перейти на мобильную версию сайта
да
нет
Архив

О чем пел Джейсон Молина

Месяц назад умер Джейсон Молина — лидер Songs: Ohia и Magnolia Electric Co., один из самых глубоких и пронзительных американских сонграйтеров последних 15 лет. В специальном выпуске рубрики о текстах лучших зарубежных записей «Афиша» вспоминает его песни и его судьбу.

 

Автор

«Со мной будут проблемы/Со мной будут проблемы еще и похлеще/И я предупреждал тебя об этом с десяток раз» («There will be problem with me/There will be problem with me more than these/And I warned you ten times of this»), — этими словами открывался выпущенный почти пятнадцать лет назад альбом «Axxess & Ace» группы Songs: Ohia. Сочинил и исполнил их Джейсон Молина, лидер Songs: Ohia и наследовавшего им ансамбля Magnolia Electric Co., невысокий и нескладный человек с внешностью телевизионного комика и невероятно чистым и печальным голосом. Его знакомые говорят, что он и правда был смешным парнем: забавно выглядел, забавно вел себя, забавно говорил, — и тем парадоксальнее, что этот смешной парень был одновременно грандиозным трагиком, сочинителем уровня Таунса Ван Зандта или Ника Дрейка и одним из самых недооцененных музыкантов своего времени. Начать свой очередной альбом с признания в том, что с ним тяжело, было вполне привычным ходом для Молины: он пел, не утаивая ничего, выкладывая на стол сразу все карты, так, будто дистанции между ним и слушателем не существует вовсе. Когда-то в юности он служил басистом в различных металлических группах, но быстро разочаровался и переквалифицировался в фолк-барда, выстраивавшего вокруг себя коллектив необходимых ему музыкантов. Первая же пластинка Songs: Ohia, выпущенная в 1997 году, была прозвана слушателями «Черным альбомом» — из-за своей безымянности, оформления, да и настроения: звучала на ней то суетливая, то мерная, то акустическая, то обогащенная духовой секцией американа, а объединяла песни между собой на редкость пронзительная меланхолия. Характерный почерк Молины оформился сразу: его голос — одновременно и робкий и предельно ясный и прямой; песни, исполненные с полным инструментарием, звучат на удивление подавленно и скромно, и, напротив, номера, сыгранные и спетые под одну акустическую гитару, оказываются максимально мощными. Все вместе — едва ли самая грустная музыка на земле: песни, которые впору слушать, когда одиночество и отчаяние не гасятся никакими способами, оставаться наедине с самим собой попросту опасно, но ночь уже перетекла в тяжелое утро, и работник бара гонит на улицу. Сейчас понятно, что «Черным альбомом» дебют Songs: Ohia был озаглавлен немного опрометчиво: за те 16 лет, которые пройдут с момента выхода его первого альбома до его смерти, Молина успеет в подробностях изучить все оттенки черного.

 

Небольшой документальный фильм о гастролях Magnolia Electric Co., группы, созданной Молиной после Songs: Ohia

 

 

Сюжет

Джейсон Молина почти не прекращал писать песни. За неполные шестнадцать лет его музыкальной карьеры вышли в свет пятнадцать альбомов двух его групп (среди которых, например, бокс-сет с раритетами из пяти дисков или двойной концертный альбом, на две трети состоящий из прежде не издававшегося материала), три сольных пластинки, одна совместная с фолк-музыкантом Уиллом Джонсоном, бесчисленное количество сплит-синглов с другими группами и так далее. Пару недель назад звукорежиссер из Чикаго Мэттью Дж.Барнхарт поделился письмом, отправленным ему Молиной с мобильного телефона в 2008 году, в котором тот, называя себя «неудавшимся басистом», делился советами относительно написания песен: «Заведи будильник и встань на час раньше обычного. Выпей воды, сходи в туалет и немедленно садись писать. <…> Используй словарь, найди не слишком случайное слово и напиши что-то противоположное его определению». Молина был настоящим рабочим от музыки; как сейчас вспоминают на форуме его близкого друга и продюсера Стива Альбини те, кто знал его лично, он «спал, потел и кровоточил музыкой. Его одержимость искусством можно было назвать патологической». Поэтому, когда после десяти лет постоянной студийной работы и гастролей в 2009 году Молина пропал из виду на несколько лет, это закономерно вызвало вопросы его немногочисленных, но верных поклонников. В сентябре 2011-го на сайте лейбла Secretly Canadian (кстати говоря, сформировавшегося во многом вокруг группы Songs: Ohia, а ныне являющегося весьма уважаемым игроком на поле независимой музыки) появился пост, озаглавленный «Where is Jason Molina?». Текст призывал по возможности перечислить какие-нибудь средства в «Фонд Джейсона Молины», а также сообщал, что все то время, что о нем не было слышно, музыкант проходил лечение от алкоголизма и в данный момент работает на ферме в Западной Вирджинии, пытаясь оплатить бесконечные счета, образовавшиеся из-за отсутствия медицинской страховки. Последнее сообщение самого Джейсона Молины оставлено в мае 2012-го на сайте его группы Magnolia Electric Co. В нем музыкант полон оптимизма: «Лечение продвигается хорошо, решаю кучу проблем, решению которых не помогла бы даже музыка. Я не сдался только потому, что вы, друзья мои, не забили на меня». Его последняя запись, десятидюймовая двадцатиминутная пластинка «Autumn Bird Songs» с записанными под одну гитару набросками увидела свет в сентябре 2012-го. 16 марта 2013 года стало известно, что Джейсон Молина умер, после того как из-за осложнений, вызванных алкоголизмом, у него отказал один из жизненно важных органов.

 

Стилистика

Прямота и открытость — определяющие качества песен Джейсона Молины. И Songs: Ohia, и Magnolia Electric Co. почти всегда писались живьем и за один дубль; их альбомы полны дефектов, которые никто не пытался скрыть или как-то «замазать» (часто слышно, как, например, шуршат пружины барабанов от издаваемых гитарами звуковых вибраций); единый уровень громкости не выстроен — стоит Молине повысить голос или сильней ударить по струнам, как песня, казавшаяся тихой, как будто вдруг резко прибавляет в росте. «Я не ищу легких путей/Вся его жизнь заключалась/Лишь в том, чтобы пытаться/И снова, и снова, и снова/Стать простым» («I ain’t looking for easy way out/His whole life has been about/Try and try and try/And try and try and try/To be simple again»), — так пел Молина в 2003 году в песне «Just Be Simple». Простота для него — это прежде всего органичность: Молина и выступал, и записывался максимально естественно, так, как дышал. В то же время естественность ему была важна не столько физическая, сколько духовная. Один из сквозных лейтмотивов всех его записей — образ призрака. Третья пластинка Songs: Ohia называлась «The Ghost», седьмая «Ghost Tropic», название одной из самых известных песен — «I’ve Been Riding With The Ghost», да вообще привидения упоминаются у Молины буквально в каждой второй композиции. В некотором смысле он и сам был призраком: на своих записях ему удавалось достигать потрясающего эффекта присутствия; голос автора здесь как будто материализуется из сумерек и предвечернего осеннего света пустых жилплощадей. Одновременно призраки у Молины поняты как тема вполне универсальная: духи прошлого, от которого не сбежать при помощи перемещений в пространстве (как гласит одна из самых цитируемых строчек Songs: Ohia, «Дорогой становится то, что ты покидаешь»), да и вообще не сбежать. Комичный и трагичный одновременно, невероятно талантливый меланхолик, одержимый внутренними демонами, ищущий собственные корни и не слишком приспособленный к «нормальной» жизни — разумеется, с таким будут проблемы; он с самого начала предупреждал об этом.

 

Та самая песня «Hot Black Silk» со строчками про проблемы

 

 

Примеры

 

«How To Be Perfect Men»

 

 

Редкий случай, когда в песнях Молины появляется черный юмор. Поверх своей фирменной трехаккордовой прогрессии он поет о том, как будет лежать в гробу и читать вместе с собственным призраком (снова призраки!) составленный женщинами список качеств, которыми должен обладать идеальный мужчина. «Если кто-то будет после тебя/Эта песня будет ее способом узнать/Что я все неправильно пойму» («If anyone succeeds you/Than this will be her song to know that/I will get it wrong»), — даже зная, чего хотят от него женщины, лирический герой не готов внять их требованиям. «Будь моей/Пока тебе не напомнят о чем-нибудь получше/Будь моей/Пока оно не явилось» («Be mine/Till you reminded of something better/Be mine/Till it comes along»): пропевая последние строчки, Молина как бы нарушает оба предъявленных к нему требования из составленного женщинами списка — не быть завистливым и не отчаиваться. В сущности, в этих четырех минутах — вся творческая харизма и талант автора: мало кто из сонграйтеров его поколения мог настолько же иронично, точно и в то же время поэтично расписаться в собственном бессилии.

 

«Blue Chicago Moon»

 

 

На счету Джейсона Молины сотни и сотни песен о разбитом сердце, причем не просто разбитом, а разбитом вдребезги, когда кажется, что обратно уже не собрать. Заключительный номер классической пластинки Songs: Ohia «Didn’t It Rain» — из тех вещей, услышав которые один раз, потом уже не отделаешься; и именно к ней хорошо возвращаться в самые беспросветные моменты жизни, когда становится окончательно гнусно. «Навострился скрывать это/Даже не признает это/И сверкающий блеск в глазах/Заставляет поверить, что все у него в порядке» («Gotten so good at hiding it/
Even he does not admit it/
That glittering flash in his eyes/
Makes it look like he might be alright»), — Молина рисует портрет отчаявшегося человека, почти готового переступить черту, отделяющую его от безумия: «Если грусть съедает тебя/То ты столкнешься лицом к лицу/С тьмой и опустошением/И нескончаемой депрессией». Но даже находясь на самом дне, можно увидеть свет: «Ты не безнадежен/Попробуй справиться с этим/И пережить одиночество/Ты не безнадежен/Я помогу тебе справиться» («But you are not helpless/Try to beat it
/
And live through/Space’s loneliness
/
You are not helpless/
I’ll help you to try to beat it»), — поет Молина в самом конце. Открыв практически любую ссылку, посвященную песням Молины, можно наткнуться на комментарии о том, как его песни спасли кому-нибудь жизнь. Автор готов ручаться, что «Blue Chicago Moon» спасла как минимум три жизни.

 

«Whip-poor-will»

 

 

Вопреки распространенному мнению о том, что Молина был достаточно консервативным музыкантом, на протяжении своей карьеры он постоянно менялся и записывал очень разные пластинки. В марте 2003 года вышел последний альбом Songs: Ohia «Magnolia Electric Co.», на котором пронзительные трехаккордные баллады окончательно сменились лихой американой наподобие той, что исполняла группа кумира Молины Нила Янга Crazy Horse. Название последней пластинки дало имя новому коллективу Молины; с ним же он записал свой последний полноценный альбом «Josephine» — вышедшее в 2009 году ретроградское кантри-посвящение погибшему в пожаре басисту группы Эвану Фаррелу. Непривычно аккуратная, даже нарядная, записанная при участии мажорного пианино и саксофона «Josephine» — самая светлая, обнадеживающая и оптимистичная запись в карьере Молины (здесь даже имеется песня под названием «Надежда умирает последней»), в которой, как это водится, появились дополнительное измерение и глубина после смерти автора. «Открыто окно в моем отеле/Это была самая длинная ночь, могу точно сказать/И, кстати, я совсем не удивлен/Что пустыней сменяется рай», — песня «Whip-poor-will» исполнена какого-то удивительного светлого разочарования, характерного как раз для кантри: «Ребята на небесах, что-то не слишком вы бьете в колокола/Некоторым из нас здесь не слишком хорошо/Тем, у кого в отеле открыты окна» («Now all you folks in heaven not too busy ringing the bell/Some of us down here ain’t doing very well/Some of us with the windows open in the southern cross hotel»). Молина здесь пытается смириться со смертью близкого человека, и чем дальше, тем больше песня начинает походить на спасительную молитву, написанную и записанную в первую очередь для самого себя и оттого особенно обнадеживающую.

 

«Blue Factory Flame»

 

 

Ограничимся цитатой. «Когда умру я — сложи мои кости на пустой улице, чтобы напомнить мне, как это было/Не пиши мое имя на камне, принеси лучше газовый фонарь и радио/Включи игру Кливленда, захвати пару удочек, и посмотри вместе со мной/Как призрачно-стальные корабли заходят в родной порт/Там, где я парализован пустотой» («When I die put my bones in an empty street to remind me of how it used to be/Don’t write my name on a stone bring a Coleman lantern and a radio/Cleveland game and two fishing poles and watch with me from the shore/Ghostly steel and iron ore ships coming home/Where I am paralyzed by the emptiness»).

RIP.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить