясняются ее положением на карте города, где она занимает очень дорогую площадь. За травлей «Ленфильма» стоят определенные люди и структуры, которые хотят забрать землю и построить офисы под видом любви к кинематографу. Будь мы где-нибудь на Охте, судьба была бы к нам добрее. Все сравнивают нас с «Мосфильмом», но «Мосфильм» — не производящая студия. Это студия оказывает услуги и за счет этого живет. И, кроме того, получает на свое имя процент от лучших фильмов. В то время как первая студия страны прозябает. Вернуть «Ленфильм» можно, было бы желание у власть имущих. Владимир Ильич Ленин был что угодно, но только не дурак, и когда он сказал, что из всех искусств для нас важнейшим является кино, то был прав. Власти должны понимать, какое значение имеет кино. Не то кино, где одни бандиты режут друг другу горло, а кино, сделанное с любовью к своей родине, к своему отечеству, к своей культуре. Вот такое кино старается выпускать «Ленфильм».

 

Сергей Сельянов

продюсер

Проблема «Ленфильма» последних лет заключается в отсутствии лидера. Студию должен взять в свои руки мощный управленец, не продюсер в узкокинематографическом смысле слова, не технократ, а человек, у которого горят глаза. Только в этом случае «Ленфильм» может встать на ноги. Чтобы вывести эту институцию из кризиса, необходим ряд сверхусилий — но ничего невозможного нет. В ситуации, когда у всех разные интересы и представления о будущем, не хватает одной харизматичной фигуры. Человека, который захотел бы здесь что-то изменить.

 

Рустам Хамдамов

режиссер

Вместе с «Ленфильмом» вся страна пала, понимаете. На студии Довженко тоже пустошь — остались только старые деревья, посаженные еще в тридцатые. Везде творится черт знает что: за время моего пребывания в Петербурге — я снимал небольшую картину («Бриллианты» — Прим. ред.) — «Ленфильм» продавали и покупали раз десять. По коридорам все время ходила какая-то совсем опустившаяся собака и ела окурки. Со мной работали остаточные люди, старички, — при этом невероятные профессионалы. Но после съемок там я понял, что горевать о прошлом — глупое занятие. Как говорил Шопенгауэр, продолжение наших недостатков — наши достоинства. Самое печальное, что говоря о «Ленфильме», нужно говорить о политике, писать политическое эссе. А мое эссе было бы про собаку.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить