перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Дело Кашина Как «Наши» охраняли Лошака

Через четыре дня после нападения на Олега Кашина движение «Наши» выступило с предложением обеспечить охрану всем журналистам, которые опасаются за собственную безопасность. В официальном обращении было сказано: «Мы готовы предоставить каждому из вас постоянное или временное сопровождение нескольких участников проекта «Добровольные молодежные дружины». По просьбе «Афиши» журналист Андрей Лошак прожил два вечера под охраной «Наших».

архив

На мою просьбу предоставить охрану «Наши» откликаются с радостной готовностью. Предлагаю встретиться на пикете в защиту Кашина на Пушкинской площади. Начинаю себя описывать, но меня обрывают: «Мы знаем, как вы выглядите». Охрана приезжает за 15 минут до начала пикета, я — за 15 минут до конца. Мне всегда не хватало партийной дисциплины. На пикете масса знакомых. Толерасты всех мастей, те самые, которые «будут наказаны». Продираюсь сквозь череду рукопожатий.

Охрану видно издалека — «Наши» резко выделяются на общем либеральном фоне. Три крепких парня в чем-то спортивном, слишком немодные для футбольных хулиганов и скорее похожие на пацанчиков из 90-х, явно зарабатывают на жизнь с помощью силы. Начальник отряда Дмитрий Чугунов — невысокий, подтянутый, в кожанке — рассказывает, что ребята недюжинной комплекции — участники акции «Стоп, хам!». Те самые, которые клеют стикеры на неправильно припаркованные машины. Многих водителей это нервирует, так что «Нашим» приходится «защищаться». Я спрашиваю: «А в других силовых акциях вы принимали участие?» «Да, — опять за всех отвечает Дмитрий, и я внутренне напрягаюсь в ожидании сенсации, — ребята также принимают участие в акции «Смерть творожка» по изъятию просрочки из магазинов. Там тоже иногда приходится силу применять».

Мимо проходит бывший главред «Русского Newseek» Михаил Фишман. Я ничего ему не говорю про сопровождающую меня компанию, но когда Миша отходит в сторону, спрашиваю у комиссара «Наших»:

— Знаете, кто это?

— Знаем.

— Откуда?

— Стараемся быть в тренде.

После пикета мы с фотографом Иваном Пустоваловым и галеристом Ириной Меглинской идем на открытие нового бара ресторатора Мити Борисова. В авангарде шагает комиссар Чугунов, сзади маршируют три громилы-охранника. Меглинская увлеченно рассказывает про новую премию для фотокоров. Охранники ее, похоже, не слушают и вообще крайне сосредоточенны: когда из переулка нам наперерез выезжает гигантский джип, Дмитрий в один прыжок вырастает перед машиной и профессиональным жестом ее останавливает. Я потом почитал на сайте движения про руководителя своей охраны. Несмотря на скромные габариты, Дмитрий — «специалист по обеспечению личной безопасности», а в прошлом — «инструктор штурмовой группы взвода спецназа в/ч 3795». В интернете можно найти видео, где он коротким, но верным ударом приводит в чувство разбушевавшегося водителя «майбаха». «Все думают, что спецназовцы богатырской комплекции, но это не так, — говорит Дмитрий. — Чем ты меньше, тем выносливее. А здоровяк — всегда мишень».

 

 

 «Спросите нашего пресс-секретаря Кристину Потупчик. Я согласен с тем, что она говорит»

 

 

Чугунов пришел в движение из армии, где провел три с половиной года. Ни в коей мере не хочу обидеть военных, но мне кажется показательным, что в прокремлевские движения рекрутируются именно молодые офицеры. Думаю, они — идеальный резерв, потому что армия учит людей беспрекословно подчиняться приказам вышестоящих. 

Дойдя до бара, я прошу охрану подождать снаружи — от водки они все категорически отказываются. Выясняется, что Пустовалов с Меглинской ничего не поняли. «Мы думали, это твои друзья-антифашисты», — говорит Иван и сообщает, что один из охранников, шедших сзади, снимал нашу компанию на видео. Это меня не удивляет. В переговорах с «Нашими» мы по-светски обошли щекотливый момент, но в общем изначально было очевидно, что я об этом потом напишу, а они — попиарятся. Словом, каждый займется тем, что ему привычнее.

Где полчаса, там и два. Слегка навеселе выхожу из бара. Охрана на месте. Дмитрий настойчиво предлагает проводить до дома — соглашаюсь, хотя не очень хочу, чтобы они знали, где я живу. Перед нашим уходом Пустовалов пытается сфотографировать охранников. Двое самых неразговорчивых успевают от камеры увернуться. «Они нефотогеничные», — поясняет Дмитрий.

В метро при электрическом свете пытаюсь разглядеть своих попутчиков повнимательнее. Отмечаю, что у одного из «нефотогеничных» вместо кожи на костяшках кулаков — огромные мозоли. Спрашиваю, где он их набил. Парень только открывает рот, но отвечает, как всегда, комиссар Дмитрий: «Леша — спортсмен-любитель. Практикует рукопашный бой. Работает инструктором в фитнес-центре». Спрашиваю про отношение к истории с Кашиным.

— Я не комментирую это. Спросите нашего пресс-секретаря Кристину Потупчик. Я согласен с тем, что она говорит.

— Но вы же не знаете, что она скажет…

— Наши позиции всегда совпадают.

Дмитрий скупо рассказывает о том, как становятся комиссарами. Нужно два раза съездить на Селигер, принять участие в нескольких акциях и пройти обряд посвящения в Смоленске. Описать ритуал комиссар категорически отказался, зато объяснил, почему именно Смоленск: «Это же западный форпост России!» В том, видимо, смысле, что дальше — уже враги.

Спрашиваю, борятся ли «Наши» с неонацистами. «Ну да, они ж неслучайно на наш штаб нападали», — рассказывает комиссар Чугунов. «Это антифа были, Дим», — произносит вдруг один из «нефотогеничных». Возле арки своего дома прощаюсь. Неожиданно откуда-то из-под земли появляется мальчик с видеокамерой: «Пожалуйста, пару слов о том, довольны ли вы предоставленной услугой?»

Я выражаю удовлетворение работой господ нашистов. «А можно без слова «нашисты»? — просит Дмитрий. — Давайте заменим на «активистов движения «Наши». Окей, я благодарю активистов движения «Наши». Они обещают явиться по моей просьбе в любое время дня и ночи, если охрана еще понадобится. Пожав руки, расходимся. Уже дома вспоминаю, что слово «нашисты» придумал Олег Кашин.

Охрана работает без выходных. В воскресенье я собираюсь посетить митинг против преследования социальных активистов и журналистов, чтобы пообщаться с «химкинскими заложниками» Максимом Солоповым и Алексеем Гаскаровым. Встречаюсь с телохранителями у метро «Чистые пруды». Дмитрий на месте, но массовка сменилась. Теперь это три парня неброской наружности, если не считать того, что у одного из них зашита верхняя губа.

У митинга оригинальная концепция: «Поднимем шум». К традиционным флагам и плакатам добавились футбольные дудки и трещотки. Слоганы, правда, остались прежние: «Долой бандитскую власть» и т.п. Публика на митинге разношерстная, рядом развеваются флаги анархистов и ЛДПР, но даже тут мои попутчики сразу привлекают к себе внимание. Их чужеродность «социальные активисты и журналисты» считывают налету. Какие-то троцкисты резко спрашивают Дмитрия — вы откуда? Он говорит, что охраняет меня. Удовлетворенные объяснением, троцкисты продолжают дудеть в вувузелу и размахивать красным флагом.

Читать далее

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить