перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Новые рецензии «Афиши» Новый роман Джоан Ролинг, «Жестокий континент. Европа после Второй мировой», история Шотландии Шона Коннери

Архив

«Случайная вакансия» Джоан Ролинг

Роман начинается со смерти 42-летнего члена приходского совета Барри Фейрбразера; знакомые покойного крайне взбудоражены этой скоропостижной смертью, однако существенны не причины — как в детективе, — а последствия. Интрига в том, что сосед старинной и богатой деревни Пэгфорд — относительно новый, крайне неблагополучный пролетарский район Филдс. И то ли Пэгфорд сможет юридически избавиться от этого Филдса — как хотела бы правоконсервативная часть общины, то ли возьмет на себя ответственность за всех этих наркоманов, проституток, истериков и хулиганов, которые такие не потому, что от природы — низшая раса, а потому, что все их бросили… На кого похожи дети, выросшие на «Гарри Поттере», клюнувшие теперь на имя автора — и решившие поискать там взрослых гарри и ронов? На жертв заклятия «Петрификус тоталус», по-видимому. Представьте себе, что Эдуард Успенский написал «Архипелаг ГУЛАГ» — есть там кто-то похожий на Чебурашку и Дядю Федора? Ну есть, наверное.

 

«Жестокий континент. Европа после Второй мировой» Кита Лоу

Свежая, 2012 года, книга английского историка про то, что происходило в Европе сразу после Второй мировой войны — и до того, как она вновь, в 1950-х, стала более-менее цивилизованным пространством. Лоу показывает, что основа фундамента, на котором была построена послевоенная Европа, — никакая не толерантность, а месть; и здесь есть о чем рассказать. Как чехи заставляли немцев носить на спине свастику и запрещали заходить в парикмахерские и кинотеатры; как поляки заталкивали пленных немцев в своих уже лагерях в трупный гной — и те буквально тонули там; как югославы сбрасывали итальянцев живыми — тысячами — в глубокие пропасти; как в Норвегии считали всех детей, рожденных от немцев, слабоумными — и обращались с ними соответствующим образом. Как — намеренно — был создан миф о том, что вину за все военные преступления несут исключительно немцы, а вся прочая Европа осво­бождается от ответственности за зло, себе причиненное. Как побежденные всех мастей — от норвежцев до итальянцев — придумывали истории о зле, причиненном им во время Второй мировой.

 

«Быть шотландцем» Шона Коннери и Мюррея Григора

Не автобиография; ну или не такая автобиография, какую хочется прочитать всякому, кто смотрел «Голдфингера», третьего «Индиану Джонса» и «Скалу». Да, мы узнаем, что автора беспокоит деградация лейбористских ценностей при Тони Блэре, что у него есть татуировка «Папа и мама», что когда он работал полировщиком гробов, то из-за дефицита времени ему приходилось оставаться в мастерской и ночевать в гробу, что в Эдинбурге его тошнит от посредственности со­временной архитектуры, что в школе за проступки его били плеткой по рукам и что в молодости он играл Вронского в «Карениной» и Раскольникова в «Преступлении и наказании», а вот роль Бонда упоминается здесь от силы раза три. В целом же книжка полностью соответствует названию — потому как это история Шотландии. Авторизованная — но никак не дилетантская: может быть, его друг Умберто Эко написал бы лучше, но Коннери, несомненно, в высшей степени осведомленный и хорошо разбирающийся в искусстве, архитектуре, живописи и литературе автор; по крайней мере его очерк словесности — от Оссиана и Стивенсона до Иэна Рэнкина и Ирвина Уэлша — безупречен.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить