перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Поездки за город Таинственный лес под Калугой

Каждую неделю корреспонденты «Афиши» выбирают какое-нибудь место подальше от Москвы и тщательно его исследуют: хороши ли тамошние пляжи? Клюет ли рыба? Сохранилась ли старая железная дорога? В первом выпуске — тихий лес в Калужской области, который считают аномальной зоной.

архив

Меньше всего Никитский лес похож на мертвую зону, хотя кое-где и встречаются деревья, вырванные из земли с корнем

Про аномальную зону рядом с деревней Никитское в интернете есть много красочных историй. Пишут, что в этом таинственном лесу деревья растут вверх ногами. Птицы, если и пролетают поблизости, то только беззвучно. Звери давно перебрались в места посимпатичнее, а люди то и дело проваливаются во временные ямы. Один молодой человек, например, утверждал, что видел в местном лесу синий пушистый шар, который подкатился к его ногам и превратился в старичка-лесовичка. Доморощенный уфолог то и дело бился головой о невидимую стену. А одна женщина слышала там детские крики.

Мы поехали в крохотное Никитское проверять, как там обстоят дела с аномалиями. Еще на выезде из Москвы перед нами долго плелась машина скорой помощи, разбитая белая «волга-универсал», снятая с производства, кажется, лет сто назад. Потом другая такая же выехала с проселочной дороги на трассу в районе Малоярославца. За полчаса до того, как мы наконец-то достигли цели, мы увидели на обочине третью скорую. В деревне, впрочем, никаких пациентов видно не было: нас окружали пустые полусгнившие дома и невероятной красоты лес — густой, пахнущий свежестью и мхом.

 

По разбитой проселочной дороге местные гоняют на уазиках, но даже у них время от времени отлетают диски и колеса

Мы бросили машину на обочине и пошли искать хоть кого-то живого. У одного из домов стоял желтый «москвич», все двери которого были распахнуты настежь, рядом, на высокой поленнице, красовался старый советский телевизор. На крики никто не откликался — только кошка с визгом выскочила из темных сеней. Это выглядело необычно — но лишь настолько, насколько любая маленькая деревня кажется необычной городскому человеку. К нам вышел какой-то старик. «Это деревня Никитское?» — спросили мы. «Кобелево это, — ответил старик, жуя наполовину истлевшую беломорину. — Никитское подале будет». Мы спросили его про аномалии, лес и НЛО, но он только покачал головой: «Сроду я тут такого не видал. Брехня».

Мы сделали вторую попытку — по узкой тропинке зашли прямо в лес. Елки размером с небольшой кустарник царапали ноги, ветки то и дело били по рукам и лицу. Минут через двадцать мы наткнулись на поляну с деревьями из какой-то компьютерной игры про мутантов: гладкие, темные, свернутые в узлы. На противоположной стороне опушки, улыбаясь, стоял старик в куртке защитного цвета. Какое-то время мы молча смотрели друг на друга. «Здравствуйте», — неуверенно сказала я. Мужчина продолжал молчать и улыбаться. Мы попытались еще раз поздороваться и спросить, как бы поскорее выйти к дороге. Старик не говорил ни слова и тыкал палкой в землю. От его молчаливой улыбки по спине бежал холод. Пора, похоже, было заканчивать эту прогулку. Мы вышли из леса и направились к деревне.

 

Пастух Владимир Иванович всю жизнь прожил в Никитском. Но никогда, говорит он, пришельцев здесь не видел

Расположившись между двух полуразобранных «нив», несколько мужиков рассматривали разложенные на земле детали. «Простите, — обратилась к ним я, — мы пишем про ваши места. Не видели ли вы тут чего странного?» Мужики загоготали: «Тут тока странное и есть, тут нормального мало». «Я имею в виду шары над лесом или свечение какое-то. Может, НЛО?» Пузатый мужик в одних тренировочных штанах плюнул на землю: «Да мы тут сами скоро полетим». Снова гогот. Из-за одной машины высунулась полненькая девочка с котенком на руках: «Они все врут. Есть они тут. Есть». «Да че ты болтаешь, Натка!» — крикнул на девочку пузатый. «Папа не верит, но он и сам видел, — не унималась девочка, — они часто появляются». «Переливающиеся такие. Мы с друзьями гуляли и видели их над лесом. Летел самолет, а потом перед ним такая белая точка, ну и самолет такой берет и поворачивает в другую сторону. Ну и эта точка в шар расширилась. Стала как мой котенок, только вдали. А потом исчез. То они белые, то желтые, то красные», — выпалила девочка на одном дыхании. Еще Наташа рассказала, что обычно они не прилетают в плохую погоду. Солнце заливало поле за спиной у девочки, так что день для контактов был подходящий.

 

Большинство домов в Никитском и ближайших деревнях уже много лет стоят заброшенными. Владельцы либо умерли, либо перебрались в поселки покрупнее

«Вы к продавщице сходите, она вам порасскажет», — мужики махнули рукой в сторону магазина. За прилавком стояла блондинка лет сорока, одетая в золотую с черным блузку. Она с серьезным видом отпускала посетителям водку, сырки, сигареты и пельмени. Тех, кто приходил без денег, записывала в долговую книгу. «Да не знаю я ничего такого. Первый раз слышу», — не очень-то правдоподобно начала она. «То есть, ни НЛО, никаких шаров и свечений?» «Шары-то были, — как-то нехотя уточнила она. — Шар-то мы видели». «Ага, — подал голос красно-бурый мужчина в цветастой панамке, — я тоже часто вижу треугольники, квадраты. Кружочки, вообще, тоже бывают». «Как так?» — от удивления подпрыгнула хозяйка. «А вот так, — многозначительно кивнул мужчина, засовывая под мышку бутылку водки. — Чуток приму — квадратики идут, еще немного — треугольнички. Ну а если перебрал, там уж одни круги». Продавщица залилась хохотом: «Не, ну аномального у нас так-то тут ничего нет». «А как же, говорю, круг, который вы видели. Шар этот?» — «Ну, это другое. Это мы на крыльце сидим и вдруг видим, летит такой круг, красноватый он, потом остановился, вырос чуть-чуть. Постоял-постоял и улетел. Страшно вообще-то было. Не самолет это был. Вы, вон, у учителей спросите, они всяко больше моего знают».

 

Как по заказу, на улице мы встретили пышущих здоровьем учительниц с рассадой в руках. На их лицах как будто светилось слово — «нормальный». Чересчур улыбчивая Елена Владимировна оправдывала свой край: «Мы этому не верим. Мы ничего такого не видели. Это просто кто-то, у кого больная фантазия. Тихо у нас, в лесах земляника и грибы. Ничего такого». Вообще-то, если вспомнить долгую традицию фильмов о пришельцах, если они и могли оказаться где-то рядом, так это в телах этих учителей. «Не знаем, ничего не знаем», — еще раз десять повторили они и засеменили по тропинке, оглядываясь на нас.

Мы гуляли по деревне и окрестностям, рассматривая заброшенные теплицы, покосившиеся дома, поля с пасущимися овцами. Шатаясь, к нам приблизилась ссохшаяся женщина. Стрельнув сигарету, она многозначительно посмотрела мне в глаза: «В лесу заблудишься, так как будто тебя черти водят. Даже вот в начале леса и водят, и водят. Как будто все». Она грозила лесу своей маленькой рукой, как Евгений Медному всаднику. «Чертов лес он и есть. Будешь плутать, пока кое-что не сделаешь». Она наклонилась к моему уху и заорала во весь голос: «Пошел на х...! Пошел на х...! Пошел на х...!» Я подпрыгнула на месте: «Вы чего делаете?» «А вот так, — закивала она головой, — вот так от них отвязываться надо».

 

Валяясь на опушке леса, мы высматривали в ясном небе летающие объекты. Птицы щебетали над головой, нисколько не пугаясь таинственного леса. И вдруг метрах в двадцати от нас я увидела знакомую фигуру. По полю шел тот самый старик из леса, только вместо посоха в руке у него был хлыст, которым погоняют овец. «Здравствуйте», — сказал он нам бодрым голосом. Я спросила его: «Вы нас не помните? Мы несколько часов назад столкнулись с вами в лесу. Вы только почему-то молчали все время. Я даже подумала, что вы призрак». Старик заливисто рассмеялся. «При-и-и-израк», — протянул он и на глазах его от смеха выступили слезы. «Не призрак это никакой, а мой брат родной. Глухонемой он с детства, вот и молчал». Старика звали Владимир Иванович, всю жизнь он прожил в этой деревне, сначала работал в совхозе, потом пас овец. Он сообщил, что раньше деревня процветала, и каждые выходные здесь устраивали концерты у реки. «А много у вас туристов?» — спросила я. Он усмехнулся и ответил секунд через двадцать: «Видели, таджики на грузовике дорогу ремонтируют? Вот и все наши туристы».

 

На ступеньках одного из домов сидел пьяный мужик и разговаривал с дочерью, блондинкой в коротких шортах, явно главной деревенской красавицей. Услышав наш вопрос, он завопил: «Да идите вы на х... отсюдова, никто тут не летает». Дочка, кокетливо улыбнувшись, подошла к забору: «Че-че летает?» «Круги, НЛО», — машинально повторили мы. Она щурилась от яркого солнца: «Ну есть, конечно, типа такая мафия, которая утверждает, что типа есть что-то. В плане что как бы бывает, наверно, я не знаю. Ну в плане лета». Мне было непонятно, с какой части ее фразы стоит начать уточняющие вопросы. Отец не унимался: «Понты дешевые. Понты. И все. Не первые вы тут с этой х...ней. Этот вымысел кто-то сделал, в интернет кинул, а вы и ездите. Здесь все хорошо. Обычная жизнь у нас. Одно только плохо... — крикнул он, развеселившись. —  Запил я!»

 

 

Как добраться

Ехать по Калужскому шоссе 160 км до поворота на Медынь (альтернативный выезд из Москвы — по Киевскому шоссе, после Обнинска слудет повернуть направо на Калужское шоссе). Добравшись до Медыни, свернуть на дорогу, ведущую в деревню Кременское и проехать еще 30 км. За Кременским — налево по грунтовой дороге до Никитского около 10-15 км.

 

Где переночевать и поесть

Гостиница и ресторан «Графские пруды»

г. Кондрово, ул. Железнодорожная, 48, +7 (48434) 3-38-96

Ближайшее место с гостиницей и рестораном — небольшой город Кондрово, в пятидесяти километрах от Никитского. Гостиница «Графские пруды» и правда стоит на прудах, на одном из них даже стоит деревянная беседка со столом и стульями, где можно устроить пикник. Номера чистые и для такой глуши вполне сносные. В ресторане кормят домашними варениками, пельменями, шашлыками, фаршированными кальмарами, тушеными осьминогами и даже фуа-гра.

 

Что смотреть

Скульптуры и церкви в поселке Никола-Ленивец

Деревня Никола-Ленивец является частью огромного заповедника «Угра» с музеями, лесами, озерами, деревянными церквями и байдарочными стоянками. Никола-Ленивец до конца двадцатого века ничем не отличался от ближайших деревень. В 70-е сюда переехал архитектор Василий Щетинин и художник Николай Полисский, которые начали вместе с местными жителями возводить под открытым небом огромные скульптуры: двуглавый орел из латуни, огромная деревянная саранча. С 2006 года здесь зимой и летом проводят фестиваль «Архстояние», которым с недавних пор руководит Олег Кулик.

 

Путеводитель «Афиши» по другим примечательным местам вдоль Киевского шоссе смотрите здесь.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить