перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Происхождение видов

архив

Ни клипов, ни дисков, ни телеэфиров – ничего. Все это случится завтра. Или нет. Пока только редкие клубные концерты и расплывчатые планы на будущее. Возможно, через год они будут собирать стадионы. Возможно, валяться дома на кушетке и стрелять у друзей на пиво до получки. Все станет ясно в ближайшие месяцы. Пока – это просто самые интересные музыканты на московской сцене. Юрий Сапрыкин – о новых именах, за которыми стоит следить в 2001 году. Фотографии Сергея Леонтьева

Экзорцист
Детство получилось счастливым. Папа преподавал в институте начертательную геометрию, мама работала воспитательницей в детском саду. Семья, школа, игры, друзья, – все как положено. Чуть позже – брейк-данс, КВН, прочая художественная самодеятельность. Он хорошо пел, отлично танцевал и был душой компании. А потом что-то стряслось.

«Один мой близкий друг по пьяни упал с девятого этажа и разбился насмерть. Другой близкий друг напился и утонул в бассейне. Еще один близкий друг – это был мой кумир, сильный, красивый, на саксофоне играл лучше всех в Таразе, морфлот, вот такие мышцы, – вдруг за два года сдулся, попал в тюрьму за наркотики и умер от туберкулеза. Я вдруг заметил, что меня все это начинает засасывать».

Классический сюжет романа воспитания. Человек растет и радуется жизни. А потом сталкивается с неприглядной ее стороной. Дальше – либо плыть по течению, либо биться до последнего. Такежан решил биться.

Первую песню он написал на втором курсе. Смотрел телевизор, там – социальная реклама. Ребенок с врожденным синдромом иммунодефицита. «Мне было так больно, что я решил написать песню и показать в ней те пути, которыми СПИД проникает в наше общество». В конце 90-х взять и написать такое. Не про невесту, не про ромашки, не про «давай вечером умрем весело». Про пути, которыми СПИД проникает в общество.

«Ко мне подходили люди и говорили: «Ты жестокий». Еще бы. Приходишь на концерт культурно отдохнуть, а перед тобой – сеанс изгнания демонов. Человек в черном бьется в страшных корчах и читает рэп. О том, что нужно бороться за мир и спасать пересыхающий Арал. О том, что пить – плохо, употреблять наркотики нельзя, а любить людей, наоборот, необходимо. В столицах от такого отвыкли. Не верят, что это всерьез. А Такежан гнет свою линию. Он знает, зачем.

«Продюсер мой, Бахыт Килибаев, мне все время говорит: «Через полгода ты, Такежан, будешь собирать тысячные залы. Потом – залы по пять тысяч, потом десять тысяч, потом двадцать». Я ему отвечаю: «Ну да, в общем, наверное, хорошо, да, да». А потом как-то приходит ко мне Бахыт: «Такежан, ты, похоже,  меня убедил. Я бросил курить». А я: «Да? Что – правда? Ур-р-р-а-а-а!!! Ур-р-р-р-а-а-а!»

Легкие
Саша Ночин играет на тубе, Володя Морковкин на саксофоне, Славик Зорро на тромбоне, Сережа Петрофлот бьет в барабан. Еще есть большой барабан, на нем играет Механик. Лана, Кондратий и Ваня Языков поют. Оля и Настя Шемякины танцуют с воздушными шариками на спине. А еще – Юрец на банджо, Гарик на бонгах, Лена на баяне, Ваня на саксофоне, Катя и Жанетта на аккордеоне, Оля и Тихон на трубе и Ленц на инструменте под названием «хуиро». Таков состав группы «Пакаvа Ить» по состоянию на середину января 2001 года. Через неделю список музыкантов может измениться процентов на 90, они могут поменяться инструментами, с ними вообще может случиться все что угодно. Такая концепция.

Все началось, когда Морковкин с Ночиным отдыхали на Северном Кавказе, где-то под Новороссийском. Абсолютно дикая местность, вокруг – куча водопадов, и ни души. У Саши был инструмент триола, у Володи – инструмент саксофон. Играть начали от нечего делать. По возвращении в Москву – так и пошло.

В Москве они играют на бульварах, в парках, во дворах. Играют не ради «денег заработать», а для собственного удовольствия. Иногда играют в вагоне метро, если едут вместе, а ехать долго – от «Третьяковской» до «Свиблово», к примеру. Или на одной сцене с Red Hot Chili Peppers и Offspring – если едут в Бельгию, а там музыкальный фестиваль.

«У нас концепция такая, – говорит Саша Ночин. – Мы ни к чему не привязаны. Можем играть где угодно. Нам даже электричества не нужно». Постоянного состава не нужно тоже: музыканты сами появляются и сами исчезают. Иногда появляются просто хорошие люди, которые потом идут в музыкальную школу – чтоб оправдать доверие. Иногда в хороших людей влюбляются девушки, которые тоже вливаются в состав, а потом вспоминают о «Пакаvе Ить» как о самом кошмарном периоде в жизни. Иногда возникают важные люди из шоу-бизнеса и что-то важное предлагают. «Но это ж надо работать постоянным составом лет пять. Мы так не можем». И даже в клубах, где вроде бы и место для этой дико веселой музыки, среднего арифметического между британскими ска-группами типа Madness и оркестром обезумевших черноморских лабухов, – даже в клубах им уже тесно. «Прокуренные они все, – говорит Ночин. – Это надоедает».

Пригородные
Архип родился в Москве. Семь лет путешествовал по Европе. «Я в жизни, – говорит, – нигде не работал. Даже не знаю, гордиться этим или стыдиться».   

«Стыдиться», – припечатывает Алиса. Алиса шесть лет назад приехала в Москву из Ташкента. Работала дворником в районе Текстильщиков: «Мне даже квартиру выделили, но я ушла – надоело лед долбить. Потом в недвижимости работала, потом в рекламном агентстве. Но тоже ушла. Надоело. А потом я познакомилась с Архипом...»

Архип: «...и он стал для меня всем».

Алиса: «Ну так уж всем...»

Когда у Алисы не осталось работы, ей стало не на что покупать еду. Знакомый из Питера рассказал ей, что можно ходить с гитарой по электричкам и петь песни. Научил, куда садиться, где спрыгивать. Алиса в поездах пела Розенбаума, Боярского и Антонова. На всех направлениях, кроме Ярославского. Знакомый сказал, что на Ярославском музыкантов бьют.

Архип тоже играл на улицах. На Арбате, в переходах. Но в электричках – ни разу. «Западло как-то. Неприятно. Я, например, не могу петь Розенбаума, меня тошнит».

Фестиваль уличных музыкантов в «Китайском летчике», организованный Алексеем Паперным, изменил все. «Архип и его Алиса» впервые пели на публике свои песни – наивные, простые, красивые, чем-то похожие на раннего Цоя. Публика ошарашенно взирала на небесной красоты девушку и слушала ее голос – тоже небесной красоты. Откуда такие берутся? «Казанское направление мне очень нравится, – поясняла Алиса. – Вот на Ярославском не пою».

После фестиваля в «Летчике» Олег Нестеров предложил им контракт с рекорд-лейблом «Снегири». Они растерялись. «Я человек свободный, – говорит Архип. – Семь пятниц на неделе, куча планов. Жизнь интересная. Была». Накануне подписания контракта Архип пил, буянил, не спал всю ночь. Утром решил: «Будь что будет». Нестеров все удивлялся, чего это вы, мол, такие помятые. «Контракт подписать – это как собаку завести», – шутит Архип, поглаживая палевого добермана, найденного мамой Архипа в Давыдково.

Архип говорит, что в жизни у него сбывается все, о чем поет в песнях. Придумал он как-то песню про пожар. На следующий день у соседей случился пожар. А недавно сочинил – «Я начну новую жизнь».

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить